Кровавый человек почуял след.
Вазмор Адориус
Сегодня Вазмор Адориус проснулся в прекрасном расположении духа, чего в последнее время с ним не случалось. Он даже улыбнулся своему отражению в зеркале, чем заставил то затрещать от диссонанса. Беспокоясь за свое верное зеркало, профессор Адориус насупил брови и грозно глянул на свое отражение. Зеркало, наконец, перестало дребезжать и успокоилось.
День предстоял многообещающий: Вазмор уже продумал список мест, которые покажет Айзору, да к тому же у него появилось несколько интересных идей, чем можно развлечь капитана.
Вазмор (от греха подальше) отвернулся от зеркала и посмотрел в окно. «Когда я подтвержу, что это мой Айзор, я его сначала прибью, а потом порадуюсь», - шальная мысль мелькнула и опалила сердце прежде, чем разум смог погасить ее. Вазмор глубоко вздохнул. «Ну что же, я слишком поддался эмоциям, это не дело». Он постарался принять один из своих излюбленных грозных видов, с которыми так приятно бродить по коридорам Ивилона и пугать впечатлительных студентов. Через минуту ему это удалось, он кивнул своему отражению и вышел из комнаты.
В коридоре было светло и тихо. Тут всегда так: безлюдно, уныло. Вазмор воспрянул духом настолько, чтобы подумать о возможности возвращения своего подземелья. Возможно, уже скоро. Ведь стоит Айзору вернуться, как и нового ректора, и всех его приспешников попросят долой. Да-а… На секунду профессор Адориус мечтательно прикрыл веки. Затем решительно пересек коридор и постучал в дверь напротив. А пока что – предстоит приятная экскурсия.
Но ответа не было. Вазмор постучал сильнее, а затем повернул ручку двери и заглянул внутрь. Комната пустовала.
Лестница, упирающаяся в небеса. Серого камня лестница, оплетенная серой сухой лозой. Крошащаяся, старая, опасная лестница, покрытая коричневым мхом и темным песком. Деревья полукругом: серые скрюченные ветви, словно бросающие вызов солнцу.
Черная плита, обвитая сухой розой. Игрильская роза – цветет лишь зимой, и в самый лютый мороз распускается прекраснее всего. Синяя игрильская роза.
Вазмор потратил на его поиски больше часа! Оббежал весь главный корпус, все ближайшие пристройки и парки. Выглядел и чувствовал себя крайне глупо, ища своего «дворецкого» по Ивилону. После столь продолжительных и безрезультатных поисков настроение профессора, с утра такое приподнятое, опустилось ниже прожиточного минимума. Помог завхоз, буквально спас из пучин отчаянья. Указал направление, в котором, видел, уходил странный на вид господин.
И вот он. Стоит перед надгробной плитой Айзора. Что его сюда привело? Случайность? Или некая сила тянула в место, такое для Айзора значимое?
Вазмор вздохнул и встал рядом. Капитан даже не обернулся, как будто бы ожидая этого.
- Каким он был? – спросил он, указывая на плиту.
Вазмор нервно дернул щекой.
- Загадочным, скрытным, прямолинейным. – Он вздохнул. – Я мог бы перечислять часами, и одно мое определение будет противоречить другому. Таким он был.
Вазмор смотрел на плиту, и солнце, отражающееся от черного камня, резало глаза. Просто кусок камня. Ни больше, ни меньше. Она вдруг показалась ему отвратительной и пошлой. И как можно было испортить столь дивное место этакой безвкусицей? Айзор, наверное, разозлился бы.
- Я помню только полтора года своей жизни.
- Что? – Вазмор вздрогнул и развернулся к нему.
- Полтора года, что было раньше – не помню.
- Что?! – Вазмор схватил его за плечи и встряхнул. – Почему вы раньше молчали?!
Айзор скинул его руки и, саркастично улыбаясь, посмотрел в глаза профессора. Вазмор пытался взять себя в руки, но получалось плохо.
- А вы бы сразу рассказали первому встречному о своей слабости, которую можно использовать против вас? – наконец, произнес капитан.
Вазмор несколько секунд смотрел ему в глаза, а потом вконец смутился и отступил на шаг.
- Д-да, вы правы, - согласился он. – Тогда почему рассказали сейчас?
Айзор снова взглянул на черную плиту.
- Мы так доверительно беседуем, почему бы и нет, - сказал он, не отрывая взгляд.