Ей стало страшно. Лёгкий холодок в груди немного отрезвил. Девушка всё так же терзала своё возбуждённое тело, в попытках достичь недостижимое, всё так же страстно желала разрядить этот мучительный механизм любой ценой. Но в голове уже бродила парочка слабеньких, но пока устойчивых мыслей.
«Что, если я не кончу никогда?..»
«Превратишься в вопящую, сумасшедшую шлюху, жаждущую лишь одного… Если вообще выживешь…»
Элис чуть приоткрыла глаза. Веки слиплись, словно после долгого слезливого сна. Почти у самого её лица торчали короткие зелёные стебельки. Девушка сморгнула выступившие слёзы. А туман висел, казалось, у самого лица. То ли от её напряжения, то ли впрямь он настолько сгустился. Девушка прикрыла глаза вновь. Всё тщетно.
На грани слышимости раздался тихий приглушённый звук, словно маленькая веточка сломалась. Нехотя разлепив глаза, Элис медленно повернулась на звук.
«Кто-нибудь… помогите…»
Прошептала она это или просто подумала — девушка понять не могла. Но эфемерная надежда на помощь всё же придала ей сил. Воздуха не хватало, словно он целиком уходил лишь на работу сердца и напряжения мышц. Она сдвинула голову, опираясь подбородком на сильно пахнущую сорванной травой и её соками руку.
Туман, непрерывный, молочно-белый, невозможный. Лишь смутные тени виднелись в его глубине.
— Пож… ста… — почти отчётливо прохрипела девушка. — Не-ет… По… мо…гх-х
Очередной стон превратился в плаксивый всхлип. Девушка, отчаявшись, расслабила мышцы, что с трудом удерживали веки от закрытия.
Одна из теней дёрнулась. Длинная, вытянутая, она больше походила на какое-то дерево, чьи ветви поглотил туман. За него Элис тень и приняла. Но ни одно проклятое дерево не может изгибаться как крючком, и уж тем более раздваиваться… растраиваться…
«Ч… то…»
Одна из теней вдруг сложилась опускаясь вниз. Девушка моргнула, пытаясь скинуть наваждение, потом ещё и ещё, но ничего не получалось. Словно в каком-то слайд-шоу тени слегка извивались, переплетались и вновь разделялись на несколько стволов. Послышался лёгкий шорох, странно влажный, что-то вновь треснуло.
Тени стали чуть больше.
Элис следовало испугаться, может даже в ужасе завопить. Увиденное походило на почти лавкрафтовский ужас, но… Сейчас ей было всё равно. Все ресурсы разума отбирало дрожащее от невозможности разрядки тело, а скудных остатков хватало лишь на лёгкую панику, и то, вызванную той же невозможностью, но никак не этим странным видением. С затаённой надеждой, алогичной и безрассудной, девушка смотрела, как из тумана выплывает нечто.
Оно было крупным, длинным и похожим на какую-то гидру из учебника по биологии. Вытянутое оранжево-бурое тело, ползущее по земле, и около десятка извивающихся бежевых то ли щупалец, то ли ещё чего, обрамляющих ротовое отверстие. Эти отростки сейчас торчали вертикально, но вершины их то и дело заинтересованно тянулись в сторону девушки. У основания они были едва ли не толще бедра Элис, но чем выше, тем сильнее они утончались, превращаясь округлым гибким кончиком.
Сильно выгнув голову, девушка не отрываясь смотрела на эти перетекающие, непоседливые отростки. Подобное она уже видела где-то…
«Тен… тентакли?!»
В той жизни, нормальной, что была до всего этого, Элис случалось наткнуться на несколько рисованных порнографических мультиков, что все называли хентаем. В том числе те, где глазастых девочек страстно насиловали многочисленные извивающиеся отростки. Да, сама мысль о том, чтобы возжелать проникновения чего-то настолько мерзкого, для девушки была невозможна. Но то было раньше. Длинное, упругое, напористое, входящее в её вагину — короткая мысль-образ едва не лишила способности дышать.
«Хочу…»
Замерев перед ней в паре метров, существо словно боялось приблизиться. Излишне любопытные отростки наклонялись было вперёд, но их тут же перехватывали их товарки, на несколько секунд переплетали, сжимая в тесных объятиях. Словно вразумляли.
Вновь рука забилась так, что почти не ощущалась. С протяжным стоном девушка вытащила онемевшие пальцы, и уронила бесчувственную руку на траву. Требовательный жар внутри, лишь немного утолённый движениями пальцев в киске, разгорелся с новой, почти болезненной силой. Плотно прижав грудь к земле, девушка протянула вторую, отдохнувшую руку туда, меж бёдер, вновь погружая в горящее лоно пальчики.
В тот мучительный момент, ей было совершенно плевать на происходящее вообще, и на странное существо в частности. Лишь начало очередной порции фрикций сумело вернуть ей хоть какую-то часть осознанности.