Я отвернулась к окну.
— Если это позволит тебе уснуть…
Через пару минут молчания он повернулся ко мне со странным выражением в глазах:
— Тебе на самом деле лучше держаться подальше от этого.
— От чего? От «Всех святых»?
— От «Всех святых», от Никки, от всего этого. От всех.
Тьфу, опять.
— Да что с тобой? Сначала ты убеждаешь меня держаться подальше от того парня и отказываешься объяснить причины, а теперь я должна держаться подальше и от бара, и вообще от всех, кто там есть? Может ты ещё напишешь мне долбанный список тех, с кем мне можно дружить? Уверена, так мне будет проще быть в теме.
Он усмехнулся.
— Поверь, я бы давно так и сделал, если б хоть на секунду поверил, что ты послушаешься, — сказал он и мельком оглядел меня с ног до головы. — Но что-то мне подсказывает, что плевать ты хотела на правила.
От гнева я ощутила горячее покалывание по всему телу и решила, что не доставлю ему удовольствие своим ответом.
Хотя…
— Да иди ты.
Этой ночью я легла спать совсем разбитой, и даже утром не почувствовала себя лучше.
Солнце изо всех сил старалось прорваться через утренние облака, всячески обещая замечательный день, но внутри я этого совершенно не ощущала. Я чувствовала усталость и слабость, словно мои кости всю ночь терли об асфальт, пока я спала и ни о чём не подозревала.
Дядя уже сидел на своём обычном месте у кухонного стола и читал воскресную газету, когда я спустилась по лестнице. Он изучающее взглянул на меня, когда я плюхнулась в кресло напротив него.
— Выглядишь ужасно, — отметил он, снимая очки. Его тёмные волосы блеснули в тусклом утреннем свете.
— Спасибо, — сказала я и положила голову на скрещенные руки. Увы, моему самомнению не грозит сильно раздуться. — Похоже я заболела или что-то вроде того.
— Да? — спросил он задумчиво. — Чем именно?
— Не знаю, наверное, обычная простуда. Слабость и усталость. Как началось, так и закончится.
— Интересно.
Я подняла глаза, чтобы посмотреть на него.
— Серьезно?
— Какие планы на сегодня? — Он взял со стола газету и разгладил её.
— Особо никаких.
Он неодобрительно моргнул.
— Я тут никого не знаю, — сказала я, защищаясь.
— А школьные друзья с вечеринки?
Я тяжело вздохнула и снова опустила голову.
— Не хочу об этом говорить.
— Хорошо, — продолжил он после долгой паузы. — Я тут подумал, что тебе было бы неплохо устроиться на работу, раз уж ты здесь.
Моя голова подпрыгнула от неожиданного шквала мерзких слов.
— Работу? — пискнула я, вытаращив глаза от отвращения.
— Да, — сказал он, сдержав смех. — Уверен, опыт работы тебе не помешает. И это отличный способ познакомиться с людьми и приобрести некоторую финансовую независимость. Что скажешь?
Хотелось бы сказать «к чёрту», но какой у меня был выбор? Я живу под его крышей, на его деньги. Если он хочет, чтобы я работала, то пусть так и будет.
— Пожалуй, да, — сказала я с воодушевлением сдувшегося воздушного шарика.
— Чудесно. — Он был явно равнодушен к отсутствию у меня энтузиазма. — Я уже кое-что подыскал тебе. Так сказать, звонок другу.
— Звонок другу? — Разве я такая безнадёжная, что ему понадобилось ради меня кому-то звонить? Эта мысль угнетала меня.
— Вот адрес. — сказал он, записывая что-то на кусочке бумаги и протягивая мне. — Генри отвезёт тебя, когда ты будешь готова.
Ага. Поехать на работу на машине с водителем — это замечательно согласуется с его словами об опыте работы.
Меньше чем через час я была на заднем сиденье седана, остановившегося около смутно знакомого здания. Шлейф тумана заполз в машину, когда я приоткрыла окно, чтобы его разглядеть. Бар «Всех святых», место ночного преступления. Днем оно выглядело иначе без мигающих огней, толпы людей и вышибалы перед дверью.
— Это, должно быть, ошибка, — ошеломлённо сказала я.
— Не думаю, — ответил Генри. — Мистер Блэкберн лично дал мне инструкции, — сказал он и вышел из машины, затем обошёл её и открыл мне дверь. — Это отличное место работы, мисс Блэкберн. Уверен, здесь о вас отлично позаботятся.
— Джемма, — рассеянно поправила я его, выходя из машины и разглядывая здание. — Спасибо, Генри, — запоздало сказала я.
— Приятного дня, мисс… Джемма.
— Тебе тоже, Генри.
Я прошла через автоматические двери, осторожно осматриваясь вокруг, словно ждала, что Никки выскочит из тени и набросится на меня с банкой колы. Я сразу отметила, каким странным выглядело это место при дневном свете. Внутри оно было ужасно тёмным, изголодавшимся по солнечному свету и людям, которые могли бы заполнить эту осязаемую пустоту. Это место внушало необъяснимый страх и было слишком тихим.