Первая лекция подходит к концу, а мне бы спички вставлять в глаза. Я вытаращилась на Йогоста, боясь задремать при следующем моргании и надеясь, что он ничего не заметит.
Божечки, какая малость порой нужна человеку для счастья! Вот мне сейчас – только бы поспать. Но я напомнила себе, что хотела уменьшить время на сон на постоянной основе, тихонько вздохнула, зевнула с закрытым ртом, так, что глаза заслезились, и продолжила слушать лекцию. Ну очень интересно. Как же я все это ненавижу. Бесит, что меня в основном заботит то, как бы профессор Траудгост не обратил на меня внимание и не спросил чего. Вместо усвоения сладких знаний сижу в напряжении и страхе и вместе с тем с трудом сдерживаю себя, чтобы не заснуть. Глаза закрываются... закрываются... Хоп! Кажется, я отключилась на пару мгновений. Искоса глянула на Йогоста, одновременно старательно водя по бумаге карандашом, будто что-то записываю. Кажется, не заметил.
Пытка-пытка-пытка! И перемена не слаще. Я сижу, не двигаясь с места, и угрюмо созерцаю окружающий мир исподлобья. Раздражающе-громкий смех одногруппников. Едкие шуточки, в том числе и в мой адрес. Раньше я пыталась отвечать, пыталась поиграть словами и заставить их заткнуться. Сейчас я думаю, что тратить время на сие бессмысленно. Да, я их молча ненавижу. Я слишком хороша и прекрасна для этого тупого общества. Я снова тяжело вздыхаю. А возможно, я и слишком плоха. Да какая, к черту, разница? Когда ты одинок, полон собственных мыслей и самокопания, ты по-любому редко собой доволен. Хотя, я думаю, что научилась уже жить в своем одиночестве. Нет, это не значит, что я хочу всегда быть одна. Но если так случится – я смогу жить одна. Я принимаю это.
Еще одна пара – как сражение с собственным организмом. Я выдержала. Можно бы гордиться собой, но гордости я не чувствую. Единственная мысль: на следующей паре я сяду на последний ряд в аудитории и, наконец, вздремну. Небольшая будет потеря, история Столицы, на мой взгляд, в Ивилоне проходится чрезмерно подробно. Будто просто ради того, чтобы дать профессору Руулазару положенную ставку.
Я выдержала их все. Поздравь себя, ты смогла, ты это сделала. Не важно, что это было лишь бездарно потраченное время. Ты его убила.
От этих мыслей воодушевления не прибавилось. Иногда быть наедине с собой тяжеловато.
Я иду по главному коридору, ничуть не лавируя в студенческом потоке. Я медленно курсирую, изредка задеваемая плечами и сумками. Должно быть, мой темп мог вызвать раздражение. Да мне нет дела.
Желудок грустит, а я пытаюсь решить, что такое взять в трапезной, чтобы похудеть. Решить непременно нужно заранее, а то приду, увижу пирожки и наброшусь. Хотя на голодный желудок трудно представлять еду и одновременно держать себя в руках, решать нужно было вчера. Возьму салатик… И может фрукт какой найду. И бурду, непременно. Как я могла забыть о бурде… Боже, как я скучаю по кофе!
Раздосадованная на внезапно пронзившую меня мысль, я хлопнула по лбу и мысленно повесилась. Мысль была следующая: Профессор Вазмор Адориус-же и его наказание! Сказал зайти после лекций!
Или он не так выразился? Боженьки, хорошо, что вовремя вспомнила! Что бы было, если б не пришла! Подумать страшно. Хм. И когда мне зайти к нему? Прямо сейчас? Или лучше на обед сходить? Но он же сказал после лекций зайти. Вроде бы. Тогда, наверное, прямо сейчас… А если он наказание заставит сразу выполнять? Тогда поесть не успею. А может, он вообще имел в виду после всех занятий, в том числе и физподготовки, которая у нас с трех до шести? Иронично, я почувствовала, что не догоняю. Возможно, мозгу и в самом деле нужно больше спать. Или больше есть. Но бокам-то моим последнее точно не нужно!
Сказать, что я нахожусь в некоторой дисгармонии с самой собой, значило бы несколько приуменьшить степень моего внутреннего неадеквата.