- Ханна?
- Я передумала!
- Издеваешься?!
Рывком он убирает преграду и придавливает меня к матрасу.
- Нет!
- Мы уже это проходили.
- Но он... Большой... Будет больно…
- Ты уже не девственница. Сейчас будет лучше.
- Нет, – упиралась я, плачась как ребенок.
- Ты хочешь наслаждаться близостью или нет?
- Х-хочу.
- Тогда надо привыкать и приобретать опыт. Я хочу тебя. И плевать, что думают другие, и о чем мечтает Холланд. Хочу заниматься с тобой сексом до потери пульса! Думаю лишь о тебе. И жду, когда же ты придешь сама. Давай встречаться, официально, ни от кого не тая. Начнем отношения, достойные нас.
- Не в тебя будут засовывать вот это! - показываю я на его достоинство.
Мужчина с силой выдыхает и спокойно говорит, пряча ухмылку: - Детка, я никогда не хотел причинить тебе боль, но это часть взросления твоего тела. Уверяю, оно привыкнет, и ты сама станешь желать этого. Я купил гель не для игр, а чтобы помочь расслабиться. Мне понятен твой страх, но все же... Давай попробуем продолжить?
Он говорил это с нежностью. Спрашивал разрешения, и получил мой слабый кивок согласия.
Новый поцелуй сперва успокаивает, а затем переходит в чистую страсть. Остатки белья летят к другим вещам, а меня переворачивают на живот и ставят в коленно-локтевую позу. Свежая порция масла и его ладонь мягко начинает скользить меж ягодиц, задевая самые сокровенные места. От смущения и удовольствия я расправляю руки, опускаю голову на постель и прогибаюсь как кошка, сильнее подставляясь для манипуляций. Пальцы круговыми движениями плавно пробуждали все мыслимые и немыслимые желания. Все сосредоточилось на том месте, и уже невозможно было думать о чем-то другом. Тело хотело большего...
Эндрю словно прочитал мои мысли, потянулся за глянцевым пакетиком и надел защиту. Большим пальцем провел по входу и прислонился головкой, очень медленно проникая внутрь. Я стала отползать вперед при первых же неприятных ощущениях, но он схватил за бедра и крепко удерживал около себя. С каждым сантиметром, боль накатывала все сильнее, из глаз потекли слезы, расслабиться никак не получалось. Он это понял и стал целовать меня между лопаток, тихо прося успокоиться и довериться еще раз.
- Ах!
Джеймс бережно гладил бедра и легонько касался клитора. Периодически останавливался, чтобы я привыкла, и снова двигался вперед. Пока, наконец, не вошел во всю длину. Он выпрямился и со стоном стал выходить из меня, а затем снова возвращаться. Я сжимала простынь, от того, что не могла контролировать эмоции.
Его нетерпение нарастало, а соленые капли, что стекали по щекам, в какой-то момент высохли. И неожиданно Эндрю шлепнул меня по правой ягодице, от чего я вскрикнула, а влагалище рефлекторно сжалось. Он тут же остановился: - Черт, ты так... Готов кончить прямо сейчас.
Сто процентная наполненность отзывалась каждой клеточкой, сладкая боль переходила в тягучее наслаждение. Джеймс еще сильнее раздвинул мои ноги, растирая остатки масла по бедрам, а потом положил ладонь на низ моего живота и продолжил работать тазом, словно желая почувствовать, насколько он глубоко сейчас во мне. Он растягивал меня, покусывал шею, будто хотел оставить метку, и входил до упора, каждый раз сладостно вздыхая.
Когда меня перевернули на спину, то движения продолжились. Стоны вырываются прямо в его губы, и я с жадностью впиваюсь поцелуем. Сумасшествие... Власть этого человека надо мной, казалась безграничной.
Внутренние стенки обхватывали его и не хотели отпускать. Подаю бедра вперед, и он насаживает меня на член, издав одобрительный стон, и замедлив ритм.
Мало... Боже, мне действительно мало.
Эндрю, как завороженный смотрел на наши тела. Сжимаю его ягодицы, он быстро улыбается и принимает прежнюю скорость.
- Ах! Ах! Ааа…
Ярче, сильнее, быстрее... Внизу живота трепетно ныло, Джеймс провел руку и стал теребить клитор, от чего сбилось дыхание.
- Стой… Ааах!
Все чувства разом обострились, а мои крики стали раздаваться на всю квартиру. Когда и он стал терять контроль, то начал вбиваться так, что издавались мощные хлопки. Кровать безудержно скрипела, чтобы не ударяться головой о спинку, я упиралась в нее руками.
- Эндрю...
Он продолжал работать тазом и пальцами, а мое тело было уже на грани. Словно висело на ниточке, которая вот-вот оборвется. Жар разливался где-то глубоко и потушить его могла лишь разрядка.
«Только с ним... Еще, больше, сильнее... Как же горячо... Войди до самого конца, это так приятно ощущать его внутри…»