— Нет, а они болят, во кино!
Старые друзья выпили, закурили и задумались каждый о своём. Начальник охраны, о том кого из своих сотрудников надо будет привлечь к операции, а президент банка о том, как они познакомились тридцать лет назад, два инвалида советской армии, гниющие заживо в хирургическом отделении военного госпиталя без должного врачебного ухода, лекарств и сигарет. Но самое страшное началось после выхода их из госпиталя — страна переживала перестроечное время и все их заслуги и награды оказались никому не нужными.
В военкомат, куда они по наивности потыкнулись, толстомордый полкан военком, разве что не рассмеялся им в лицо, заявив, что он лично их никуда не посылал и ответственности за них не несёт. Выйдя из военкомата они присели в скверике на лавку и дождавшись окончания рабочего дня в военкомате, отследили место проживания военкома. После небольшого совещания, к военкому было решено утром — посмотреть, как живут офицеры в тылу.
3
Борова военкома оглушили ударом в голову, утром в подъезде, когда он шёл на службу, затащили в его же квартиру, воткнули кляп в рот и связав бросили в ванну. Его жену, чтобы не мешала будить не стали. Быстро проверив укромные места, нашли несколько сберкнижек на предъявителя, пару тысяч рублей, шкатулку полную женских золотых украшений и ключи от стоящей возле подъезда машины. В холодильнике стояла литровая бутылка польской водки Выборной и домашний копчёный окорок. Водку выпили, окорок съели и на прощание трахнули проснувшуюся жену военкома, потом погрузились в отжатую машину и выехали из города. Жить стали на даче у Курбаши. Мирная жизнь потихоньку стала налаживаться.
Их взяли через неделю ночью, когда они, расслабившись после очередного удачного дела, парились с проститутками в бане. Группа спецназа ворвалась в баню и уложив всех мордой в пол удалилась с проститутками и водкой в предбанник, оставив их один на один с пожилым человеком. Нисколько не комплексуя в чужом доме, тот уселся за стол и налив себе коньячка начал неторопливый разговор о том, что представляться он пока не будет, а вот вопрос задаст и от ответа на него в дальнейшем и будет зависеть их судьба. Озвучив свой вопрос и получив согласие сотрудничать, мужчина разрешил им подняться с пола и представился. Поздним гостем оказался председатель горисполкома, которому в это смутное время понадобились люди умеющие решать некоторые деликатные вопросы быстро и кардинально. Его выбор пал на них, как на профессионалов доказавших своё мастерство.
С тех пор они несколько лет и работали по его наводке: обкладывая данью кооператоров и базарных торговцев, у слабых отжимали их прибыльный бизнес, угоняли и перепродавали машины. Всё было хорошо, пока их страна не развалилась, и их патрон не стал мэром. Должность выборная, да и надоело им ходить под кем-то и они, взорвав своего патрона в его же машине, пошли сами на внеочередные выборы, выдвинув Курбаши кандидатом на пост мэра. На выборах они победили. Попробовали бы не победить, если они и так были ночными хозяевами города. Заняв пост мэра, Курбаш стал править честно и справедливо. Разрешено было всё, что не запрещено. В то лихое время и был создан их международный коммерческий банк, который и аккумулировал все городские поступления.
Всё было хорошо, до первого Майдана, когда на волне победы оранжевой революции, в политику пришли ставленники победителей, кумовья нового президента, руки которых не брали взяток… Пока не были при власти, они их и не брали, но как только дорвались до городского бюджета стали брать по полной программе. Только со строительства мостового перехода через реку Днепр, за шесть лет было украдено более двух миллиардов вечно зелёных американских денег. Украдены, конечно, были гривны, но в офшоры осели уже доллары. Такой прибыльный бизнес, по всей видимости, процветал по всей стране, так как курс доллара с пяти гривен вырос до пятнадцати и останавливаться не собирался, так же, как и победители, живущие по принципу: «После нас, хоть потоп.»
Не терялась и бригада Курбаша, обналичивая через свой сервисный центр кредитный безнал. В иные дни в банковских хранилищах столько набиралось налички, что для того, чтобы её вывезти к банку подгонялись мусоровозы, куда она и грузилась в мусорных мешках. А что было делать? Косовица — есть косовица. Всем в то время было тяжело. Когда за границей кредиторы уже стали возмущённо грозить пальчиком и вопрошать, когда же начнутся долгожданные реформы, на смену померанчевому президенту пришел бывший сиделец, на которого можно было списать все огрехи прошлого правления руководителей революционеров. И он не подвёл, оправдал высокое доверие кукловодов: начал грабить страну так, что даже пришлось создать новое министерство учёта доходов — Минкабсдох, как шутили в народе. Всё было бы хорошо, но «пинокио», зажрался, попутал рамсы, всунул свою руку в общак.