— Ты раньше со мной так никогда не поступал, и поэтому, я думаю, не стоит этого начинать сейчас делать. Тем более это мне не нравиться. Теперь у тебя в жизни два пути. Первый вернуться домой, в родовое поместье, если оно у тебя есть, так как звания капитана тебя лишили. Графа Лекартуз, за оскорбление Её Высочество ждёт смертный приговор. После его исполнения, об этом происшествии постараются, побыстрее, все забыть, и заниматься твоей реабилитацией некто и не подумает. Второе: я предлагаю тебе принести лично мне клятву верности, и начать свою службу заново, с лейтенантского звания. А дальше всё будет зависеть только от тебя и твоей преданности принцессе Алисе. У тебя есть время подумать в течении ужина, который я тебе сейчас организую.
Вызвав, при помощи звонка прислугу, которой оказались две девчонки, чуть постарше меня, я им приказал забрать всю вкуснятину, в виде горы пирожных, с собой, съесть самим с подругами, и не с кем из взрослых не делиться. А если старшие попробуют отобрать, то припугнуть моим именем, сославшись на мой приказ. После этого я усадил голодного Отнорта за тот же столик, и натаскал деликатесов, нашлёпанных синтезатором. Бывший капитан ел, да нахваливал моего личного повара, так как таких изысканных блюд он ещё не ел никогда. А от марочного французского вина, в базах синтезатора было и такое, он вообще был в полном улёте. Когда он, наконец, пришёл в себя, и немного успокоился, от сегодняшних волнений, я задал ему главный в его жизни, на этот момент вопрос:
— Вы сделали свой выбор? — спросил я Отнорта, когда он встал из за столика и, подойдя ко мне опять встал передо мной на одно колено.
— Да, Ваше Высочество. Извините меня, но я решил отказаться от вашего лестного ко мне предложения.
— Вот это номер: — подумал я. — Я уже представлял его в своей команде.
— Лиса, он не набивает себе цену и действительно отказывается?
— Да, это правда, сестрёнка. Я сама не просчитывала такую его реакцию. Он действительно не хочет больше никому служить.
— Отнорт, вы можете обосновать мне своё, честно говоря, неожиданное для меня решения, так как я на вас рассчитывала.
— Еще раз прошу у вас прощения, принцесса Алисия, я попробую вам объяснить. С графом Лекартуз мы знакомы очень давно, ещё с молодости. Нас познакомил его отец, который знал моего отца, и попросил его отпустить меня, вместе со своим сыном в столицу, по семейным делам, в качестве защитника и друга. С тех пор мы вместе. Побывали во многих переделках, когда сражались за свою жизнь, спина к спине, и где от жизни одного зависела жизнь другого. Я думал, что знаю графа Лекартуз хорошо, считая его своим другом. Да и сам он часто напоминал мне, об этом, своими искренними заверениями. Но я в нём жестоко ошибся. Он поверил голословным обвинениям женщины, и не поверил словам того, кого прилюдно называл своим другом, и который не раз спасал его жизнь ценою своей. А затем, забыв обо всём, что нам вместе удалось пережить, не дрогнувшей рукой отдал меня палачу. Моя доверчивость и вера в настоящую мужскую дружбу, чуть не стоила мне жизни. Вы, Ваше Высочество, нравитесь мне, как мой будущий наниматель. Но я знаю вас намного меньше, чем графа Лекартуз. И притом, вы тоже девушка. Я не хочу больше так смертельно ошибаться. Извините меня, Ваше Высочество, и простите.
— С вами всё ясно: — подумал я. — Вот он пресловутый мужской шовинизм в действии. Как и во всех мирах: если своих мозгов не достаточно, и поэтому постоянно вляпываешься в неприятности, то обязательно ищи рядом бабу, так как она, по твоему личному мнению, непременный источник всех мужицких бед. А в данном конкретном случае, между прочим, всё так и было на самом деле. Досталось на орехи даже мне, хотя парня из себя я только изображал. Жизнь, как я убеждаюсь в очередной раз, штука довольно сложная и непредсказуемая. Поэтому истина, как водиться, находиться, где то посередине между высказываемыми мнениями. Поднимая его жестом с колена, я проговорил:
— Я уважаю ваш сегодняшний выбор, и в какой то мере понимаю вас, поэтому отпускаю вас, на все четыре стороны, продолжая считать Вас, господин Отнорт, своим другом, и поэтому, по дружбе, прошу вас мне оказать одну небольшую услугу. Завтра из тюрьмы освободят вашего и моего друга, бывшего гвардейца Стика, которому от меня будет сделано такое же предложение, как и вам, а так как ему идти, в отличии от вас, некуда, то он его скорее всего примет.
— Стик жив? Этого не может быть! Его же на моих глазах убили в кабацкой драке.
— Не всё что мы видим своими глазами, есть истина: — проговорил я. — Граф Лекартуз, до сих пор хвастается перед друзьями, то, что он стоял в метре от палача, во время казни, который отрубил организатору похищения его любимой жены, некоему Отнорту, голову. Так что попытайтесь не попадаться ему на глаза, а то он получит, при виде вас, прогуливающегося на этом свете, преждевременный разрыв сердца, и не даст мне насладиться полнотой своей мести. Поэтому, прошу вас, поживите вместе в поместье моего друга графа Ружен месяц со Стиком, и помогите набрать ему его былую форму отчаянного рубаки, не выходя, без надобности за ограду в светлое время суток. Вы сможете пойти для меня на такую жертву?