Беженцы приободрились. Выходит, что работать все будут не за спасибо, а за кровные денежки, которые можно будет использовать даже на постройку собственного жилья.
Затем я собрал всех владельцев транспортных средств и поставил их перед следующей задачей: выгрузить всё из телег, а затем собираться и грузить телеги с продукцией для отправки в Тур. Три телеги из четырёх, включая телегу Фёдора, должны были доставить наши товары заказчикам. Главным среди обозников назначался Фёдор, который уже был в курсе многого из того, что следовало сделать. Там же в Туре следовало повидать лодочника Ростислава, затем попросить его доставить нам овощи, свежее и солёное мясо, бочки с пивом и мешки с зерном.
Выход обоза пришлось отложить на следующее утро. А пока возчики готовили обоз в дорогу, я собрал двадцать мужиков, каких уже заранее отметил в своём списке. Назначил главным среди них Охотника Всеволода. Затем к ним приставил последнюю четвёртую телегу и, снабдив их подробными инструкциями, отправил добывать камень для нашего строительства. Оставшиеся мужики и подростки во главе со Светозаром получили задачу копать траншеи под фундаменты наших будущих строений. Всех остальных я отправил на стирку, мытьё, штопку и готовку, назначив повариху Алевтину старшей среди стариков, женщин и детей.
«Пусть она занимается всем тем, к чему привычна сама!»
Увидев, как носятся дети, сколько у них неуёмной энергии, я приказал поварихе отобрать для меня с десяток посыльных. Дети будут полезны, а заодно будут понемногу учиться у взрослых.
Сам же я пошёл делать разметку под будущие здания, вовлекая в это дело старшину Светозара и его помощника Спиридона.
План поселения был сыроват и готов лишь отчасти. По нашему плану поселение, которое я почти приобрёл, имело стандартную для этих целей площадь: тысячу на тысячу шагов. Или как тут принято было говорить версту в длину и версту в ширину. Ещё это можно было представить как 400 участков размером 50 на 50 шагов. Всё поселение также выглядело как квадрат со сторонами из 20-ти участков в длину и 20-ти в ширину. Согласно грамоте воеводы, Игва вплотную прилегала с западной стороны к реке, с южной стороны к Новосёлкам. На севере она граничила с каменоломнями и там же река изгибалась вначале на восток, а затем снова на север. И, наконец, на востоке Игва упиралась в широкое поле, за которым виднелся лес.
Всё пространство, предназначенное для посёлка, я поделил на условные девять зон. Центральная зона поселения выделялась мной для административных целей. Три из девяти зон Игвы у реки на западе и одна у каменоломен на севере были предназначены для производственных целей. Оставшиеся три зоны на востоке были предназначены для жилых домов. Последняя девятая южно–центральная зона относилась к торговой и гостевой части поселения.
Вот в этой гостевой зоне мы и начали строительство большого общинного дома. Совместными усилиями к концу дня мы углубили траншею под фундамент на половину необходимой глубины. Камень для фундамента уже начали складировать рядом с будущим домом. Всё это время лесопилка продолжала свою работу, благодаря стараниям старых работников и двух новых, знакомых с плотницким делом беженцев.
К вечеру сгустились тучи, похоже, ночью пойдёт дождь. Посоветовавшись со Светозаром, Всеволодом и Алевтиной, мы решили разместить всех людей на складе и на конюшне. Васька и Степан ушли в горы, а мне, чтобы не тесниться, пришлось напроситься к знахарке Марфе на ночлег. Та приняла меня благодушно, тем более я привёз ей гостинцы из города. Марфа выпытывала у меня новости про мои дела и испытала настоящий шок от того, что я теперь почти владелец поселения Игва. Ещё больше она удивилась от того, что мой посёлок насчитывал без малого сотню жителей. Мы засиделись до поздней ночи, я слушал сельские новости, интересовался её успехами на почве знахарского дела. Когда пошёл дождь, блеснула молния и прогремел гром, мы опомнились, поняв, что пора ложиться спать.
Позавтракал я у себя в Игве. Алевтина развернула тут свою «полевую» кухню, за завтраком старалась мне угодить, и я почувствовал, что всё это неспроста. С другой стороны, я сожалел, что главная повариха неуклюже занималась делом, которое вчера с грациозностью лани и озорством подростка выполняла красавица Олеся.
За столом место Олеси неожиданно для всех заняла другая девушка, которая всеми силами старалась мне понравиться. Соседи неодобрительно посматривали на вертихвостку Яну, но та их попросту игнорировала. Яна выглядела вполне себе ничего: у неё была большая грудь, которую она дополнительно всячески выпячивала, красивое лицо с зелёными глазами, кучерявые каштановые волосы и немного низковатый голос. Эта девушка была в теле, с широкими бёдрами, что было практически эталоном местной красоты. Яна прекрасно знала об этом, понимала свою ценность в мужских глазах, но совершенно не цепляла струны моей тонкой души.