Как же мне надоело это постоянное упоминание моего лордства, эта отвратительная привычка говорить обо мне так, будто меня нет в комнате. И что за отвлекающие факторы имел в виду Гринвудст? Из своеобразного транса меня вырвал голос Эвана.
- Дей, ну что ты молчишь?
- Эван, послушай, я в порядке, правда. Меня больше угнетает, что я действительно не переживаю о гибели этого урода. Гринвудст прав, мне нужен тормоз, по крайней мере, в первое время. Ты ни в чем не виноват. Более того, ты меня предупреждал и приказал уходить, если что. Я сам решил поиграть в героя. Поэтому я надеюсь, что следующее лето мы проведем вместе.
- Ты все правильно говоришь, малыш, все верно. Но есть одно “но”. Первое убийство никогда не проходит без последствий. Никогда. Я знаю, о чем говорю. Я сам прошел через это, несколько сотен ребят прошли перед моими глазами. И каждый переживал этот момент по-разному. Не надо принижать моих умственных способностей. Я прекрасно понимаю, о чем вы все мне говорите. Не забывайте, мой брат – маг. Но ты даже здесь отличаешься от других. Ты можешь стать убийцей, тем, кто получает удовольствие от чужой смерти. Не перебивай. Можешь, еще как. Ты темный маг, и ты попробовал вкус крови, будучи совсем мальчишкой. Ты не сможешь остановиться, тебе всегда теперь будут необходимы “острые ощущения”. Я виноват перед тобой, я же просил не перебивать меня. Я виноват перед тобой в том, что не оставил тебе выбора. Ты мог бы стать гениальным ученым, бизнесменом, да просто прожигателем жизни, но я не дал тебе этих шансов. У тебя сейчас очень ограниченный выбор того, чем ты сможешь заняться в будущем, не разрушая себя. И только тебе решать, кем ты в итоге станешь.
Я поднялся из своего кресла, подошел к нему, обнял и уткнулся лбом ему в щеку, затем вздохнул и прошептал:
- Так научи меня, научи, как не стать убийцей, – то, что произошедшее не было технически моим первым убийством, не произносилось вслух и даже не подразумевалось. Тот случай не мог влиять на вещи, которые здесь и сейчас обсуждались. Тогда была случайность, сейчас же…
Эван вздрогнул, отстранился и внимательно посмотрел на меня, затем кивнул.
- Да. Да, малыш, я научу тебя. Мы все тебя научим.
Они посидели со мной совсем немного, и ушли, отказавшись остаться на обед и пообещав писать, крепко обняли на прощание.
Гринвудст перед уходом всучил мне кучу каких-то документов, порекомендовав, практически в приказном порядке, все это изучить. На изучение мне давался месяц, после чего мне пригрозили интенсивной перепиской.
Если я думал, что на сегодня мои встречи закончены, то я ошибался. Сразу после ужина зазвонил городской телефон. Я настолько отвык от этого резкого звука, что сначала даже и не понял, откуда он доносится. Подняв трубку, я ожидал услышать голос матери, но меня постигло небольшое разочарование.
- Да, я слушаю.
- Мистер Нейман? – спросил на том конце провода незнакомый мужской голос.
- Да. А кто говорит?
- Просьба оставаться дома в ближайшие полчаса, с вами хочет встретиться один высокопоставленный человек, – все. На том конце провода раздались короткие гудки.
Первым моим желанием было убраться из дома куда подальше – на ту же Базу например, не слишком я люблю, когда со мной так разговаривают. Но любопытство не является монополией кошек. Не каждый день какой-то высокопоставленный перец хочет со мной встретиться. Да и к тому же за меня есть, кому отомстить.
Человек появился практически сразу, как будто ждал, когда со мной свяжутся. Он был среднего роста, среднего телосложения. Вообще весь какой-то средний. Только глаза выделялись на фоне этой усредненности. Первое, что пришло мне в голову, когда я посмотрел ему в глаза, было чувство, что я заглянул в направленное прямо мне в лицо дуло пистолета. Холодные серые глаза, видящие тебя насквозь. Неприятное чувство, я даже слегка поежился.
Мужчина, протянул мне руку.
- Алекс Милтон. Можете не представляться, я знаю, как вас зовут. Можно я буду обращаться к вам по имени?
- Вы кто?
- Алекс Милтон, я только что представился.
- Вы прекрасно поняли, что я имел в виду.
Он улыбнулся. Странная улыбка, совершенно не затронувшая глаз.
- Всегда радостно на душе, когда понимаешь, что не ошибаешься в сделанных выводах. Я являюсь руководителем Секретного Отдела Национальной Магической Безопасности.
Ох, ни…чего себе. И о чем такой большой человек хочет со мной поговорить? Он словно читал мысли, не прибегая к зрительному контакту.
- Я хочу задать вам, Деймос, только один вопрос. Что случилось в Африке? Вернее, я знаю, что там произошло, меня интересует маг. Кто это был?
- Знаете, Алекс, он как-то не представился. Не успел, наверное.
Теперь улыбка прокралась в глаза.
- Что вы почувствовали после того, как ликвидировали его?
- Вы хотите сказать убил?
- Нет, я имел в виду именно ликвидацию. Убить можно человека, а судя по докладам, это существо человеком не было. Так что я не считаю совершенный вами поступок убийством. И, тем не менее, что вы чувствуете?
- Ничего. Серьезно, ничего. Но бывший здесь совсем недавно мой друг сказал, что данный поступок перечеркнул все мои шансы на дальнейшую жизнь. Или я становлюсь отмороженным убийцей, или нет, но получать свою порцию адреналина я должен, иначе загнусь. Вот так, больше мне ничего не светит.
- А хотелось бы? Вы вообще задумывались о будущем? Кем вы хотите стать?
- Я… Я не думал вообще-то. У меня есть кое-какие обязательства, связанные с делами моего отца, но мне кажется, что и Эван прав. А вообще, я не прочь наукой заняться, – про науку мне только сейчас на ум почему-то пришло. Если об этом узнает мой предок, он попытается застрелиться из карабина и не важно, что он уже мертвый.
- Послушайте, Деймос, я пришел задать вам один вопрос, но я его пока не задал. Про Африку – это было отступление. Деймос, вы не думали, что в принципе можно многое сочетать из того, что вы только что перечислили, включая и то, о чем говорил мистер Роше? Вы не хотите после окончания школы поступить на службу в наш Отдел?
- Очень неожиданный вопрос. У меня вообще, есть право на раздумье? – спросил я у начальника секретного отдела, глядя ему в глаза.
- Разумеется, есть. Но если вы согласитесь, то я прошу вас сообщить об этом как можно скорее и надеюсь на установление быстрого контакта между нами.
- А, ну тогда я подумаю и напишу вам письмо, вас это устроит?
- А почему бы вам не позвонить мне? Вот мои телефоны. В случае чего я всегда на связи.
- Лучше письмо. Я привык не брать с собой в школу средства связи, мешает учебе, так сказать.
- Хорошо. Правда, я много наслышан про вашу учебу, – усмехнулся он.
- Оценки – это не главное, – пробурчал я. – Если вам так важна табельная успеваемость, то я вынужден сразу отказаться. Получать отличные отметки в планы на ближайшее будущее у меня не входит.
- Нет–нет, что вы. Ваши знания, необходимые нам, мы проверим в период нашего тесного сотрудничества, если вы не против, разумеется.
- Разумеется. Можно мне, пользуясь случаем, задать вам давно интересующий меня вопрос. Мне кажется вы, как начальник такого Отдела, должны быть в данном вопросе немного осведомлены?
- Спрашивайте, – коротко бросил он и, сложив руки на груди, откинулся на спинку кресла, устраиваясь поудобнее.
Я слегка прикусил нижнюю губу.
- Вы что-нибудь знаете про моего отца?
- Про Казимира я вообще ничего не знаю. Он у нас проходил под пометкой: «опасности не представляет».
- Я имею в виду Ареса.
- А, так вы его отцом называете? Ареса я знал лично, но недостаточно хорошо. А что именно вы хотели о нем узнать?
- Не знаю, все, наверное. Понимаете, я понятия не имел, что Арес обеспеченный человек, я узнал это только после его смерти. Да что тут говорить, – я махнул рукой. – Мы ели мясо только по праздникам и то не по всем. А то, что на мне было надето в первый день моего пребывания в школе, можно было за мой выходной костюм принять. Я думал, что он вообще нигде не работает, но от него этого и не требовалось, он просто был хорошим человеком и заменил мне отца. Он был рядом со мной с пяти лет. А как оказалось, я не знаю о нем ничего. Еще и маркиз, что за маркиз Сонвье? Нейман – это вообще валийская фамилия или нет? Я запутался, понимаете.