— Шэф, проснитесь, — ворвался в его философскую полудрёму, голос его верного друга и охранника Игоря, — в Украине полыхнуло народное восстание.
— Третий Майдан что ли? — не поняв, о чём идёт речь, ошарашено спросил Павел Васильевич.
— Если бы. Им хоть худо бедно, но управлять можно, а там разгорается слепое пламя народного гнева. Горят дворцы и отстреливают всех тех, кого народ считает виновниками своего ограбления и унижения. Беда, Паша, пришла в Украину.
— Не беда, Игорёк, не беда. Пришло наше время. Время искупления. Я предчувствовал и подготовился, как мог. Значит так, можешь считать себя мобилизованным, а посему на первый второй рассчитайсь: я первый, а значит главный и потому, слушай мою команду лейтенант. Ты остаёшься здесь в Италии с нашими семьями, а я отбываю сегодня вечером в Украину. Я в принципе догадываюсь кто за этим стоит, так что моя финансовая помощь восставшему народу не помешает. А вообще-то — если не можешь повлиять на события, поменяй свое отношение к ним — возглавь их.
— Шлёпнуть тебя там, в горячке, Курбаш.
— Ну что ж, будем тогда считать, что я дождался своей пули с лихих девяностых, хотя… Кому суждено быть повешенным, тот не утонет. Да и вообще, это намного лучше чем в немощной старости от болезней. Не бзди, Игорёк, я ещё успею попортить перед своей смертью им кровь.
— В чём, в чём, а уж в этом-то, я не сомневаюсь.
5
Прошёл год.
— Красиво здесь, очень много солнца, тепла и света, а самое главное тихо и… не хочется говорить этого слова, но как-то по-семейному уютно. И главное, что рядом есть то, что он всегда так любил — горы и море.
— Ну, не расстраивайся мама, ты же знаешь, что тебе нельзя волноваться, а папе — папе, сейчас на небе хорошо — принялась успокаивать юная девушка, одетую во всё чёрное плачущую женщину. — Поехали домой. Становиться прохладно, да скоро уже и темнеть начнёт.
— Хорошо, — ответила женщина и опираясь на руку прихрамывающего мужчины стала спускаться с небольшой горки, на котором находилось в далёкой стране христианское кладбище.
Действительно ночь, в этой стране наступала как-то сразу. Не успело солнце спрятаться за горы, как от них начинают идти тени, которые удлиняясь, темнеют, превращая день в ночь. Группа, состоящая из трёх человек, подошла к дороге и села в стоящую на обочине машину. Игорь завёл мотор, и машина плавно тронулась с места.
— Спасибо Вам Игорь, что позаботились об останках моего мужа, — нарушив молчание в салоне заговорила женщина в чёрном. — Наверное, Вам тяжело было вывезти их из Украины?
— Тяжело не то слово. Невозможно подходит больше и если бы не помощь друзей, ничего бы не получилось.
— Как там вообще в Украине?
— Спрашиваете, как там обстоят дела в Украине? Сложно. Я вам лучше прочту небольшое четверостишье поэта Данилова:
Горить та стогне Україна;
І кров біжить там наче гній.
Скажи, скажи мені країно —
Коли ти скинеш тягар свій!?
— Красиво и жутко, как вся наша жизнь. — Но вы знаете, не всё так плохо, после того, как всю власть очистили от взяточников и казнокрадов жизнь в Украине стала налаживаться.
— А говорили, что коррупционеров расстреливали прямо в кабинетах, а беременным женщинам вспарывали животы, а снегирей ели живыми…