– Этот меч сделан из дерева, под названием металлическая бальза! На нашем острове такое дерево растет только в лесу по эту сторону фермонских гор. Он имеет уникальные свойства и, думаю, ты это уже заметил. Но должен добавить, что это невероятно прочный меч и его будет тяжело сломать даже мне.
– Но как тогда тебе удалось сделать такое из этого дерева, если он на столько крепкий, как ты утверждаешь?
– Мне помог Санит. Без Санита было бы невозможным не то, чтобы придать подобную форму, но даже добыть его. Кстати, еще эта древесина обладает памятью формы и в случае поломки его всегда можно будет восстановить!
– Ого, никогда бы не подумал о таком, – сказал Александр, а про себя подумал: «На сколько же невероятен этот лекарь, что даже дед не смог бы добыть и сделать подобное в одиночку! Нужно будет обязательно разузнать о нем побольше».
Солнце уже клонилось к закату и немудрено, ведь на улице была зима. Когда Саша рассказывал Церте про тумбочки, Ферот проговорился, что всего их было сделано три штуки, одна из которых была у Корсана. И Церта пошла проведать семейство плотника, чтобы посмотреть на последнюю тумбочку из-за любопытства, которое не давало покоя. А Александр с дедом решили попробовать пару движений из комплекса, только на сей раз с мечем. Но слова о том, что меч было бы трудно сломать даже Фероту, землянину все никак не давали покоя и не вытерпев долгой практики, они вышли в сад, проверять новый чудо-меч на прочность. В тот вечер не пострадал ни один снеговик, но чурки во дворе были не плохо так помяты, а некоторые, не выдержав столь безжалостного и зверского отношения к себе, даже раскололись.
Возвращаясь домой, Церта услышала стуки дерева на заднем дворе и возгласы радости. Заглянув за дом, она позвала Сашу и Ферота на ужин. Завершение дня ничем не отличалось от обычных будней, разве что впечатлениями, которыми сегодня наполнился каждый в этой небольшой но счастливой семье.
Глава 6. Приближение церемонии
С началом нового цикла, жизнь Александра нисколько не изменилась, все также продолжались тренировки: оттачивание комплекса движений, упражнения, медитации, дыхательная практика, помощь по дому и прочие мелочи. Но распорядок тренировок все же претерпел незначительные изменения. Дело в том, что по вечерам, перед ужином и дыхательной практикой, дед начал постепенно передавать Александру знания о фехтовании. Ферот, как более опытный рубака, внимательно следил за каждым движением ребенка, незначительно подправляя и уточняя детали, благо «Первый шаг бойца» давал отличную базу.
По началу землянин отрабатывал рубящие и колющие удары по воздуху множеством повторений, постепенно увеличивая количество подходов. Как понял Александр, это было нужно для того, чтобы разум и тело почувствовали и привыкли к весу и объему оружия. И хоть это было необходимо делать еще долго, да и вообще не мешало бы после приобретения каждого нового меча, но первые уроки в паре не заставили себя долго ждать. А начались они с отработки блоков и парирований ударов. Так как Ферот, хоть и понимал, что Саша совсем не ведет себя как ребенок и отдает отчет своим действиям, но все равно побоялся проводить спарринги со своим боевым оружием и по-этому в ход пошел черенок от поломанной лопаты. Местная ребятня, на какое-то время, познала ранее небывалое для себя блаженство, когда их катание с горки разнообразилось еще и созерцанием боев на палках.
«Будь у них тут еще и еда, то кто бы посмел мне возразить, назови я их римскими патрициями местного разлива? Зная кто это вообще такие», – с усмешкой подумал про себя Александр и тут же получил черенком по предплечью.
Детворе было забавно наблюдать за тем, как крепкий старик охаживает ребенка «могучим» черенком, а тот пытается блокировать или парировать удары макетом меча.
Совместные тренировки не ограничились лишь оттачиванием защиты. Да, Ферот регулярно твердил, что защита это самое главное в поединке, ведь защита - это жизнь, а ее отсутствие - смерть. Но Александр и не пытался с этим спорить или переубеждать деда, ведь и сам придерживался той же позиции. Хоть землянин и понимал, что смерть это не всегда конец, но как он мог быть в этом уверен до конца? А воспоминания о последних мгновениях прошлой жизни были далеко не из приятных, да что уж там, самыми ужасными они и являлись. Это подстегивало Александра сделать все возможное, чтобы максимально отсрочить момент кончины, понимая уровень местных правопорядка, обороны, медицины и то, что отсутствие тренировок в этом мире не даст ему коптиться под солнцем более сорока или пятидесяти лет и это еще при удачных раскладах.