А кто говорил, что всё будет хорошо!?
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Прошёл год, и возле шикарного севастопольского публичного дома с китайской табличкой «Жемчужина востока», остановился шикарный ролс-ройс, из которого на зелёную лужайку ступила шикарная женская ножка, после чего из автомобиля выпорхнула миниатюрная, стройная женщина, в которой с трудом можно было узнать мадам Нинон, бывшую содержательницу семейного пансионата-борделя «Вдали от жён». Она милостиво подала руку встречающей её женщине с восточным типом лица и проследовала за ней в дом, где их уже ждал накрытый стол. Вместо официантов около него выстроилось команда из десяти евнухов. Не без удивления, в старшем евнухе, мадам Нинон узнала своего бывшего куратора Прусанова.
Время не прошло для него незаметно — он постарел, сгорбился и кроме всего этого, потерял своё мужское достоинство и не разбогател. Куда уж там богатеть, когда он попал под раздачу более крутой китайской мафии. Не рассчитав свои силы, он выступил против неё — потерпел поражение, лишился своих сбережений, всего имущества, потом его оскопив опустили, оставив прислуживать в борделе евнухом.
А мадам Нинон повезло, как говориться — не было бы счастья, так несчастье помогло. Она очнулась в лодке от лившегося сплошной стеной дождя, выбросила за борт полуразложившийся труп своего родственника и стала вычерпывать с полузатопленной лодки воду. Через неделю мытарств по морю её подобрал турецкий рыбацкий сейнер.
Отмыв её, переодев и накормив, турецкие рыбаки занялись с ней любовью. За время плаванья на лодке и вынужденного поста, мадам Нинон похудела и стала похожа на женщину, довольно симпатичную женщину, так что мужское внимание ей даже льстило. По прибытию в порт она устроилась в бордель с российскими наташками, а потом и вышла замуж за его хозяина, став его четвёртой женой. На плечи, которой её новый муж и возложил миссию по подбору кадров в их бордель.
Как тут не вспомнит поговорку — про тот женский половой орган, который не Бог — но помогает.
АРМАГИБЗДЕЦ
ПРЕДИСЛОВИЕ
Мрак и холод опустились на крымский город Севастополь. Отсутствие в городе электричества вызвало очень большую проблему — невозможно стало откачивать канализацию и фекальная вонь затопив квартиры, выплеснулась в подъезды, а уже оттуда, как стоглавая ядовитая гидра, расползлась по улицам, пропитывая собой одежду горожан. Город содрогнулся от смрада и вони. От модниц и путан, кроме элитных духов, начало пованивать и дермецом, а это стало невыносимо осязать их клиентам — они начали от них отказываться, что и повлекло за собой существенные материальные убытки — дамы лишились своих привычных заработков. А если учесть, что подавляющее большинство женского населения были задействованы в этом бизнесе, то для портового города, это были огромные потери.
То о чём так долго говорили крымские татары — свершилось. К продуктовой блокаде присоединилась и энергетическая. И если с продуктами в Крыму особой напряжёнки не было, то к отсутствию света Крым оказался не подготовленным. Те немногие ТЭЦы, с возросшей нагрузкой справиться не смогли и в городе Севастополе начались аварии на линии и на трансформаторных подстанциях. Не смогли улучшить ситуацию и генераторы — стратегический запас топлива, завезённый к ним, куда-то исчез, а на заправках, которые ещё работали, образовались многокилометровые очереди.
Начинался разгул дикого неуправляемого капитализма, по сравнению с которым, лихие девяностые могут показаться детскими шалостями.
1
Получивший экономическую свободу, а с ней новую денежную единицу российский рубль, севастопольский рынок активно работал, перемалывая деньги и человеческие судьбы. Со стороны он был похож на волнующееся, штормовое море. Экономическая свобода и новая денежная единица — это, как бы хорошо, но вот то, что цены на продовольственную группу товаров, после продовольственной блокады со стороны Украины, подскочили в разы — это конечно же плохо. Да и ассортимент в магазинах резко поубавился, после того, как какие-то горячие головы ещё и наложили санкции на турецкую продукцию. Последствия себя не заставили долго ждать — она исчезла с прилавков магазинов, а та что сразу же появилась на рынках, стала стоить баснословных денег. Не всем это пришлось по вкусу.