— Но ты меня больше, — прошептал он, а затем нежно чмокнул меня в кончик носа.
Я не могла не улыбнуться ему. Его нежности.
— Я серьезно, — сказал он, а затем провел носом по моей щеке, и вдохнул запах моих волос. На его лице отразилось чистейшее блаженство, и мне стало приятно, что это было из-за меня. — Я никогда не видел ничего прекраснее. Ты заставляешь мое сердце вытворять сумасшедшие вещи.
Внутри меня снова принялись вальсировать бабочки, на этот раз от сладостной мелодии его слов. Слов, предназначенных мне.
Я запустила пальцы в его волосы и поцеловала его снова, покусывая его губы и дразня, пока он не сдался и не вернулся ко мне. К нашим умопомрачительным поцелуям, заставлявшим нас проживать десятки тысяч идеальных жизней.
Минуты превратились в часы, а часы потеряли счет. Рядом с Трейсом я была словно в раю и не хотела возвращаться на землю.
Глава 38
Канун Дня всех святых
Утро следующего дня поприветствовало меня угрюмым и пасмурным небом. Тонкая вуаль тумана растянулась над землей, будто призрачный парад неупокоенных душ в предвкушении своего дня. Когда я спустилась вниз, Трейс уже ожидал меня на улице, чем несказанно порадовал моего дядю. Похоже, дядя был заинтересован в моей дружбе с Трейсом не меньше отца самого Трейса. Меня же не покидало чувство, что за этим стоит нечто большее. Чем бы это ни было, это только усилило мои подозрения на счет их навязчивых стараний нас сблизить.
— Вы идете на Весенний Бал вместе? — спросил у меня дядя, когда я присела у входной двери зашнуровать кроссовки. Тот факт, что он знал, как называются танцы, хотя я ни разу об этом не заикнулась, застало меня врасплох.
— Не думаю, что Трейс пойдет.
— Какая жалость.
И не говори, подумала я. Я бы много чего отдала, чтобы увидеть его в красивом костюме.
— Полагаю, ты все равно идешь, несмотря на его отсутствие?
— Да. Вообще-то, я иду с друзьями. Ничего особенного. — Пожалуйста, пусть это будет последний вопрос. Я так не хотела обсуждать это с моим дядей сейчас. И в другое время тоже.
— Понятно, — кивнул он, засовывая газету под мышку и не спуская с меня пристального взгляда. — Я кого-то из них знаю?
— Да как обычно… Тейлор, Карли, Калеб. Как я и сказала, ничего особенного. — Я подхватила свою сумку и улыбнулась. — Мне лучше поторопиться, иначе я опоздаю в школу, — добавила я, закидывая рюкзак на плечо и пулей вылетая из дома, пока он не успел еще что-нибудь спросить.
Трейс не сводил с меня глаз, пока я обходила машину, идя к пассажирской двери, которую он услужливо распахнул для меня. Забравшись внутрь и помахав на прощание моему пронырливому дяде, мы молча тронулись в путь.
Спеша поскорее собраться и избежать дядиного допроса с пристрастием, я даже не подумала приготовиться к тому, что между нами с Трейсом может возникнуть неловкость после наших вчерашних упражнений в искусственном дыхании «рот в рот». Мы не обсуждали, что это означало для нас или как это могло изменить отношения между нами.
Даже после того, как меня забрал Габриэль и привез обратно домой — назад к реальности, — у меня все равно не было времени обдумать возможные последствия. В моей голове уже было столько всего намешано: мой отец и план его спасения, Тесса с Габриэлем и предстоящая им вскоре стычка, Доминик со своими скрытыми угрозами, которые не стоило воспринимать легкомысленно. Причин для беспокойства было множество и больше всего мне хотелось просто забыть о них на время, и хоть одну ночь нормально отдохнуть.
Конечно, помощи от Габриэля в этом плане ждать не приходилось; тот был сама предосторожность. Он провел всю ночь на моем балконе, расхаживая взад-вперед и ведя наблюдение, словно вооруженный тюремщик, готовый пристрелить любого, кто пересечет границу. Как бы я ни ценила его старания, его присутствие здесь еще больше напоминало, что мне грозит опасность, а неприятности уже не за горами.
Я изо всех сил пыталась его заглушить, но предчувствие неизбежной гибели засело у меня внутри будто чудовище, не желающее разжимать свои когти. Энгель, Доминик и даже Никки — все они были причастны к моим бесконечным несчастьям. Вопрос в том, кто из них «поможет» мне встретить мою смерть?
— Сегодня утром я говорил с Габриэлем, — как ни в чем не бывало начал Трейс, свернув на главную дорогу. Завитки стелющегося по земле тумана увивались за нами, словно наш личный эскорт. — Он сказал, что прошлой ночью все прошло нормально.