Затем я скатал свой экземпляр завещания, уложил его в специальный футляр, протянутый мне гномом, и отдал его маме. Ну все, теперь можно и поистерить.
- А скажите мне кто-нибудь, когда меня уже перестанут держать за деревенского дурачка? Когда мне, наконец–то, перестанут врать? Я что, многого прошу? Мне что, вот эти миллионы нужны? Да вообще не нужны! Кто я вообще такой, мне кто-нибудь скажет? Фолт? Нейман? Или может быть кто-нибудь другой? Может, моего папашу-козла звали как-то по-другому? Какие еще сюрпризы меня ждут? Не стесняйтесь, здесь все свои, рассказывайте все как есть! – меня начало трясти и обстановку вокруг меня тоже, причем в прямом смысле этого слова. Краем глаза я отмечал, что стены то покрывались инеем, то по ним пробегал огонь. Понимая, что меня несет, я уже не мог остановиться.
– Ну что вы молчите? Я же задал простой вопрос – кто я? Сын принцессы и двух грузчиков? Да лучше бы я и, правда, каким-нибудь простачком был, живущим в бедном квартале! – я уже орал, и рука нащупывала лихорадочно что-нибудь на столе, желательно стеклянное. Гном смотрел на меня с явным одобрением, протянув руку, он нажал кнопку, находящуюся под крышкой стола. Стены и дверь кабинета словно затянуло какой-то пленкой. Защиту включил. Видимо, к буйству темных магов ему было не привыкать. А затем любезно подсунул под мою ищущую руку чашку, которая тут же полетела в стену. И тут я успокоился, вернее, успокоила меня мама, просто влепив пощечину.
- Угомонился? – она оглядела уже принявшие изначальный цвет стены. – А теперь послушай, что я тебе скажу. Если Арес не афишировал, что он состоятельный человек, значит, так было нужно. Теперь следующее, насчет имени. Ты являешься на сегодняшний день лордом двух майоратов, один здесь, один, если я правильно все поняла, во Франции, – она вопросительно посмотрела на гнома, который утвердительно кивнул. – Когда уйдет твой дед, майоратов станет три. Полное твое имя будет звучать следующим образом: Деймос Фолт, лорд Нейман, лорд Ассемани. Ассемани – это моя девичья фамилия, если ты не забыл. Именно так, в такой последовательности. Перед Фолтом “лорд” не произносится, это древний темный род, и то, что носитель этого имени лорд – принимается за данность. При представлении в обществе, любое из имен ты можешь опустить. Ты все понял? А к директору Сандеру у меня возникли вопросы. Очень много вопросов. Как так получилось, что этикет был упразднен как предмет? Или ты его не посещаешь так же, как математику и боевую магию? Не делай такой вид, я знаю обо всех твоих школьных злоключениях. Ты же абсолютно невежествен. Про экономику, политику и прочее я даже не спрашиваю. Когда я пыталась тебя хоть чему-то научить, ты что делал? Ты сбегал, сославшись на тысячу совершенно неотложных дел. Тогда я понадеялась на Алекса, но, видимо, зря. Все, хватит! Мое терпение иссякло. Уважаемый Гринвудст, позвольте вас попросить заняться с этим оболтусом перечисленными мною предметами. А то он нас по миру пустит. Правда, до конца лета осталось совсем немного времени.
- Ничего страшного, миледи. Я, как поверенный вашего семейного состояния, также заинтересован, чтобы юный Лорд был ориентирован в данных направлениях.
В комнате заметно похолодало. Гном снова активировал полную защиту.
- Миссис Нейман, вы могли бы не беспокоиться насчет своих опасений. Арес Нейман был здравомыслящим человеком, поэтому в полном варианте завещания было выставлено одно условия: если его смерть наступит до того момента, когда Деймос станет совершеннолетним, его образование полностью ложится на плечи нашего банка. Не бесплатно, разумеется, но эти нюансы не должны вас волновать.
За время его речи я успокоился и взял себя в руки. Стол перестал качаться, люстра тоже больше не грозила упасть нам на головы. А еще я обратил внимание на то, что Гринвудст обратился к маме просто – миссис Нейман. А где леди Нейман? Но в следующее мгновение я перестал обращать внимание на это, вроде бы небольшое, несоответствие. Кто этих гномов знает? А гном тем временем продолжал:
- Некоторые аспекты в плане экономики, основы, так сказать, я возьму на себя. Для получения этих самых основ будет достаточно того недолгого времени, что осталось мистеру Нейману до возвращения в школу. До следующего лета я постараюсь подобрать ему учителей, и тогда мы всерьез займемся его воспитанием.
Я просто кивнул. Ну, пусть попробует. Фолт вон ничего особо со мной сделать не может. Сомневаюсь, что мои новые «учителя» смогут преуспеть в том, в чем оказался бессильным даже мой знаменитый предок.
Перед тем, как покинуть банк, я поинтересовался у поверенного насчет чековых книжек. Получив ответ, что чековые книжки они обслуживают и выпускают, я попросил оформить мне такую. Гном меня внимательно выслушал, а потом с каким-то ехидством сообщил, что я до своего совершеннолетия не могу управлять своими активами. Я вопросительно посмотрел на маму, которая просто кивнула, подтверждая мою претензию.
Дома мама заявила мне, что уезжает во Францию. Побросала немного вещей в чемодан, поцеловала меня, наказала быть хорошим мальчиком. Сняла копию с завещания, где были прописаны адреса всех наших домов и, пока я стоял посреди гостиной и хлопал глазами, при помощи телепорта исчезла в неизвестном направлении. Нормально. Бросить своего сына одного в огромном поместье прямо сказать на произвол судьбы. Или она рассчитывает, что за свои деньги гномы не бросят золотую жилу в беде и хотя бы накормят?
На следующий день я узнал, что гномы за свои деньги будут биться до последнего. Потому что кормили меня гораздо лучше, чем я ел до этого, а мой собственный поверенный загрузил меня «всего лишь основами экономических отношений» так, что даже мое горе отошло на второй план. Я начинаю всерьез опасаться следующего лета.
Мама звонила мне довольно часто. Так часто, что я иногда не брал трубку. То бросает, то надоедает... Это только мне так повезло или у всех матери такие? Никогда бы не подумал, что буду хотеть вернуться в школу, но, похоже, это так.
А вообще, с Днем Рождения, Деймос, хоть о нем все забыли, включая твою собственную мать, которая хоть сегодня уже и звонила, но поздравить забыла.»
- Ты плохая мать, – Алекс обличительно ткнул пальцем в Анну.
- Но…
- А я плохой крестный. Мы бросили мальчика наедине с его горем, и к чему это привело в итоге?
- Он стал мужчиной? – в свою очередь парировала Анна.
- Вы будете отношения выяснять или все же послушаем? – рыжий Рейн вопросительно посмотрел на Анну. – Дальше, я думаю, должна быть информация, где он этого странного оборотня подобрал…
- Какого оборотня? Еще одного? – в голосе Энди Смита прозвучало любопытство. – Вуди, продолжай.
====== Глава 13. ======
«5 июня 982 года от падения Империи.
Вот это я сходил вчера за покупками! Только сейчас вернулся и, даже не сняв грязную изодранную одежду, сел писать, чтобы выпустить пар и не забыть ничего, чтобы потом предъявить кое-кому за все его выкрутасы. К тому же во время этого похода я умудрился изорвать чековую книжку, это я обнаружил только что, вытащив из кармана обрывки, и предстоящее объяснение с моим поверенным не улучшало моего настроения. Но все же по порядку.
Вообще весь прошлый учебный год прошел как бы мимо меня. Нет, я занимался, особенно с Фолтом, хватаясь за все задания с каким-то остервенением. Я прекрасно помнил свое обещание перед гробом отца, что достигну максимума в освоении магии. Однако, продолжая делать различные записи, я совершенно забросил домашние задания, хотя теорию, да и практику, я теперь знаю назубок. Только вот мои преподаватели, похоже, забыли о моем существовании, и проверить мои знания или не могли, или не хотели. Поэтому просто выставив мне, опять-таки, “тройки”, они перевели меня на третий курс, даже не подозревая о степени моей подготовки. А мне было плевать на оценки. Ну, “тройки” – значит “тройки”. Не суть. Оценки – это не главное. Тем более, что я старался вообще больше времени проводить или в своей спальне, или в лаборатории, и все из-за неконтролируемых всплесков моей магии, которая никак не хотела приходить в норму. Дэрик только головой качал и повторял слова гнома о сильном потрясении, и что однажды это пройдет, а пока оставалось только надеяться, что никто не пострадает. Больше про свое учение я писать не буду, просто не хочу.