- Вот у тебя либо нет чувства самосохранения, либо это специально, чтобы вывести меня. С огнем играешь.
Приставляю указательный палец к щеке, постукиваю им и изображаю задумчивость: - Взрослый, опытный, красивый, галантный, добрый, да и ведет себя, как и подобает взрослому человеку.
- Так как я у тебя догадливый, то понимаю, о ком ты говоришь. Пусть он имеет все эти качества, но кто еще выдержит твои вечные ироничные замечания и ревность? – улыбнулся Эндрю, разводя руками.
Я прикусила нижнюю губу: - Повтори. Ревность? И это мне ты говоришь?
- Может, я и немного ревную порой, но…
- Немного... А какая машина у него, просто сказка! Не то, что какой-то Порш. Терпеть не могу эту марку, - театрально махнула ладонью я.
«Это надеюсь прямо по больному, ведь Джеймс обожает свои машины».
- Еще что – нибудь?
- Дай мне время и будет список.
Наши пререкания входили в обязательное из дел на неделю, я и не помню когда мы в последний раз тихо - мирно сидели и разговаривали о простых вещах, без сарказма и насмешек.
Брюнет на пару секунд закатил глаза, а затем начал пододвигаться, пока я не упала на боковую подушку.
- Думаю, ты в чем-то права.
- Вау!
- И дело не только в Холланде. Если тебя будет касаться кто-то другой, то у меня сорвет крышу, - спокойно подметил Маккол.
- А другу можно? – прищурилась я, вжимаясь в мягкий диван, лишь бы отодвинуться от Эндрю.
- Эх, - брюнет провел ладонью по моему животу, забираясь под кофту, - Твоя вера в мужчин впечатляет, - он сделал мягкое движение около пупка и затем расстегнул пуговицу джинс.
Мы уже лежали, и я была впечатана так, что не могла пошевелиться. И пусть диван не сравнится с кроватью по размерам, но и он был просторный настолько, что два человека вполне могли комфортно себя на нем чувствовать.
«Только не в моей ситуации!»
- Ты… Твоя рука!
- Сколько мне еще раз повторить? – ласково спросил Эндрю, расстегивая небольшую молнию, - Дружба закончится вот этим.
Я почувствовала его пальцы под бельем и сжала ноги, останавливая руку.
- Мы с тобой и не дружили! – выдавила я из себя последнюю полноценную фразу.
- Ха, только представь нас друзьями, - улыбнулся он, утопая пальцами в глубину.
- Ах!
- Сколько бы мы продержались на такой стадии?
Джеймс знал мое тело лучше меня самой и делал все, чтобы я расслабилась. Мне было так стыдно смотреть ему в глаза, что я закрыла лицо предплечьями, скрестив руки, как только издала первый стон. Я пыталась возразить ему, а в итоге уже плавлюсь от этих ощущений.
«Предательское тело! Что это за женская стойкость, о которой пишут в книгах, когда гордые девушки не поддаются на провокации мужчин? Не писатели, а обманщики…»
- Думаю, неделю.
- Ты бы и дружить со мной не стал, не то что… Ах!
- Конечно не стал, - я не видела его лица, но слышала смешливые нотки, - Какие друзья делают так?
Маккол оторвался буквально на мгновение, стянул с меня свободные джинсы и после ввел палец, ладонью продолжал тереть чувствительный бугорк.
Стоны громыхали на всю квартиру...
- Твой голос - музыка для ушей. Давай погромче.
Мои руки ослабели и рухнули около головы, и тут же сладкий поцелуй накрыл губы. Я поняла для чего он это сделал, чтобы отвлечь. Вторым пальцем Эндрю начал растягивать вход и я вздрогнула так, что пришлось схватиться за его шею. Мы продолжали целоваться, двигаясь в такт друг другу. В какой – то момент я привыкла и уже сама подавалась вперед. Сердце стучало так бешено, а телу стало так жарко, что я начала потеть.
- Черт, ты так вкусно пахнешь, - прошептал Джеймс на ухо.
Я улыбнулась и поняла, что уже не соображаю так же отчетливо как раньше.
- Нет. Не надо... - обрывисто молю я, сгибая руки, но не в силах освободиться.
- Ты уже слишком влажная, чтобы обманывать, - с придыханием произнес он, и затем развел внутренние стенки пальцами.
- Ах! Ах!
Боже... И эти яркие ощущения убивают весь самоконтроль.
- Как думаешь, что я хочу сделать с тобой сегодня?
- Ах! Ааа…
- Подумай.
Маккол грубо втягивал тонкую кожу на шее, даже покусывал, а я лишь могла сжимать его черные волосы и сильнее насаживаться на пальцы.
- Связано с сексом... - гулко выдохнула я.
- Например?
Дыхание учащается и становится слишком тяжело дышать. Пальцы мягко скользили по внутренним стенкам, продолжая растягивать их. Мне так хотелось, чтобы он прекратил эту пытку, и Джеймс понимающе хмыкнул, но ждал ответа.
- Хаа… Это же ты… Ты можешь все что угодно.
- Воодушевляюще, но боюсь, я уже не успею разработать тебя для этого.