Правый, не в пример своему союзнику, был менее заметен. Вроде и форма почти та же, а вот, поди ж ты. Может, все дело в цветах? Мантия кольчужного типа, серо — стального оттенка, явно чем‑то обработанная так, что падающий через дверь за нашими спинами свет, не вызывал ни одного блика на ней. Светло — синие шаровары, видные в вырез, точную копию такового у его собрата. Темно — синий нагрудник, покрытый тусклым золотом, накинутый капюшон того же цвета с золотой окантовкой. Маска была гротескного вида, вроде и белая, и без рисунков, и к лицу прилегала плотно, но вместо носа — прямоугольник, слегка выдающий вперед, да и остальные черты словно рубленные. Под этой кольчугой было надето что‑то белое. Это было ясно по белым рукавам. В отличие от полностью скрытого своей мантией коллеги, этот ассасин оставил руки не прикрытыми мантией. С другой стороны, она у него кольчужная, а значит, может сковывать движения и замедлять атаки, что ему явно не пришлось по вкусу. Поэтому обладатель капюшона и ограничился одними наручами на руки. В руках у него, как и у дуэлянта (а что вы хотели, порой надо убивать жертву и официально, работая на публику, на дуэлях, вот отдельный класс ассасинов и вышел), были два клинка. Но они не только отличались от таковых у "розового чуда", но и разнились между собой. Правый был простым одноручным мечом, в то время как левый был пусть и одноручным, но волнистым собратом правого. Немного короче, но много опасней, как по мне. Этот ассасин был обозван системой как Ассасин Среднего Круга — Убийца. Учитывая, что ассасин и значит убийца, это мне сказало мало, но кто я такой, чтобы оспаривать названия системы?
Ноги обоих монстров окутывала легкая дымка, черная у Убийцы, и с вкраплениями фиолетового у Дуэлянта. Оба противника были семьдесят пятого уровня, пять тысяч ХП, и тысяча ловкости. Мда, чуть больше жизней, чем у сильнейших Одержимых (на данный момент, сильней мы, как уже упоминалось, просто не встречали), и зашкаливающая даже для статуса Необычный ловкость. Чтоб вы сдохли, не добежав до нас! Пусть, по уровню и я был выше (а Иладиа вовсе была из другого разряда), но эта битва будет не в пример тяжелей.
— Иладиа, не сдерживайся. Делай что хочешь, но даже не думай помереть. Возьми на себя дуэлянта, со своим щитом ты будешь ему неудобным противником, а мне отходит Убийца, уж очень меня его волнистый клинок напрягает. — Напряженно произнес я, пока те еще не до конца проявились.
— Лучше наоборот, меня волнистым клинком будет довольно тяжело сковырнуть, а вот ты с таким противником сталкиваешься впервые. А против дуэлянта, пока осталось время, лучше возьми алебарду, пусть и потеряешь немного в скорости, но с лезвием будет легче, чем с шестом. Жаль, что ты так и не купил копье. — Внесла свое предложение неожиданно серьезная Иладиа, буквально вперившая напряженный взгляд в Убийцу. Кажется, я чего‑то не знаю об этом ранге или оружии, ну или об обоих факторах.
— Ладно, но не смей проигрывать! А что касается копья… — Поступь и, оказавшись рядом с левой стеной, выдергиваю из рук убитого авантюриста копье, с зазубренным лезвием. Ему оно все равно уже не нужно, а мне еще пригодится. — Вопрос решен!
— Отлично, это наилучший выбор. И наложи на меня свое ускорение. — Поняв просьбу, быстро накладываю Взаимосвязь Естества с упором на прочность на Иладию, и всплеском Ки, создаю нечто вроде ауры, как когда‑то в пустыне, и обновляю Поступь. Такое чувство, что оно мне еще очень пригодится.
Спустя мгновение после приготовлений, материализовались наши противники, и мне стало не до размышлений. Последнее что я успел заметить, до того, как с головой уйти в бой со своим врагом, это как Иладиа рванула вперед, принимая удар одноручного меча Убийцы на щит.
Секунда, когда мы застыли друг напротив друга с Дуэлянтом, и вот он активирует, судя по всплеску, нечто сродни поступи. Скорей всего сходное ускорение из другой ветки боевых искусств. С хлопком и завихрениями воздуха исчезнув, он начинает первый ход этого боя. Вот это скорость, интересно, я со стороны под поступью так же ускоряюсь? Черт, не о том думаю! Откуда он атакует? Слева? Прокрутка копья, с перехватом его в боевое положение и взгляд туда.