Какого черта? Никки и Калеб? Как? Когда? Не помню, чтобы я хотя бы раз видела, как они разговаривают друг с другом, не говоря о проявлении симпатии друг к другу. А как же Трейс? Как она может безумно его ревновать и тут же обжиматься здесь с его другом?
Всё это очень дурно пахнет — и я не про вонь из раздевалки парней. Я закрыла дверь и помчалась на парковку.
Я не была уверена, говорить ли Трейсу о том, что я только что видела в раздевалке. По его словам, они с Никки больше не встречаются, так есть ли у него всё ещё право знать, чем они с Калебом занимаются после школы? И моё ли это дело — говорить об этом?
В замешательстве и чувствуя некоторое отвращение, я направилась через студенческую парковку, чтобы встретиться с Трейсом. Он стоял, прислонившись к машине, и разговаривал с Беном, когда я увидела их. Оба всё ещё были в школьной форме — но без галстуков и пиджаков. Я на секунду испытала облегчение, увидев Бена, потому что как минимум я могла теперь отложить вопрос с Никки.
— Хорошо, что ты появилась, — сказал Бен с загадочной улыбкой на лице.
— Забавно, я собиралась сказать то же самое тебе, — ответила я, поправляя школьную сумку. — Не знала, что ты придешь.
— Да, я тоже. — Его усмешка стала шире, как будто у него была тайна. — Поверь мне, Джем, сопровождать вас двоих не лучшее времяпровождение с моей точки зрения.
— Сопровождать нас? — Я посмотрела на Трейса, который убийственно смотрел на Бена.
Это шутка?
Как бы ни нравился мне Бен, мы никак не смогли бы говорить открыто, если бы он таскался за нами всё время. Подумал ли об этом Трейс в его идиотском устремлении сделать всё, чтобы мы не оказались наедине — что очевидно он и пытался сделать.
— Я сначала такой: да нет, да ни за что, — продолжил Бен, покачав головой. — Но когда он сказал мне о том, что ты знаешь и что он уже говорил с тобой, я никак не мог упустить свой шанс.
— Твой шанс? — Если это подкол насчёт Трейса или тех двух парней из Истона, или книги по химии сегодня утром, то я разворачиваюсь и иду домой.
— Услышать правду, — просто ответил он. — Из первых уст.
— Правду? — О чем он, чёрт возьми, говорит?
— Ты должна услышать некоторые вещи, которые они говорят о тебе. Трудно отличить правду от слухов.
— Слухи? Какие слухи? Обо мне ходят слухи?
— Сумасшедшие слухи. Ты на переднем сидении? — спросил он, бросив школьный портфель на заднее сиденье и замер в ожидании перед открытой пассажирской дверью.
Было бессмысленно сидеть рядом с Трейсом. Кроме того, я почти уверена, что буду не в состоянии сопротивляться желанию чмокнуть его в макушку, находясь на таком близком расстоянии.
— Садись вперёд. — Я потянула переднее сиденье на себя и забралась назад, чувствуя разочарование и замешательство.
Трейс сел на сиденье водителя, ничего не сказав, и начал настраивать зеркало заднего вида, пока мы не встретились глазами. Я уставилась на него, затем опустилась на свое место, игнорируя колющие искры, которые побежали по моему телу.
Я действительно начинаю ненавидеть эти искры.
Глава 23
На машине с пацанами
— Так что там за слухи? — спросила я у Бена, когда мы выехали с парковки. — Стоит ли мне вообще их знать? Если они касаются Никки, то я пас.
Бен повернулся к Трейсу, нахмурив брови, словно бы спрашивая у него разрешение.
— Она не знает про тебя, — сказал Трейс.
— Что значит, она не знает? — поразился этому открытию Бен. — Но ты же говорил…
— Я говорил, она знает, кто она. Я не говорил, что она знает что-то о тебе или остальных.
Остальных?
— И что тогда? Они просто дают ей неполную информацию?
— Откуда мне знать? — огрызнулся Трейс. — Я не ее Страж.
— О чем вы говорите? — вмешалась я, чувствуя, что мои нервы уже на пределе. — Чего я о тебе не знаю?
Бен повернулся на своем сидении, чтобы посмотреть на меня.
— Что я тоже анаким. Перевертыш, — ехидно ухмыльнулся он.
— Ты… Оу. — Мои глаза расширились, услышав новую информацию. Бен — Перевертыш. Мой пульс участился. Бен — Перевертыш, как и Доминик.
Его улыбка померкла.
— Ты хоть знаешь, кто такой перевертыш?
Будто я могла забыть.
— Потомок ангела-хранителя, который может принимать форму животного, — произнесла я, а затем покачала головой. — Я просто немного удивлена. Думала, ты обычный.