— Ты, человек, который ни разу ничего тяжёлого не брал в руки, копал подвал? Не смеши меня. Думается мне, что тех кто тебе его копал, и нашёл клад, давно уже нет в живых. Но это на твоей совести. Где твой клад? Если далеко, тогда можешь и не напрягаться. За ним никто не поедет.
— Не далеко вон в той коробке, что стоит возле тебя.
Я небрежно ногой перевернул коробку: первыми на пол галереи посыпались монеты, потом какие-то кольца и браслеты и последней из неё выпала скифская пектораль. Я поднял её и стал внимательно рассматривать золотой орнамент. В отличии от пекторали найденной в кургане Толстая Могила профессором Б. Н. Мозолевским, эта была несколько поменьше в диаметре и весила меньше килограмма. Но зато на ней не было тех двух скифских царей, которые собой закрывали часть карты на которой, как уверяли специалисты, находился их подземный дворец и некрополь. Я сразу узнал ту местность — Мелитополь, район Каменной Могилы, где в подземельях я нашёл несколько интересных артефактов. Если вспомнить, что в одном из залов того подземного дворца хранится золотой котёл, выкупавшись в котором можно было обрести бессмертие, то карте на этой пекторали не было цены.
— Знаешь, что это? — спросил я барыгу.
— Конечно, скифская пектораль, примерно пятый век до нашей эры. Вес 850 грамм, можешь забрать всё золото, его больше двух кило, а мне оставь этот нагрудник…
— Ты не в том положении, чтобы о чём-то со мной торговаться.
— Пектораль радиоактивна и похоже, что проклята скифскими жрецами. Все кто имел с ней дело, уже умерли. Остался только я и то уже похоже, что дождался своего палача…
— Ишь ты палача… Ша, я ещё не сказал своего слова. Хотя и без тебя знаю, что все кто пытался там копать умерли. И потому я забираю свои картины и по тихому сваливаю.
— Что и золото не возьмёшь?
— Нет. Чтобы с золотым кладом жить в мире, надо пролить чью-то кровь. А я мирный человек. Да и хватает мне моего искусства… На кой хрен мне нужен лишний гемор? Хотя, чисто ради сувенира, несколько монет всё же возьму.
— Похоже, что ты действительно, как о тебе пишут на сайтах — не от мира сего…
— Ну да, ну да — ем снегирей и распинаю младенцев, фашиствующий укроп короче.
— Не утрируй. А если серьёзно, тебе ведь предлагали остаться в Крыму, пенсию хорошую обещали, свой музей…
— Вот именно, что обещали. Не знал бы я соплеменников и родственников своего отца, поверил, а так нет. Пообещают и подло обманут.
— В твоём случае вряд ли. В твоих картинах и книгах отображена история Руси от Рюрика, до юрика, так что тебя бы точно не кинули. Всё бы выполнили. А так — где сейчас твои картины, небось валяются где-то в гараже или в сарае? А так были бы в музее. Радовали бы собой посетителей.
— Возможно, что они сейчас и лежат в гараже, но мы строим музей на Хортице, который будет открыт для посетителей, а чем твой закрытый от всего мира погреб лучше моего гаража? И это тебе повезло, что я к тебе первый зашёл, но думаю, что тебя завтра свои же «защитники"и посетят, только конечно же не с дружеским визитом. Так что готовься… Те тебе золото не оставят.
— Если не секрет, как ты на меня вышел?
— Твой реставратор тебя сдал.
— Придётся действительно ждать гостей. Это херово… Не хочешь мне помочь со своей братвой? Я им заплачу…
— Нет. Они подгонят танки, и сравняю дом с землею. Не поможет — разбомбят с воздуха. Забаррикадируйся в своём подвале и попробуй от них откупиться пекторалью… И царствие им небесное. А у меня с вами господа крымчане всё. Удачи тебе не желаю. Можешь меня не провожать. Надеюсь, от верёвок сам избавишься. И ещё — машинку твою я забираю в счёт уплаты твоего долга. Не возражаешь? Вот и ладно.
Забрав его машину и документы на неё, я съездил на Ревякина, собрал свои вещи и оставив почти родственнице, за гостеприимство, несколько золотых монет, заехал на заправку, залился бензином по самую горловину, поехал домой. Я решил выехать из Крыма через Турецкий вал, где в Армянске у меня было несколько знакомых по старым делам, которые за деньги, могли провести через границу и слона.
Так и случилось, я нашёл своего знакомого, переоделся в нормальную одежду и мы, проскочив под утро на машине границу между двумя суверенными государствами, через час уже пили кофе в приграничной кафешке. Я не только честно рассчитался, но и оставил ему адресок севастопольского барыги-коллекционера, с планом его подвала.