Атмосфера в космолете казалась напряженной. И полицейские в клетке, и мы угрюмо ожидали. И с каждой минутой ожидание становилось все тягостнее. Все труднее было отбиваться от мыслей: «А что, если никто не придет?». Мы в открытом Космосе. А что, если сигнал никто не услышит? Насколько далеко он распространяется? Корабль может пройти мимо нас в какой-нибудь сотне тысяч километров. Какая мелочь в масштабах Космоса. Практически рядом. Но для нас станет смертельной.
Я не хотела, чтобы время шло. С каждым вдохом я чувствовала, как кислород уменьшается. Может, можно как-то дышать поменьше?
Прошло еще несколько часов. Я умудрилась задремать. Поняла это только тогда, когда из забытья меня вырвал голос:
- Слушай, - Вазмор обращался к Айзору, - раз уж мы все равно скорее всего скоро умрем… Я хотел сказать тебе, что не жалею. Что связался с тобой, не жалею. И я не имею в виду сейчас, а вообще. Когда мы встретились семнадцать лет назад и до последнего дня. Ты всегда будешь моим лучшим другом. Я прошу прощение, что дал тебе тогда упасть в Пустоту.
Айзор задумчиво смотрел на него. А Вазмор выглядел так, будто очень-очень хочет его обнять, но не решается.
- Хочешь сказать, что поэтому сейчас здесь? Из-за того, что я – твой друг?
Я подумала, что технически – у Вазмора было не много выбора, когда его завели в космолет под конвоем, надев негатор магии. Но напоминать об этом было бы довольно черство с моей стороны.
- А ты? – Айзор внезапно перевел свой взор на меня. – А ты почему здесь?
У меня дыхание перехватило от неожиданности. Какая-то часть меня орала внутри: «Да потому что я люблю тебя, бестолочь такую!!». Но я сама не была уверена в том, правдива ли эта мысль. Я могла передумать. Могла еще решить, что это что-то другое. Что это не любовь. Мои чувства могли измениться. Я могла взять свои слова назад. А значит – не имела права произносить их.
Ну и главное, конечно, в тот момент я ни за что не решилась бы сказать что-то хоть отдаленно такое же дерзкое. И вдруг отчетливо поняла, что пафосные слова сейчас не устроят никого – ни его, ни меня. Поэтому я заставила произнести себя:
- Потому что с тобой весело.
Айзор какое-то мгновение смотрел на меня, а затем задорно рассмеялся. А взгляд Вазмора красноречиво выражал, что он считает меня форменной сумасшедшей.
Вот так вот – поступила в лучший магический колледж и свихнулась. Во всем виноваты их дикие нагрузки!
- Кстати, мы не умрем, - произнес Айзор после того, как внутреннее пространство космолета вновь погрузилось в тишину, а мы расселись по своим местам. – Пять минут назад на наш сигнал бедствия ответил корабль.
- И ты молчал?!
- Вот доплывет – ты бы узнал. Какая разница? Или ты экстренно желаешь взять свои слова назад?
Вазмор удивленно посмотрел на него.
- Нет. Там все правда.
- Каким, оказывается, отличным человеком я был, раз удостаиваюсь таких слов.
Вазмор растерянно молчал. Айзор усмехнулся.
- Ха, из меня и в самом деле вышел неплохой человек, да? Какая ирония.
- Ты был надоедливым, безответственным авантюристом! Время от времени вспоминающим об ошибках прошлого и грустящим на сей счет! – слова Вазмора прозвучали хлестко.
- Правда? Описал так описал. Похоже, я вообще не меняюсь. И что, получается, я и в человеческой жизни успел натворить ошибки, которые уже не исправить?
Что значит «в человеческой жизни»? Я никак не могла взять в толк. Вазмор молчал.
На этом разговор заглох. Вазмор вновь упал в кресло. И мы принялись ждать спасения.
Что-то меня беспокоило в уголке глаза. За стеклом перед окнами в кабине пилотов. Я перевела взгляд. Над нами проплывал огроменный корабль! Он был настолько большой, что я не видела ни конца, ни края! Пол под нашими ногами сотрясся, когда спасатели подцепили космолет гравитационными тросами и потащили в трюм. Он вошел туда, как планктон в пасть кита.
Трое
Полгода назад