Это была фактически первая увиденная мною короткая магическая схватка, поэтому я смотрел на всё происходящее широко раскрытыми глазами. Красиво. И довольно эффектно. В школе часто вспыхивают такие спонтанные поединки. Только как правило среди бела дня на глазах у преподавателей и с браслетами противодействия на руках у сцепившихся. Сейчас же здесь не было ни опытных наставников, ни браслетов, ограничивающих дурную силу молодежи.
Гаранин почти справился, но всё равно воздействовать на ещё одно заклятье просто не успевал. Нас с Олегом накрыл светящийся красным светом купол в тот самый момент, когда одна огромная ледышка распалась на десятки более мелких и стремительно понеслась в нашу сторону, в полете начиная распадаться на ещё более мелкие, принимающие в итоге вид ледяных игл.
Стоявший на пути заклятия Ромка, толкнул стоящую рядом с ним Ванду на пол, и упал на неё, накрывая своим телом. Он опять почти успел. Лишь несколько ледяных игл смогли его задеть, в тот самый момент, когда он падал на пол, убирая девушку с траектории их полёта. А вот если остался бы на месте, то не получил бы, похоже, и царапины, зато Ванде досталось бы прилично. Остальные иглы обрушились на щит, которым защитил нас Гаранин. От сильного удара щит задрожал, но выстоял, а льдины посыпались на пол, превращаясь в прозрачные лужицы.
— Наумов, Сергеев, целы? — спросил Роман, убирая щит.
— Да, — громко ответил я, делая шаг вперёд, едва не поскальзываясь на луже под ногами.
Два третьекурсника, устроившие не пойми что в холле школы, вяло просили о помощи, стараясь при этом сильно не привлекать к себе внимания. Они барахтались в какой-то желеобразной красной субстанции, приклеившей их к стенам, приподняв на несколько сантиметров над полом.
— Цела? — Голос Романа снова привлёк моё внимание.
Он как раз поднялся на ноги, подавая Ванде руку, чтобы помочь девушке встать. Она была, явно, испугана, глядя на Гаранина округлившимися глазами. Но руку приняла и даже смогла практически самостоятельно подняться на ноги.
— Не успевал щит на всех растянуть, — проговорил он, рассматривая девушку. — Пришлось действовать так грубо. Не ушиблась?
— Нет, всё хорошо, спасибо, — тихо ответила она, прикасаясь к щеке. Роман отодвинул прядь волос с её лица, разглядывая едва заметную царапину. — Чёртов браслет, извини. — Он покачал головой, проведя пальцем по её щеке. От этого прикосновения Ванда вздрогнула, а Ромка тут же убрал руку, отшатнувшись от девушки.
— Почему на тебе всё ещё браслет? — я хмуро разглядывал его руку. Если бы не браслет, он всё успел бы сделать правильно. И не пришлось бы им с Вандой на полу валяться.
— Потому что так надо, — ответил он тихо.
— Ром, тебе в лазарет нужно, — сказал я, глядя, как на пол упала первая капля крови.
Гаранин отошёл наконец от Ванды, стягивая с себя куртку и рассматривая сначала довольно крупные дыры, а затем кровавые пятна, выступившие на белоснежной рубашке.
— Зацепили всё-таки, — процедил он сквозь стиснутые зубы и резко повернулся в сторону притихших третьекурсников. — Идиоты. Вроде не первокурсники уже, чтобы так себя вести. Решили силами померяться, и именно сейчас, когда браслеты с вас сняли? — он сделал шаг вперёд. — Скажите честно, кого вы решили прибить, меня или Наумова? Потому что я вряд ли поверю, что первокурсники со Второго факультета могли быть вашей целью.
— Ром, ну ты чего, мы же не специально. Мы же не думали, что тут в шесть утра кто-то будет, — пробормотал один из них.
— Ещё бы вы специально…
— Что здесь происходит? — в холл в этот момент вошли Троицкий и сопровождающие его Бурмистрова и Устюгов. Довольно оперативно, кстати. Прошло явно меньше пары минут.
— Вячеслав Викторович, вытащите нас отсюда! — закричал один из парней, всё ещё пытающийся отклеиться от стены. — Мы не хотели, так вышло. Силы не рассчитали, всё же первый день без браслета противодействия. Мы же просто дурачились, не думали, что так получится. Извините нас…
— Я не могу вас освободить, — ровно проговорил Троицкий, глядя на остановившегося Гаранина. — Родовые заклятия может снять только его наложивший. Или Лазарев. Они многие из этих заклятий снимать умели. Но так как никого из Лазаревых здесь нет… — Он усмехнулся. — Довольно интересный выбор, Роман Георгиевич.
— Времени мало было. Действовал на рефлексах, — Рома пожал плечами, убирая желеобразную субстанцию с зачинщиков этого представления.
Я был совершенно спокоен, чего нельзя было сказать об Олеге. Ну ещё бы. Мне бы эти ледышки вряд ли бы какой-то урон смогли нанести, вот только, наверное, растаявшая, ледяная игла, долетевшая до моего тела — это выглядело бы, наверное, слегка подозрительным.