— Меня Уильям очень беспокоит. Мне кажется, он долго не проживет.
— Ничего, выкарабкается.
— Уж ты-то таким не был.
— О, когда мне что надо было, я орал как резаный. Как-то, качая меня на коленях, дед мне поведал, как его отец, мой прадед то есть, схватил пригоршню тростника, когда ему было всего несколько дней, и это стало символом всей его жизни. Где он видел землю, забирал ее. Мне кажется, в этом я похож на них. Другого такого сильного рода, наверное, и не найдешь.
— Надеюсь, сыновья пойдут в тебя. Генрих больше на тебя похож. Он уже выглядит крепче бедняжки Уильяма.
— Ничего, поправится. Может быть, станет ученым. У него образованные родители.
Посмеиваясь, он вспомнил о незаконном сыне Гикенаи и о своем обещании взять его во дворец. Но с этим можно подождать, успокоил он себя. Он еще слишком мал.
Во время одного из визитов Генриха в Бермондси туда приехал Жефруа и потребовал аудиенции.
Жефруа выглядел угрюмым.
— Как тебе Англия? — спросил Генрих.
— Да как мне земля, где целиком завишу от прихоти своего брата?
— Какой ты, однако, нетерпеливый! Я только-только получил корону, и еще не время раздавать владения и замки.
— Но некоторых ты уже облагодетельствовал, не так ли?
— Да, без поддержки которых не обойтись. Однако от тебя, брат, я ожидаю помощи бескорыстной.
— Не слишком ли много ты хочешь?
— Потерпи некоторое время. Ты получишь, и немало, только надо подождать.
— То, что ты мне обещаешь, я и так давно должен получить. Разве отец не завещал передать мне Анжу и Мэн после того, как ты получишь корону Англии?
— Все в свое время, — сказал Генрих, а про себя подумал: «Да сколько этот мальчишка продержит Анжу и Мэн? Отдать ему сейчас, значит, бросить их к ногам врагов».
— Какое время? Какое устроит тебя или меня? — настаивал Жефруа.
— Какое устроит короля, — ответил Генрих, и Жефруа с ворчанием вышел.
Через несколько дней Генриху сказали, что брат покинул Англию и вернулся в Анжу.
Этого следовало ожидать. Но Жефруа вернулся в Анжу, чтобы собрать войско. Он всем говорил, что право на его стороне. Отец завещал ему Анжу и Мэн, как только Генрих станет английским королем, а теперь он отказывается ему их отдавать. Остается одно — взять их у него силой. Поскольку Генрих был в далекой Англии, к Жефруа примкнуло немало охотников поживиться в раздорах двух братьев.
Тем временем в Англию приехала Матильда, с невероятным желанием увидеть сына с английской короной, которую ей так хотелось самой. Генрих обрадовался приезду матери. Его покоряла ее безраздельная преданность ему. Он высоко ценил ее советы и всегда прислушивался к ним. Генрих рассказал ей о размолвке с братом, объяснил, почему не решается отдать ему завещанные отцом земли. Матильда сразу все поняла. Правителем может быть только Генрих, старший сын. На него одного она возлагает надежды. Чем больше владений в руках английского короля, тем больше его власть, а это на благо дома Плантагенетов. Остальные братья должны служить Генриху и быть этим довольными.
— Братья с этим ни за что не согласятся, — вздохнул Генрих. — Уильям — во всяком случае. Как я могу его умилостивить? Ведь он снова потребует себе владений. А мы с Элинор обсуждаем план завоевания Ирландии и хотим там посадить королем Уильяма.
Матильда задумалась.
— Это будет неплохо, но должно пройти время. Сначала надо укрепиться здесь. Если ты пойдешь воевать в Ирландию, что станет с Анжу и Мэн? Жефруа сразу же поднимет мятеж и захватит эти владения. А может быть, и Нормандию. Нет! Сначала надо закрепиться в королевстве. Прежде чем завоевывать новые земли, надо быть уверенным, что не потеряешь старые. Тебе надо поехать и посмотреть, что там натворил Жефруа.
Генрих согласился с матерью и сразу же обсудил это предложение с Элинор, она нашла его правильным.
— Я буду по тебе сильно скучать, но надо срочно спасать Анжу и Мэн. — Тут Элинор побледнела. — Может быть, даже Аквитания в опасности. Нет, тебе надо отправляться. Ты можешь оставить меня здесь с Лестером и Ричардом де Луси. Нам троим можно доверить правление страной.
Нелегко приходилось деду и прадеду, подумал Генрих. Их жизнь проходила в разъездах между Англией и Нормандией, надо было удерживать одно и отстаивать другое. Он согласился с Элинор. Вскоре стало известно, что она снова забеременела. Брать ее с собой было нельзя. А управлять страной с помощью надежных советников она могла.
Итак, Генрих отправился за море защищать свои владения.
Дел у Элинор было предостаточно.