Мир казался поделенным на синий и белый. Под ногами, ладонями и озябшим телом был белый – и колючий, над головой и на горизонте – синий – и столь же холодный. Девушка вздрогнула, двинула озябшими руками, с трудом согнула колени и села на ледяной настил. Вокруг, насколько хватало глаз, лежал снег. Он вздымался холмами, лежал пластами, замерз волнами и сталагмитами. Отражал темно-синее небо.
Рядом с ней завозился мужчина. Его затылок успел практически превратиться в сугроб. Стряхнув снег с коротких светлых волос, здоровяк встал и попрыгал с ноги на ногу.
- Грэг? – спросила девушка. Голос звучал неуверенно.
- Лилит? – тон здоровяка выражал такую же неуверенность.
Девушка поднялась. Встав, она оказалась ростом со здоровяка. Длинные виридианово-серые пряди упали на плечи, словно теплый плед. Она убрала волосы с лица, перекинув через левое плечо, и посмотрела под ноги.
Рядом с ее правой ногой, чересчур выделяясь на белоснежном пологе, свернулась в кольцо абсолютно черная змея.
- Ошибка?
Гейл Рухкан
Я очень боялась, что все раскроется. Полицейские же, наоборот, оправданно воодушевились.
И… Нас не схватили. Айзор каким-то невероятным образом смог убедить всех в правдоподобности своей версии. Впрочем, она звучала глупо, чем и в самом деле походила на правду. Суть заключалась в том, что мы все, все ввосьмером, – полицейские. Однако пятеро наших коллег вступили в отважную схватку с космическими пиратами и были повержены неким газом, сделавшим их неадекватными. Они посрывали с себя одежду, стали буйными, да еще и нас не узнавали. Мы гнались за пиратами, пока у нас не закончилось топливо. Нет-нет, не нужно выпускать их из клетки! Они посидят там еще несколько часов – и оклемаются. Спасибо вам за спасение, это было действительно глупо с нашей стороны.
А спасителем нашим оказался круизный лайнер. И его капитан и директор круиза были очень горды собой, что совершили такой геройский поступок и спасли жизни команде стражей порядка. Правда, топлива они нам дать не могут. Они и так сделали крюк в сторону, отзываясь на наш сигнал бедствия, и теперь топлива у них оставалось впритык добраться до Застывших миров Гарнет. Где мы, однако, сможем заправиться и улететь.
Было уже около девяти утра следующего дня, когда мы ступили на борт круизного лайнера.
Я не то, чтобы никогда не видела такого большого корабля, я даже не предполагала, что такие громадины существуют! Мы шли по лайнеру, а я не переставала поражаться: его размеры раз за разом оказывались больше, чем я решала. Сначала меня удивил размер трюма, затем мы поднялись на лифте на несколько палуб, и все шли и шли по коридору, а он все тянулся и тянулся… И, наконец, когда я после пошла гулять – вот тогда я узрела весь масштаб. С бутиками, кофейнями, клубами, казино, парком, обзорными площадками и бассейном!
Но сначала мы поднялись всего на несколько палуб – и я наивно полагала, что вот это все вокруг – здорово. Однако это была палуба с самыми дешевыми каютами…
- Так как мы всем объявили о вашем спасении, многие праздно гуляющие пассажиры захотят сфотографироваться с вами и послушать вашу историю, - объявил нам бородатый капитан.
Бородка его была изящно подстрижена, а волосы так элегантно уложены, что давали сто очков форы Вазмору даже в лучшие его времена. Сейчас же профессор малефицистики выглядел довольно потрепанным.
Я чуть не забыла, что мы находимся на космическом корабле, а не на земле. Полета тут совсем не ощущалось, а пространства были непривычно большими и нерационально пустующими.
Нам выделили две каюты напротив друг друга. Я очевидно полагала: мальчики отдельно, девочки отдельно, однако, стоило директору круиза нас покинуть…
Вазмор ворвался без стука и поставил меня перед фактом:
- Буду жить здесь.
Я уставилась на него.
- А ничего, что здесь уже живу я?
- Ничего. Как-нибудь потерплю.
Нет, ну это просто верх наглости! А профессор лег на кровать и блаженно вытянулся. Я осталась стоять посреди каюты, будто случайно сюда зашла. А каюта-то небольшая, с одной кроватью!