Оборвалась она, как это водится у магических лестниц, совершенно внезапно. Просто раз – и мы вышли на площадку, Сэнди отодвинул в сторону нависшую над выходом сухую лозу, и я почувствовала первый порыв свежего воздуха.
- Дивное место, - через секунду странным тоном произносит он.
Я выхожу из-за его спины и вижу картину, в первую секунду вызывающую у меня страстное желание снова вернуться на лестницу.
Перед нами озеро, его мутно-зеленая вода затянута ряской, а над водой облаками, словно выделение болотных газов, стелется белесый туман. Над озером склонились толстые, сбросившие листву, деревья. Их могучие корни уходят в воду, а острые ветви тянутся в небо, словно трезубцы бога морей. Порыв ветра отрывает от земли и несет к нам опавшую листву. Но не этот готический вид пугает меня. На поляне перед озером, в нескольких метрах правее от нас, танцуют дети с красной кожей. Их не меньше дюжины, и чем дольше я смотрю, тем больше их прибывает. На вид им лет восемь, их кожа цвета красного кирпича, они пляшут синхронно, но музыки я не слышу.
Я схватила Сэнди за руку, упреждая еще какие-то, готовые сорваться с его губ слова. Я точно знаю, что перед нами коги, и лучше бы они нас не увидели.
Знаю, существуют где-то и безобидные коги, но в основном они предпочитают либо есть людей в буквальном смысле, либо питаться их жизненной или магической энергией, что также приводит к смерти.
Мы с Сэнди пятимся назад, не спуская глаз с танцующих детей, и упираемся спиной в сухую лозу. Мы одновременно пытаемся поднять ее, чтобы оказаться на спасительной лестнице, но ничего не выходит: лоза окутывает стену – прохода нигде нет. Мы не могли пропустить – мы отошли от него всего на шаг! Ничего не остается, как, замерев на месте, наблюдать за пляшущими краснокожими детьми.
Солнце здесь светит тускло, словно ему трудно проникнуть в это место. Я смотрю на танец детей и замечаю, что камни вокруг них двигаются. Они медленно перемещаются с места на место, ползут на ножках или перекатываются. Кажется, я даже замечаю глаза. Это не камни – это ходячие! Как они очутились здесь, так далеко от Бездонья?
- Кажется, я начинаю улавливать ритм, - шепчет Сэнди и начинает двигаться, подражая детскому танцу.
- Что вы делаете?! Не надо! – возмущенно шепчу я. – Сейчас не время для веселья!
- Может, они примут меня за своего? – возражает дворецкий.
Ну зачем я вообще с ним связалась? С самого начала же было понятно, что у него не все дома!
- Скорее за свой обед!
Я пытаюсь остановить его и хватаю за рукав. Но, так как он значительно сильнее меня, он утягивает меня за собой, я неудачно ступаю, и по поляне разносится треск ветки под моей ногой. Смешно, но первое, что приходит мне на ум, это: «Хорошо, что это не мой живот». Хотя в данной ситуации это не имеет абсолютно никакого значения.
Дети замирают на месте и поворачивают к нам головы со светящимися желтыми глазами. Но стоит Сэнди сделать еще движение, как они срываются с места и прыгают в озеро.
- Спугнули, - вздыхает дворецкий.
Лично я рада развитию событий. Но не успеваю я толком порадоваться, как вижу медленно поднимающиеся из-под воды красноватые головы. Их лица опутаны ряской, они смотрят исключительно на нас, и, в отличие от недавнего, настороженного вида, сейчас их глаза хищно блестят.
- Мне тут внезапно стало очень интересно, не знаете ли вы какое-нибудь боевое заклинание? – спрашивает дворецкий, пятясь ко мне.
Вовремя, однако, он решил этим заинтересоваться.
- Раньше все как-то случая не подворачивалось спросить. А вот сейчас, думается, самое время.
- Не хочу вас разочаровывать…
- Дальше не продолжайте! – обрывает меня Сэнди, видимо, не желая расстраиваться.
Я насчитала уже двадцать шесть поднявшихся из водных пучин голов, и это были не все. Если они на нас прыгнут – то смогут задавить даже просто числом.
- Камни, кажется, тоже настроены не радушно, - замечает дворецкий.
- О, ну надо же, какая жалость, а мне они были глубоко симпатичны…