Нашему посещению там были явно не рады, пришлось вырубать всю охрану супермаркета, во главе с управляющим, которые решили поиграть в защитников барского благосостояния. Управляющий оказался не трусом и выхватив помповое ружьё с криком: «Умрём, но не дадим ограбить наших благодетелей!!», — бросился во главе охраны на нас. Ну да, ну да — он, наверное, думал, что с ним кто-то будет честно сражаться… а мы их просто окурили газом и пока они валялись без памяти, мы одев противогазы, собрали всю выручку. В мясном отделе, куда мы пришли за мясом для шашлыков, среди говяжьих туш, моё внимание привлекла единственная свиная туша. Я потащил её в машину и по дороге из неё вывалился, большой завёрнутый в целофановый пакет, свёрток. В нём оказались банковские упаковки долларов. Приятная и главное своевременная находка. Можно было считать наш поход в супермаркет удачным..
Когда управляющий пришёл в чувства, мы ему всё насчёт наживы и объяснили, а также посоветовали в полицию не обращаться — потому, как это сильно повредит здоровью его семьи. Покинув гостеприимный магазин, мы вернулись на базу: отдыхать, жарить шашлык, пить вино и общаться в тёплой компании крымских путан.
Решив срубить по лёгкому бабла, к нашей тёплой компании присоединилась и моя племянница с подругами, подрабатывающими в курортные сезоны проституцией. Рекламируя своих подруг, она сказала:
— Дядь Саша, — сказала она мне, — ну на кой хрен вам сдались неизвестно под кем валявшиеся хори, то ли дело мои соседки — солидные и вполне приличные семейные матроны. Берите, не пожалеете.
— Да конечно, — ухмыльнулся я, — а они не лежали неизвестно под кем?
— Лежали, лежат и будут лежать, но — сделала многозначительную паузу моя племянница, — они регулярно проверяются у врача.
— У врача говоришь, проверяются? Ну, что же зови своих честных давалок.
— Дядя Саша, а можно я буду с тобой?
— Инцест? Любопытно бы было попробовать. А тебя муж не заругает?
— Кто, тот тунеядец и сутенёр? Да и насчёт инцеста… я ведь тебе племянница по тёте Мане, твоей жене. Ну, так как? Соглашайся дядя Саша, не пожалеешь.
— Так, Люлёк, завязывай меня убалтывать, зови своих подруг, там разберёмся по ходу пьесы, кто кого на кукан будет насаживать. Лишь бы не было динамо и подставы, — посуровел я, — иначе кирдык башка.
— Всё будет, как в лучших борделях Лондона и Парижа, — томно проворковала она, направляясь к воротам.
— Вот сука, — бросил я ей в след.
— Ты, дядечка, даже не представляешь какая, — донёс ночной ветер её слова.
— Не, ну вот же сучка, только всё естество разбуровила и смылась. — выругался я и пошёл помогать своему кенту Пере готовит шашлыки.
3
Шашлыки удались на славу. На их аромат сбежались не только все квартальные кошки, но и пришли соседи, состоявшие в крымской самообороне. Узнать — нет ли здесь какого-нибудь криминала или не замышляется ли здесь, какая-то диверсия? Ознакомившись с нашими документами, они взяли под козырёк и оставив своих двоих для охраны удалились, не забыв прихватить с собой ящик водки, в неравном бою добытый нами в супермаркете.
Хочешь красиво жить сам — дай красиво жить другим.
— Итак, ближе к телу господа присяжные заседатели, как любил говаривать Остап Ибрагимович… Что мы имеем в активе на данный момент? — собрав нас всех вместе за заваленным деньгами и ценностями столом, спросил Шмат всматриваясь в наши лица. — Вернее будет спросить… Кого мы имеем в данный момент? А имеем мы: несколько сот тысяч долларов, добытых непосильным трудом, килограмма три ювелирных цацек, но самое главное — у нас нет ни раненных, ни убитых (тьфу, тьфу, тьфу, три раза через левое плечо, чтобы не сглазить) и к этому ещё мы имеем хороший аппетит, а это не маловажно. Что там у нас с поляной и хорями?
— С поляной, всё в ажуре, — отрапортовался я, — шашлыка приготовлено на роту здоровых мужиков. А так, как роты у нас нет, то на помощь к нам пришли приведённые моей племянницей честные давалки её знакомые.
Рвались к нам на помощь и их мужья, но охранники оставленные самообороной, быстро указали на их место под луной — им набили рожи и посоветовали держаться в эту ночь подальше от этого дома. Утерев сопли, они ретировались не солоно хлебавши. «Гниды, — бросил им в след один из охранников, — не украсть, не выпить!» С ним никто не спорил — гниды, так гниды. Выдав им премиальные мы, умеющие делать и то, и другое, отвязались с их женами в ту ночь на славу.