В назначенный день и час мы собрались всем курсом в кабинете. Пришел наш звездный преподаватель и сел за свой преподавательский стол. Надел очки и обвел нас тяжелым взглядом.
- Значит так. Я вас всех сейчас просканировал и узнал, что никто из вас больше, чем на “четыре”, не знает. Кому поставить “четыре”?
Я обернулся и увидел, что практически все подняли руки вверх. Я не понимал такого подхода. Ботанику я хорошо знаю, почему бы и не рискнуть и не попытаться ответить? В итоге спустя десять минут нас в кабинете осталось только четверо. Я, Рей, Лиза и еще один мальчик со Второго факультета. Я подошел к столу первым и вытащил билет.
- Ну что молодой человек, вы готовы отвечать? – с улыбкой спросил меня профессор Иво.
- Да вполне, – я пожал плечами. Билет был вполне удобоваримым. В нюансах я, конечно, могу запутаться, но в общем знаю ответы неплохо.
- Ну и хорошо. Я тебя сейчас детально просканировал и обнаружил, что ты знаешь на “пять”. Тебя это устроит?
Я хлопал глазами и долго не мог понять, что и как он просканировал, если он даже не является ментальным магом? Я смог только утвердительно кивнуть и вышел из кабинета со странным чувством: вроде и “пятерку” получил, единственную причем, а какое-то неудовлетворение все же осталось.
В гостиной, когда все уже сдали этот поистине странный экзамен, Регган Гволхмэй рвал и метал:
- Такие теплые дни! Я мог гулять в эти выходные! Я мог спать, я мог делать все, что угодно! У меня мог быть секс на этих выходных! А я учил эту гребанную ботанику!
- Ты что завелся-то? – подошел к нему противный парень, сокурсник Рега по имени Ник Монро. Не нравится мне этот тип, скользкий он какой-то.
- Ничего! Потерять трое суток только ради того, чтобы тебя «просканировали» и узнали, что ты знаешь ботанику на “пять”?
- Ну, сдал ведь, – похлопал Ник Рега по плечу. Гволхмэй поморщился, но ничего больше не сказал. В это же самое время у него зазвонил телефон.
- Да. Сдал. А ты что думала, у тебя сын совсем тупой? Нет, завтра. Все, у меня еще много дел, – на этих словах он бросил телефон на диван, на котором сидел наш префект и заполнял какие-то бумаги.
- Что, достали? – сочувственно спросил Лео у Рега, не отрывая взгляда от бумаг.
- Не то слово. Даже домой не хочется.
- Не езжай.
- Было бы все так просто.
Я постоял еще немного и понял, что никогда не пойму этих аристократов. Махнув на них рукой, я отправился в свою комнату собирать свои вещи. Все, завтра домой! А потом очень насыщенное лето. Я улыбнулся своим мыслям и в приподнятом настроении достал небольшой рюкзак, так удачно подаренный мне кем-то на Новый год, с верхней полки.»
- Знаешь, Рей, похоже, это ты у Дея научился доклады составлять, – ткнул локтем в бок Лео Дефоссе своего соседа.
- Не говори ерунду, я просто зачитывал то, что присылал мне Рег.
- А, то есть наш Рег – это ядерная смесь нудного оборотня и больной фантазии Деймоса? Ну что же, бывает. Вуди, продолжайте.
====== Глава 12. ======
«25 августа 981 года после падения Империи.
Сегодня у меня День рождения, а я сижу один в своей комнате и разглядываю новенькие обои. Красивые, дорогие. Еще полгода назад я мог бы поинтересоваться у матери, где она взяла столько денег, чтобы сделать очень дорогой ремонт после злополучного затопления, который был явно нам не по карману. А сейчас не спрошу, сейчас мне и так все понятно. Понятно, откуда деньги и на ремонт, и на экспедиции, и на мое обучение на Первом факультете.
Мама в первое время много плакала, а я не мог. Все слезы я пролил тогда в теплице. Главное для меня не сорваться, потому что с моей магией стали твориться очень странные вещи. Если раньше я ее практически не чувствовал, то сейчас практически не контролирую. Иногда мне кажется, что моя магическая начинка живет своей жизнью. Хорошо хоть кобольды сейчас всегда настороже, и уже затушили пару начинающихся пожаров, а также спасли нас от замерзания. Почему-то, вне зависимости от моего настроя, стены в доме то льдом покрываются, то вспыхивает яркое пламя. Как это все во мне умещается, я не знаю, но нужно следить за своими эмоциями, если я не хочу в один прекрасный момент испепелить все вокруг, а то, что останется, поместить в лед. Гринвудст говорит, что это происходит из-за стресса, и закончится, скорее всего, тогда, когда я перенесу еще один. Еще раз пережить подобное? Вряд ли я смогу.
Домой в конце мая я приехал в приподнятом настроении. Волка я оставил на полное попечение Фолта, что не прибавило предку радости. Ну а куда деваться? Гвэйн тоже очень расстроился и в знак протеста даже не пошел меня провожать. Обидчивое создание. Я пытался ему объяснить, что если бы не экспедиция, то я бы его взял к себе в поместье. А так за ним элементарно там будет некому ухаживать. Просить наших кобольдов о чем-то вообще бесполезно, а маму я просто боялся напрягать. Оставлять же его практически одного, подвергая, скорее всего, голодовке я не рискнул.
Первую неделю мы с Аресом собирались в путешествие. Нужно было учесть множество мелочей, о которых я даже не подозревал. Отец, смеясь, учил меня упаковывать чемодан. Собрав его в первый раз самостоятельно, он вывалил затем все вещи на мою кровать и предложил мне упаковывать кофр самостоятельно. Я никак не мог понять, как он умудряется все эти бесконечные вещи уместить в одну упаковку, не применяя при этом магию. Я так и не смог. У меня с завидной регулярностью вмещалось только половина различного барахла. Я уже начал думать о том, что мое путешествие закончится в этой комнате, когда я в очередной раз споткнулся о проклятый чемодан. Я постепенно начал выкидывать вещи, которые казались мне менее нужными, сокращая тем самым общее их количество. Арес пресекал это действие и с завидным упорством надеялся обучить меня не обучаемому, показывая, как нужно все раскладывать, чтобы и крышка чемодана закрывалась, и все вещи были на своих местах. Вообще в эту неделю мы много времени проводили вдвоем. Я рассказывал ему обо всем, о Хмыре, о моих небольших пакостях, даже о Фолте. Отец только качал головой и усмехался. На мои демарши против преподавателей он реагировал спокойно, и когда я спросил почему, Арес спокойно ответил:
- Ты молодой, ершистый. Но эти недостатки с возрастом проходят. А конкретно у тебя они пройдут быстрее, потому что ты понимаешь, что делаешь что-то неправильно. К тому же ты учишься, только почему-то не показываешь этого своим преподавателям. Этакий протест, даже не против них, а против Алекса. Дей, пойми, твой крестный тебя очень любит, и желает тебе только добра. А преподаватели относятся к тебе точно так же, как и к другим студентам. Поэтому не воспринимай их попытки чему-то тебя научить в штыки, – с этими словами он улыбнулся и потрепал меня по голове, – а сейчас давай-ка постигать искусство укладывания чемоданов.
В тот вечер мы с отцом сидели в библиотеке. Он расположился за столом, дописывая какие-то бумаги. А я забрался с ногами в кресло и читал книгу. Вдруг Арес резко поднялся на ноги и прижал руку к груди. Сделал глубокий вдох, а вот с выдохом возникли какие-то проблемы. Он захрипел и начал заваливаться на стол. Я закричал. Вместе с вырвавшимся криком меня выбросило из кресла, как из катапульты. Не помню как, но я успел перехватить падающее тело, но, так как весу во мне было раза в три меньше, то я упал на пол вместе с отцом. По его телу пробежала длинная судорога, а в углах рта появилась пена. Ворвавшаяся в библиотеку мама с помощью кобольдов стащила его с меня и положила на диван.
Целители прибыли на редкость быстро. Старший зашел в комнату и посмотрел сначала почему-то на меня.
- Помогите, помогите нам, – мой голос звучал глухо, я так и остался лежать на полу.
Целитель, видимо, к этому времени и сам сообразил, в чем дело. Решительно шагнув к дивану, он оттолкнул мать и склонился над отцом. Чтобы уже через минуту выпрямиться.
- Я ничего не могу сделать, слишком поздно.