- Еще не дочитал.
Я тоже допил виски и ощутил, что горло перестало чувствовать жжение от алкоголя.
- Отец уже рассказал мне все.
- Ты ходил к Леонарду? Зачем, я ведь просил тебя подождать…
- Он хочет, чтобы я уехал отсюда, - перебил я.
Дэн глубоко вздохнул: - Я хочу, чтобы ты трезво оценил контракт. Мы можем делать что угодно с вырученными деньгами, но выгоднее вложиться в новый филиал, ты же понимаешь это.
- Я больше не собираюсь мотаться туда-сюда.
Холланд улыбнулся: - Пока мы выполним строительство санаторного комплекса, пока завершится контракт, пока будут готовы все бумаги и другие мелочи пройдет куча времени. Я не буду стоять в стороне, я помогу тебе с открытием…
- А почему не ты?
- Что?
Я опустил руку с пустым стаканом: - Почему я должен заниматься расширением? Почему мне надо колесить по стране? Опять.
Дэн.
Это был хороший вопрос, и я боялся его весь разговор.
Минута прекрасных воспоминаний растворилась в воздухе, как белый пар. И теперь мы остались наедине с преткновениями.
- Так предложил Леонард.
Джеймс ухмыльнулся: - Я в курсе. И ты удовлетворительно ответил на это, раз сразу же подписал бумаги.
- Будем честны, это шикарный контракт. Лучшее предложение за нашу карьеру. Если тебя не устраивает Купер Гривз, то я переведу его под любым предлогом. Если не устраивают слова Леонарда, то я поговорю с ним, но я думал и о тебе, когда взял ручку и оставил «автограф». На самом деле все получилось благодаря тебе, именно ты поразил Итана своими способностями ведения бизнеса, поэтому он желал поработать с СитиХолл, и ты же притянул его, как тот на кого будет смотреть его сын и учиться.
Он проглотил мою похвалу, но на лице читалась горечь:
- Какая честь, учитывая что мы терпеть друг друга не можем. Он просто кретин, который не хочет ничего делать, а желает только раздавать приказы. А ты мог бы и сказать, что в моем кабинете появится Гривз!
- Я не знал, что он так быстро окажется здесь! – «Что правда, ведь Купер лентяй каких поискать и сразу ринуться работать, да еще и к Эндрю, довольно необычно», - Я заберу его, но Итан…
- Чем он полезен для меня? Ты сказал, что переживал обо мне когда подписывал.
Я сел на диван и сложил пальцы в замок: - С открытием нового филиала на свое имя ты поднимешь финансы Сторта и в будущем сможешь выкупить акции отца.
После этих слов Эндрю замер. Очевидно, что он даже не думал об этом, пока я не произнес предложение вслух.
- Леонард говорил, что только продаст их, но никак не подарит, поскольку он вложился в СитиХолл на половину всей стоимости компании. Таких денег у тебя нет сейчас, а потом будут, если ты поступишь верно.
«Я размышлял об этом целый день. После подписания, по дороге в аэропорт, в самолете и по дороге сюда. Если думать на долгую перспективу, то вариант очень даже здравый. Джеймс ненавидит опеку отца, а избавиться от нее не может. Быть может, деньги все же станут аргументом для Эндрю?»
- Верно? – он повернулся ко мне лицом, - А какая выгода тебе? Я услышал только о себе, но какая выгода для генерального СитиХолл?
- Мы расширим нашу фирму и создадим ей лицо, которое готово работать над проектом любой сложности.
- Все бы ничего, только я не понял… А почему ты будешь сидеть в кресле и своего центра и моего. Мне доверяют открытие филиала, но не думают, что я справлюсь с управлением Сторта?
Эндрю был раздосадован. Он не был пьян или что-то вроде того, но он «опустил плечи» и это будто подкосило меня.
Голова стала тяжелой и я наклонился: - А теперь выключи свои обиды и подумай насколько выгоден для нас Гривз. Он твой единственный пропуск на быстрое получение огромной прибыли. Никто не стал бы от такого отказываться! Если ты не поставишь подпись, то остальные акционеры потребуют рациональных объяснений. Я знал, что ты будешь против. И я тоже был против в начале из-за этой секретности…
- Но? – выразительно посмотрел на меня друг.
- Но ты думаешь головой или сердцем?
Джеймс крепче сжал стакан и взглянул на меня, не моргая: - А ты?
- Мы спрашиваем друг у друга об одном и том же? Так я отвечу, да, Ханна мне небезразлична.
- Черт… Почему? Почему?
- Наверно по тем же причинам, что и тебе. Но ты ни разу не ответил положительно, когда я спрашивал о твоих чувствах к ней.
Джеймс махнул рукой: - Потому что это непустой звук. Я ни одной женщине в своей жизни не говорил, что люблю ее.
Он был непоколебим в своем собственничестве, и я не мог пробить этот панцирь.
- Ты ругаешься с отцом – я понимаю, ты против Купера – он меня тоже бесит, ты недоволен нашим молчанием – но что бы ты сделал? Я узнал предпоследним, все решали наши родители. И когда отец назвал мне причину, то я согласился с ним.