Но ненадолго, Лайно вскоре вернулась — на другом патриотическом голландском сайте, куда он ушли, почему-то не прижился её профиль. Вернувшись на сайт, она продолжила свои жалобы. Мне просто интересно, что случилось, если бы мою страничку всё же закрыли? Абсолютно ничего. В интернете существует более сотни литературных сайтов администрации, которых постоянно приглашают к себе новых авторов, обещая им даже выплату авторских гонораров. Так, что при желании всегда можно найти себе место. Тем более, что у меня есть два своих персональных сайта: mirnoenebo.ucoz.com —
http://ru.simplesite.com/
Сейчас полулегально находясь в концертном зале севастопольского дома офицеров, я ветеран советского черноморского флота, народный мастер Украины, попивая коньяк, мысленно философствовал о превратностях судьбы. Я человек, который не предал свою Родину, в городе славы русских моряков, сейчас никто, а человек, продавшийся за пустые обещания, сейчас со сцены читает стихи, в которых пытается кого-то учить доброму-вечному. Бред сивой кобылы.
Рано или поздно всё в Украине вернётся на круги своя и где окажется эта завывающая на сцене мадама со своим мужем коллаборационистом сейчас не знает никто. Даже я не хочу делать никаких предположений… А посмотреть на неё мне было всё таки интересно. Хотя я к этому сам и не стремился. Судьба на жизненном пути и не такие кренделя выписывает, так что всё в руках Всевышнего. Даст Бог, может быть, я и свои картины верну. Кстати о картинах, пора было бы уже нанести визит вежливости на ПЛ, стоящей в заводе.
Не заходя в мастерскую, я покинул дом офицеров и забрав у сторожа велосипед поехал на улицу Ревякина к поджидающей меня с ужином бывшей жене пасынка брата моей жены, короче говоря почти родственнице. Вернув велосипед на базу, я обтёр спиртовыми салфетками свои грязные руки и поужинав жаренными глосиками отправился на боковую, решив с утра посетить завод.
Мало того, что я долго не мог уснуть; мало того, что поблизости гудели вертолёты с самолётами, отрабатывая какие-то свои учебно-боевые задачи, так ещё и ночь прошла в кошмарных сновидениях: то меня пригласили на персональную выставку в пустую галерею и я, как поц, хожу по ней и не знаю, что рассказывать прессе и телевизионщикам о моих пропавших картинах, то мне опять забрили лоб на флот и я в беске и рваном тельнике с одной сапёрной лопаткой, по пояс в холодной воде стремительно бреду в атаку по гнилому морю Сивашу, мечтая о том, как тяжело ранят моего сослуживца, и я смогу забрать его винтарь, то мне в утреннем мареве на грудь падала роскошная блондинка, а у меня не то, что случались осечки, ну так — не высший пилотаж… Змеюка, ещё и обцарапала мне всю спину… Короче мрак, а не ночка была.
4
Проснулся я в гордом одиночестве и с удивлением обнаружил, что почти родственница ушла на работу, на печке стояли сковорода с жаренной картошкой и горячий чайник. Возле кровати валялась пустая коньячная бутылка. А вот спина действительно была поцарапана — значит почти не стратил или сон был в руку. Змеюка.
Быстренько сполоснув минералкой свой фэйс, я попив чайку, оседлал велосипед, отправился в дорогу. Заехав по дороге к знакомому продавцу сувениров, который увидев меня: не только несказанно обрадовался, но и предложил опохмелиться. Я вежливо отказался и поменяв свои баксы на рубли, прикупил у него бэушную военную форму, нагайку и пневматический пистолет. Пневмат, пневматом, а бутылку с десяти шагов разносил в клочья. Прицепив на китель медаль, и всунув в кобуру пистолет, я стал походить на представителя крымской самообороны. Эдакого вальяжного, в меру пузатого, с наглой похмельной рожей вояку. Увидев себя в витринном отражении, и сам за себя испугался. Настоящий бляха муха оккупант.
Ради куража, а больше для репетиции, в обмен на расписку, что деньги вернёт администрация города, я отжав у какого-то нерасторопного ларёчника несколько бутылок водки, поехал на завод. Мне начинало нравиться в новом Севастополе, где страх перед представителями новой власти, открывал такие широкие горизонты. Пора было заканчивать свои дела и быстро сворачивать свою деятельность… Пока не понравилось ещё больше.