В общем, я справился. Потом, правда, несколько часов провел в ванной, пытаясь смыть с головы и тела лак.
Мое возвращение в поместье с нетерпением ждали. Оказывается, Эван чуть не прибил Фила за то, что тот меня одного отдал на растерзание Шарлю. И главное все же заключалось в том, что его никто не предупредил, и тот чуть не сошел с ума, когда не дождался меня в назначенный день на Базе. Я даже представить себе не могу, что нашептала паранойя полковника ему на ухо за те часы, пока он не додумался связаться с Ксавье. Вот так-то.
Так же меня ждал мой поверенный с твердым намерением уточнить: прочитал я завещание отца или нет.
- Нет, – решил честно ответить я.
- Почему? У юного лорда не было времени?
- Желания, – решил полностью сознаться я.
- Ну что ж, – Гринвудст вытащил из своего портфеля знакомый свиток и протянул его мне. – Я вынужден настаивать.
И мне ничего не оставалось делать, кроме как попытаться вникнуть в написанное.
Получалось плохо. В конце концов, я все же сдался и сказал, что все эти слова для меня ничего ровным счетом не значат. Если я надеялся, что от меня отстанут и оставят в покое, то я ошибался. Филипп перетаскивал меня с места на место как чемодан, но я успел познакомиться со всеми своими домами и предприятиями.
Когда в назначенный час прибыл Гринвудст, чтобы принять у меня мини-экзамен по текущему состоянию дел, с первых минут он начал на меня наезжать, кинув на кофейный столик ворох каких-то бумаг.
- Лорд Деймос, скажите честно. Вам что, мало денег?
- Я не понимаю, о чем вы говорите? – я взял в руки эти бумаги и стал их рассматривать. В основном, это были вырезки из журналов и газет с фотографиями как раз того самого показа в Милане.
- Не понимаете? Вы знаете, что выступление вот на таких вот дешевых мероприятиях для лорда просто неподобающе! Участвовать в показе мод. Кто вас вообще надоумил пойти на такой позор?
Я, молча, повернулся к Филу, но промолчал, учитывая и так непростые отношения семейства Ксавье с гномами.
- Ладно, захотелось вам покрасоваться перед камерами и собрать огромное множество восхищенных ахов, но объясните мне, пожалуйста, зачем вы взяли за это деньги, причем не малые деньги и главное, зачем вы сдавали в аренду вашего волка!
- Какие деньги?
- Те, что вы получили по заключенным контрактам. Как вы вообще додумались заключать контракты без своего поверенного?
- Но я…
- Еще скажите, что ничего не заключали, – язвительно закончил за меня гном.
- Я не мог пройти мимо и не стрясти с этого куска шерсти деньги за моральный ущерб, причиненный мне в прошлом году, – вклинился в разговор Фил.
- Филипп? – все как-то разом повернулись в сторону графа, включая наблюдающих за нами мантикору и Гвэйна.
- Что Филипп? Я, между прочим, тешил свое воображение, представляя, что в этих контрактах вместо слова «аренда» стоит слово «продажа».
- Значит так, мне все равно, кто и что заключал. Но запомните, мой лорд. Никогда ни при каких условиях не заключайте договора без своего поверенного. Для закрепления этого материала я решил познакомить вас с финансовой биржей. Завтра ровно в четыре часа утра я зайду за вами. Будьте готовы.
На такой позитивной ноте гном удалился, я же, не разговаривая с Филиппом, поднялся к себе в комнату, откуда в этот день больше не выходил.
Утром меня разбудил топот. Я сначала не понял, что происходит. Но под очень знакомое завывание и мяуканье в комнату тихо зашел Филипп. Молча сняв со стены ружье, он вышел из комнаты. Сперва я спросонья ничего не сообразил, но потом вылетел из комнаты, как раз в то время, когда прозвучал какой-то треск и звук выстрела. Все затихло, а потом это стадо животных ломанулось в мою сторону, сбив меня с ног. Я кубарем покатился с лестницы, больно ударившись головой.
- Эти… звери. Снова сломали мне лестницу! – за что я люблю Фила, так это за то, что они никогда не материться. Если из его уст хочет вылететь что-то непечатное, то он просто оставлял это слово не озвученным. Аристократ.
Кое-как поднявшись, я поплелся в комнату, где обнаружил этих двоих, развалившихся на моей кровати. Ворвавшийся следом Фил окинул взглядом присмиревшую парочку и тихо повесил ружье на место.
- Если такое еще раз повторится, я не промахнусь, – пригрозил он волку и кошке.
- Фил, не злись, – обратился я к нему.
- Я уже не злюсь.
- Злишься. Я же менталист, я чувствую, что злишься.
- Этот волк разнес уже большую часть дома. Я уже не могу, – он всплеснул руками и посмотрел на опустившего морду Гвэйна.
- Фил, если волк выглядит как волк, ведет себя как волк и воспринимается как волк, это не всегда говорит о том, что это волк.
Мою тираду прервал гном, вошедший в спальню.
- Я смотрю, молодой Лорд уже встал. Так не терпится познакомиться поближе с биржей? Ну, тогда пойдемте, я осуществлю вашу мечту.
Это был кошмар! Самый настоящий ад. По сравнению с финансовой биржей, дефиле в Милане — мирное чаепитие с моей консервативной до мозга костей бабушкой.
Весь день совершенно оглушенный я простоял в сторонке, пытаясь понять, а что тут вообще происходит. Толпа каких-то непонятных людей, которые вели себя слишком неадекватно, что-то постоянно кричали, орали, размахивали какими-то бумагами. Под конец от постоянного шума у меня заболела голова, начало тошнить и в итоге я просто потерял сознание. И мне даже не было за это ни капли стыдно.
Пришел я в себя в какой-то маленькой комнатке, под пристальным взглядом моего поверенного.
- Это что было? – спросил я у него, голова все еще болела, но хоть тошнота прошла.
- Биржа. Место, где заключаются сделки, обмениваются одни товары на другие. Но в основном, это как раз то место, где процветает спекуляция и на сегодняшний день это один из инструментов наживы.
- Зачем вы мне это показываете?
- Как зачем? Вдруг какая-то нелегкая занесет вас сюда, и вы подсядете, как на наркотик? Биржа как азартная игра – затягивает.
- Я не собираюсь играть на бирже, – совершенно искренне признался я.
- Я заметил. Но запомните, биржа – это место, где богатые становятся еще богаче, а бедные совсем бедными, но к вам это не относится.
- Почему?
- Потому что любые сделки лучше доверить профессионалам. А вы таковым не являетесь. Вы свое завещание и то несколько лет читали.
- Я не буду заключать никакие сделки без вас. Только никогда больше не приводите меня сюда.
- Знаете, я вот тем, кто не слушает меня и все равно лезет сюда, читаю один стишок, написанный очень–очень давно, задолго до становления Империи. «Маленький мальчик на бирже играл, Акции он продавал, покупал. Так потихоньку, без криков, без стонов. Он потерял 900 миллионов».
- Веселенький стих.
- Да. Не давайте себя никому обмануть.
- Постараюсь.
На этом мое знакомство с биржей закончилось. Но вредный гном пообещал меня вообще оставить в этом месте и устроить на работу, причем обычным брокером, если я не послушаю его совета. Видимо, его задел не тот факт, что я участвовал на этом проклятом дефиле, а то, что Филипп, решив потешить свое самолюбие, заключил очень приличный контракт от моего имени, не посвящая в это действо Гринвудста.
До поместья Филиппа я решил добираться с помощью телепорта. Видимо, усталость накопилась или нервный тик помешал мне, но почему-то второй раз за этот месяц я перепутал координаты, оказавшись там, где меня никто не ждет.
Я не знаю, чем я руководствовался, когда задал на телепорт координаты поместья Дефоссе, но оказался я на пороге этого монументального сооружения. Решив, что нет худа без добра, и что раз я уже здесь, то можно напроситься на ужин и еще раз как следует посмотреть на Лео, может даже слегка еще прощупать.
Кобольд очень вежливо предложил мне подождать хозяев в огромном холле, куда они должны буквально с минуты на минуту спуститься для того, чтобы проследовать в столовую.
Я думал, что пережил этим летом самые кошмарные события в этой жизни? Я просто наивный идиот. Самое кошмарное испытание ждало меня именно в доме Дефоссе.