Бывает, дело то житейское.
Настоящая трагедия, с перестрелкой и тремя трупами, произошла в ту же ночь дома у лейтенанта Петрова, куда на огонёк и на палочку чая (воспользовавшись отсутствием хозяина дома), заглянул, истосковавшийся по женской ласке старый холостяк, замполит Шагин. Когда уже было выпито и марочное вино, и перемерены все наряды, а на ухоженном пальчике, красовалось дивной работу восточных мастеров золотое ажурное кольцо, внушительного размера — входная дверь, открытая ключами, предательски скрипнув открылась, впустив в квартиру своего хозяина. Скрипа входной двери, никто из любовников не услышал, не до того было, кувыркающимся на хозяйской кровати людям. Они её так разогревали, что ещё немного и пошел бы дым. Лейтенант этого не стал дожидаться. Достав пистолет, он расстрелял почти всю обойму в любовников, а последний патрон оставил себе.
Что-то не то было с некоторыми нашими замполитами — то боевой корабль неизвестно куда и неизвестно зачем угоняли, то пили беспросветно и беспробудно от скуки, то жизнь портили всему личному составу, сея интриги и подозрительность.
Автора этих рассказов, за то, что он делал морякам наколки, один из таких деятелей, (решив оправдать на корабле своё никчемное существование), чуть не загнал в дисбат.
Послесловие:
Я был после службы на своём первом корабле. Сказать, что увиденное повергло меня в шок значит, ничего не сказать. Он был разграблен, а потом подожжён и это ему ещё «повезло», он остался на плаву, другому кораблю повезло меньше, его просто продали туркам на металлолом. Да и Вы сами, наверное, знаете массу подобных примеров.
Матросам попить и погулять, после честно выполненного долга на боевой службе, было нельзя. А вот развалить и распилить Флот — это запросто. Как написал в социальной сети мичман Савельев, когда его в этом упрекнули: «Мне же семью надо было кормить».
ПИРОГИ С ЛОПАТЫ
КОНФИДЕНЦИАЛЬНО. СТРОГО СЕКРЕТНО
РАПОРТ
Уважаемый, господин адмирал!
К Вам обращается Ваш бывший подчинённый, мичман Савельев, ныне простой севастопольский пенсионер, пока ещё муж своей жены, активистки «Русской весны» Любови Петровны. Когда мы воссоединялись с Россией, мы догадывались, что на первых порах нам легко не будет — пирогами с лопаты и салатами оливье, постоянно кормить нас никто не будет. Мы это понимали, но зачем же развращать и уводить из семьи любимого мне человека, мою жену — гражданку Любовь Петровну, с которой я прожил в законном браке более двадцати лет. Мало того, что она, бегая сутками с российским флагом, во время означенной весны, делилась бескорыстно своей любовью с нашими освободителями, так она за это время совершенно позабыла обо мне и забросила свои прямые супружеские обязанности. За это время я, позабыв вкус горячей пищи, чистого белья и носков, был вынужден вспомнить за юношескую забаву — «погоняй слоника» — не лучшее скажу я вам времяпровождение, да ещё на старости лет. А ведь я не мальчик, уважаемый, господин адмирал. Я ведь в отцы Вам почти гожусь, а тут у нас сейчас, или вечерняя политинформация, или хором за Сталина поём. А некоторые пытаются от этого увильнуть (списочек их фамилий я прилагаю) …а ведь у меня строгая диета — мне ведь покой и усиленное витаминами домашнее питание надо.
Докладываю далее господин адмирал — означенная шалава (моя жена), не ночевала сегодня всю ночь дома, но заявившись под утро, домой пьяной вусмерть на мой вопрос: «Где ты всю ночь шлялась, шалава!?»… Не смогла ничего ответить вразумительного, а воспользовавшись моментом, когда я пытался уложить её на диван, она со словами: «Врёшь, падла, Крым наш!!», — взбрыкнула своей ногой, да так ловко, что угодила мне ею в промежность. Не ожидая от своей благоверной такой подляны, я не успел закрыть руками свои причандалы и, получив по полной программе по Тэкван-До, отлетел в угол, где и потерял временно сознание.
За время своего вынужденного бездействия, мне в бессознательном бреду, примерещилось, что мы опять живём и жируем в Украине — принимаем у себя украинских курортников, снова обжираясь дешёвыми и качественными украинскими продуктами.