Захотелось побиться головой о стену, но я сдержалась. Сейчас не то время и не то место. Нужно было понимать, что просто уже не будет. Так что я лишь самодовольно попыталась смоделировать в голове возможные связи. Но от всех этих проблем, меня отвлёк неожиданный звонок телефона. Я удивлённо перевела взор на красный аппарат, стоявший в коридоре, и медленно сняла трубку. Бабушка давно тут не жила, а кому-то постороннему вряд ли бы потребовалось мне звонить. Поэтому, подозрений стало ещё больше… Неужели ещё один труп… Это будет самым провальным началом трудовой недели.
— Дорогая, как хорошо, что я успела застать тебя дома, — голос маменьки, раздавшийся в динамике, упокоил и был нежен, — я боялась, что ты уже ушла на работу и берёшь дурную привычку с отца, вспахивать от заката и до заката.
— Ничего подобного, мы просто пытаемся сделать этот мир чуточку лучше, — возразила я, но без особого энтузиазма. — Ты же не просто так позвонила? Связь нынче дорого стоит, даже по меркам папиной зарплаты.
— Мне что должно быть жалко денег на то, чтобы поговорить со своим ребёнком! — возмутилась женщина на том конце провода. — И да, я хотела сказать, что договорилась и на время Олимпиады, тебя командируют в Москву. Так что весь месяц проведёшь со мной. Даже не смей возражать. Я тебя не видела пять лет и собираюсь хотя бы в такой важный для страны момент, быть рядом со своими близкими. Потому даже не ищи отговорок, иначе я помру тут в одиночестве от тоски. Одна и никому ненужная.
— Прости мамуль, я не то имела виду, — попыталась успокоить я родительницу, — просто, сейчас такое тяжёлое дело, что мне кажется, ещё немного и меня выкинут из уголовного розыска. Столько жертв, а зацепок нет вообще. Если не смогу разобраться со всем до проверки, то останется только приехать к тебе и ухаживать за садом. Папа, конечно, пытается давать советы, но пока работают они так себе. Куча трупов и никаких теорий.
— Вот, бросай свою работу и выходи замуж, — фыркнула мать, — чем ерундой заниматься, будешь женой дипломата, летать по заграницам, носить приличную одежду и пользоваться косметикой. А не так, как половина твоих сверстниц, которые о духах не слышали. Поэтому заканчивай чушью баловаться, я тебя люблю и мне неважно работаешь ты или нет. Бог создал женщин не для того, чтобы они гробили себя на этом идиотском поприще, где положено мужчинам загибаться.
— Нет, мам, я не отступлю, — возразила в трубку, — мне важно либо закончить это дело, либо провалиться. Самостоятельно уходить я не собираюсь. Потому, прости уж, но придётся тебе ещё потерпеть нас с папой.
— Хорошо-хорошо, — недовольно выдавила женщина, — но помни, я тебя люблю, и ты обязательно можешь на меня положиться. Хорошо кушай и высыпайся. Люблю тебя, моя зайка.
— Спасибо, мам, — выдохнула я и положила телефонную трубку на аппарат.
Глава 5.2
После звонка мамы стало немного легче и в груди поселился лучик счастливого детского восторга. Проблемы всего за несколько простых и тёплых фраз ушли на дальний план. Я сидела за столом, раскрасневшаяся и удовлетворённая, наблюдая за тем, как Олеська заваривает нам чай и достаёт из духовки свой фирменный пирог. Она сама вызвалась приготовить чего-нибудь вкусненького для поднятия морального духа. К тому же живя нахлебником, подружка старалась принимать хотя бы посильное участие в домашних делах. За что я была ей благодарна, ибо сама в квартире бывала раз в день и то поспать.
Стоило признать, что мой мир внезапно расцвёл и даже немного раскрасился в привычные насыщенные цвета. Вдвоём тянуть тягостное существование было намного проще, чем возвращаться каждый день в пустую и холодную квартиру. Но, несмотря на радость, я чувствовала и неловкость из-за своего резкого и грубого отказа в помощи. Что мне стоило позвонить отцу? Я никогда не знала, как это: зависеть от человека, всецело ему доверять… Моя любовь закончилась провалом, и я не позволяла себе продолжать это глупое занятие. Мне казалось, что последние крупицы самоуважения сгорят к чертям, если я ещё раз позволю мужчине, управлять моей жизнью.
Это страшно… Оно сводило с ума и напоминало о том, что я бежала не просто так, не из-за своей дурной прихоти, а по весьма веским причинам. Теперь же, когда жизнь вошла в нормальную колею, рушить всё из-за какой-то привязанности было бы глупо. Так что я всеми силами открещивалась не только от любви, но и от чувств в общем их плане. Достав из холодильника свежий огурчик и нарезав его, я проследила за тем, как подружка понимающе усмехнулась и полезла в шкаф за черничкой. Когда с приготовлением еды было покончено, мы сели за стол и как-то по-домашнему тепло и уютно воткнули вилки в пирог.