Экстренно было собрано совещание (сходняк), на которое были приглашены уважаемые в нашем городе люди. Прибыл даже отдыхавший на заслуженной пенсии по инвалидности «медвежатник» Шмат. Он не торпясь внимательно осмотрел всех собравшихся, докурил сигарету и потушив в малахитовой пепельнице окурок, цикнув сквозь зубы слюной сказал:
— Пора, братва, брать тех крымских лохов за курдюк, — этим он выразил не только общее мнение по поводу сложившейся в Крыму обстановки, но и высказал заочно крымчанам своё пламенное соболезнование, по поводу грядущих на их долю драм и трагедий. После его лаконичной речи мы, собрав весь необходимый для нашей работы инструментарий, погрузились в машину и уже к вечеру были в Ялте.
Скажу честно, вечерний крымский городок нас особо не впечатлил: телефонной связи не было, уличное освещение полностью отсутствовало, праздношатающихся жителей на тёмных улицах тоже было крайне мало. Да и что им там было на них делать, когда почти все магазины были закрыты. Несколько самых стойких покупателей было только около тех магазинов, что торговали хлебом — они занимали там очередь на следующий день — уже с вечера.
Нас продуктовые магазины не интересовали, а вот ювелирные, лишённые охраны и сигнализации, очень даже. Мы выбрали один солидный магазин, в котором горел фонарик и мелькал силуэт охранника. Вывод напрашивался сам по себе — ювелирные украшения по какой-то причине не были вывезены, а может хозяева расслабились, и подумали, что им ничего не грозит, а их охранники, в случае ограбления, грудью встанут на защиту их материальных ценностей.
Наивные, обнаглевшие и разожравшиеся на бедах ограбленного ими народа спекулянты. Пришло время их политпросвещения или, как говорили раньше большевики — экспроприации экспроприаторов.
Мы не стали изобретать велосипед, а воспользовались старым проверенным дедовским способом, под названием «выкури крысу», — под двери магазина мы подсунули зажжённые дымовые шашки и не прошло, и двух минут, как из магазина, кашляя и вытирая слёзы и сопли, на улицу с криками: «Помогите пожар!!», выскочили два охранника. Им тут же помогли: аккуратно связали и положив в сторонке отдыхать, сами занялись ювелирным магазином. Все ценности с витрин были хозяевами магазина убраны, аккуратно сложены в сейф и как будто только и ждали того, чтобы мы их забрали. Выгрузка золота, со вскрытого Шматом сейфа, заняла не более пяти минут. Затащив потом охранников обратно в магазин, мы поехали по вечернему городу, высматривая очередной магазин, который вскорости и нашли в уютном тёмном переулке, где два каких-то лоботряса, рассказывая о своей пролитой крови на Донбассе, раздевали прилично одетую понаехавшую с материка, парочку, не понимавших того, как в их уже Крыму, могут на улице грабить и раздевать — до нитки. Не мудрствуя лукаво мы надавали тем и другим по шеям и занялись магазином. Срезав болгаркой решётку и ролеты, выломали замок и вошли в магазин. Вооруженный травматическим пистолетом охранник. лишённый даже телефонной связи и не думал оказывать сопротивление…
За ночь, мы очистили в Ялте восемь магазинов. Из некоторых хозяева уже успели вывезти свои ювелирные украшения, но и того что было в других, нам бы хватило с лихвой, если бы не пришлось отдать часть своей «крыше».
Хочешь жить сам — дай жить и другим.
Конечно, крымский вояж по Ялте нам не совсем удался, но… Лиха беда начало. Впереди, по дороге домой, нас ждала столица Крыма — город Симферополь. Ещё один оставленный временно без присмотра, разжиревший. (за время украинской оккупации) до неприличия, вновь получивший свободу, крымский город… Сейчас мы вас аборигены нею и познакомим.
2
Приехав в Симферополь, мы остановились в частном секторе у моей племянницы. Привезённые с собой деликатесы и марочное спиртное, растопили холодок, возникшей было неприязни, а когда мы ещё и щедро рассчитались с ней за полученную от неё информацию о расположенных в городе, банках и магазинах, то роднее человека у меня уже не было во всём Крыму.
Проделав днём небольшую разведку по городу и поняв, что здесь работы непочатый край, мы решили особо не торопиться и бомбить не более двух магазинов или ломбардов за ночь. Прилично приняв на грудь и дождавшись очередного веерного вечернего отключения, мы приехали к заранее облюбованному продуктовому супермаркету. Он ещё не закрылся и включив свой генератор, при тусклом свете доторговывал остатками своего товара, торопясь наварить как можно больше выручки. Наивные люди — разве можно наживаться на людском горе? Это мы и постарались донести до сознания управляющему того супермаркета, после того, как привели его в чувства.