Лампочка вновь выключается, и три секунды проходят в томительном ожидании.
Теперь он прямо возле него. Он не может говорить – у него ведь нет рта, но он кладет пальцы на виски Айзора, и у того в голове раздается голос: «Я сохранил тех, кого ты любишь. У нас мало времени: восемь гвардейцев вырвались с границы. Если они смогут добраться до тебя до того, как ты все вспомнишь, последний король может погибнуть. Вспоминай, если жизни дороги!» С каждой секундой он сжимал все сильнее, будто вознамерился вбить слова в черепную коробку, проломив череп. В конце концов Айзор не выдержал и оттолкнул его. Перекатившись, капитан упал с кровати с другой стороны. Когда он открыл глаза, утренний свет уже проникал в комнату.
«Я больше так не могу», - думает он, закрывая глаза рукой. Он сжимает пальцы в кулак и бьет им по левой стороне груди, снова и снова. «Куда ночь – туда и сон».
Вазмор Адориус
Вазмор Адориус стоит перед зеркалом в ванной комнате и внимательно рассматривает свое лицо. Не помолодел ли он часом? Во всяком случае, он вновь прекратил чувствовать себя старым. Ни с одной проблемой они еще не разобрались, точнее, из-за вырубки леса их даже прибавилось, и все равно профессор чувствует внутренний подъем, позволяющий ко всему относиться с оптимизмом.
Айзор зашел на кофе с пончиками. Он долго смотрел на свою чашку, будто что-то в этом обыденном предмете его очень смущало. Вазмору показалось, что сегодня капитан выглядит каким-то измотанным. Из-за посещения Сердца не мог заснуть?
- Гейл! – неожиданно воскликнул тот.
- Что «Гейл»? – удивленно переспросил профессор.
- Я обещал встретиться с ней вчера вечером.
- Что ж, вы безбожно опоздали.
- Ужасно, да?
- Ничего страшного, - категорично заявил профессор. – Давайте лучше прогуляемся на завтрак.
- Прямо так, с кружками кофе?
- Да, пускай нам все завидуют. В столовой подают просто отвратительнейшие напитки.
Конечно же, Айзор с энтузиазмом согласился.
Выйти они решили через главный вход Ивилона, чтобы их заметило большее количество народа, не иначе. Перед главной лестницей Айзор притормозил, рассматривая портреты над аркой, на которые раньше не обращал внимания, и Вазмор ступил на ступеньки первым.
- Вы идете? – поторопил его профессор.
Айзор оторопело уставился на него.
- Лестница! Она под вами не смеется!
- Не смеется, - серьезно признал профессор.
- Но как?!
- Секрет фирмы, - он улыбнулся во весь рот.
- Что ж, ладно. – Айзор ступил на лестницу, и она заржала под ним во всю силу своих лестничных легких. – Вызов принят.
Когда Вазмор и Айзор вальяжно шествовали через главный холл, навстречу им повстречался несущийся нервной походкой профессор Эр. Возле Вазмора он притормозил и неожиданно начал совестить:
- Прохаживаетесь… Кофеи распиваете… Вазмор, я конечно понимаю, вы уже не декан, да и последнее время вообще отошли от дел Ивилона, и все же! Такое важное событие, как «День отрытых дверей» требует всеобщего внимания! И вашего тоже!
- Что-что? – улыбка постепенно сползла с лица профессора темных искусств. – «День открытых дверей?»
- Только не говорите мне, что слышите об этом впервые! Весь Ивилон со вчерашнего дня гудит! – возмутился Эр.
- День открытых дверей?! – дошло до Вазмора. – Открытых дверей?! Сюда что, прилетят все желающие?!
- Именно так, - Эр выдохнул, будто сдулся. – Я сам против подобного. Это и на учебный процесс влияет, и на дисциплине скажется… Но новое начальство непреклонно. Оно, видите ли, не понимает, почему Ивилон – закрытая зона. «Нам же нечего скрывать»…
- Убожество, - зло плюнул Вазмор.
- Да, если бы Айзор был с нами… Такого беспредела бы никогда не творилось…
Айзор, как раз попивающий кофе и делающий вид, что он часть интерьера, подавился и закашлялся.
- Да, - произнес Вазмор, глядя прямо на него, - творился бы свой, приятный беспредел…
- К которому мы так привыкли… - поддержал его Эр.