- Кто угодно, только не ты.
Эндрю сделал шаг ко мне, а я автоматически – шаг назад. Он не стал медлить и направился прямо на меня, пока я не уткнулась лопатками в стену. В полуметре от нас была дверь, и Маккол захлопнул ее с такой силой, что из коридора дунул ветер и взъерошил мои волосы.
- Сама веришь в свои слова? – он чуть наклонился и пальцами приподнял мой подбородок, - Кто всегда говорил, что не кидается на каждого встречного?
Я почувствовала аромат его духов и мои глаза забегали по суровому лицу:
- Я не буду искать себе приключений, хватит, но в этом городе есть и другие парни.
- И ты уверяешь, что позволишь кому то прикоснуться к себе помимо меня?
Джеймс провел ладонью по шее, плавно скользя до ключиц, а затем останавливаясь на груди.
Сердце готово было вырваться наружу, я широко раскрыла глаза и остановила его руку:
- Так далеко я не думала, но… - он продолжил исследование моего тела и остановился на талии, прижимая меня к себе, - Это… Ты… Я большая девочка и со всем справлюсь.
Эндрю улыбнулся и резко приподнял меня, вдавливая в стену. Ладонями он успел пройтись по бедрам, и мне пришлось обхватить его ногами, чтобы почувствовать хоть какую-то опору.
- Что ты…!
- Кто-то будет делать это, - Джеймс пальцами залез под юбку, - Будет обнимать тебя, - он мягко задел губами шею, - Будет целовать, - язык также пошел в ход, и каждая клеточка содрогнулась, - Будет касаться самых чувствительных мест, - его пальцы были везде, - И это буду не я.
- Эндрю…
Тазом он сильнее прижался между ног, стаскивая юбку вверх, чтобы контакт был максимально плотным, и я обхватила его шею, ощутив ягодицами прохладную стенку.
- Абсолютно другой мужчина, со своими намерениями, - брюнет сделал дорожку из поцелуев до подбородка и остановил взгляд на губах, - Со своими представлении твоей чувствительности и нежности будет овладевать тобой, но не я.
Наши губы слились в плавном поцелуе, медленно проникая в глубины рта языком. Это оказалось таким сладким и манящим действием, что я ахнула, озвучив конференц-зал стоном. Движения Джеймса были чарующе аккуратными, секунды растягивались до минут, и я поняла, что это незнакомый мне поцелуй. Такой не свойственный его характеру и до боли приторный. Как тягучая карамель, что разливается по венам, повышая сахар в крови. Слишком бережно и изящно, чтобы соответствовать привычной действительности. Он постепенно забирал все мои силы, когда как раньше просто нападал и брал свое. Никакой дикости, только уютные и теплые объятия.
- Можешь представить, чтобы кто-то был ближе чем я? – шепотом спросил Маккол.
Я не ответила, испугавшись дрожания голоса. Грудь беспокойно вздымалась, дыхание прерывалось, а внизу живота завязался узел.
Мы смотрели друг на друга некоторое время и Эндрю задел своим кончиком носа мой: - Тебе будет все равно, если это будут не мои руки?
- Я… - Эндрю двинул пальцами чуть дальше, достиг края колготок и залез под тонкую ткань, минуя белье, - Ах! – я застонала прямо в его губы, стоило ему коснуться клитора.
Поза была неудобной для него, Маккол старался поймать меня на слове, старательно выгибая локоть, а я уронила голову на его плечо, лбом утыкаясь в пиджак. Одно лишь круговое движение заставило прильнуть к мужчине, поскольку силы сразу же покинули меня, уступая место другим эмоциям. Он властно схватился внизу, почувствовал влагу, которая стекла на руку и довольный прекратил эту пытку. Перед глазами все плыло, я понимала, что захотела большего, ведь он ласкал меня в самом уязвимом месте. Пусть недолго, пусть от его поцелуя я выпадала из реальности, а тело реагировало мгновенно именно на его близость…
Губы раскрылись, ноги подрагивали, руки крепче сжимались вокруг его шеи, стыд смешался с желанием, и я мечтала свести бедра вместе, чтобы унять поднимающуюся дрожь. Джеймс понял мое состояние и не собирался идти на уступки. Он раздвинул ноги еще шире, до легкой боли, поддерживая ладонями под коленками, и поцеловал меня вновь, но уже с большим упором. Вот он, тот самый поцелуй, который теперь казался знакомым: напористый, доминирующий, глубокий и нетерпеливый. Эндрю соединил наши языки, не давая мне вздохнуть, и крепко впечатал в стену. Я чувствовала тепло его тела тазом, чувствовала, как катятся капли собственных соков, и выгибала спину под его неустанным напором. В такой момент хотелось только продолжать, только принимать эти ощущения и наплевать на весь мир. Я не могла задаваться вопросами, не могла протестовать или кричать, я лишь стонала, постигая продажность своего тела.
«Так приятно… Ни с чем несравнимо… Он делает все настолько умело, что я поддаюсь каждому порыву».