Только вот прямо в коридоре, правда, будучи в другом его конце, показался Уоллис. И, конечно же, увидел Джесс среди остальных учеников. Забыв о Генри, он пошел за ней.
«Твою мать, все никак не отцепится!» — подумала Джесс, слегка ускорив шаг. Она была уже почти у выхода из школы. Выходить же и просто уходить — не вариант, тогда уж Уоллис точно рано или поздно ее догонит. Потому девушка пошла за школу, чтобы там и уйти — там все равно есть такой же проход в ограде, только менее востребованный.
Чак помчался за ней сквозь толпы учеников, знатно мешающих на пути.
Когда Джесс вышла из здания школы и уже завернула за угол, поняла — ненадолго, но она оторвалась, только медлить все равно нельзя.
Становилось тревожно. С каждой секундой напряжение усиливалось, а время, казалось, замедлялось, давая Джесс возможность продумать свои следующие действия.
— Куда бежишь? От копов что ли? — словно из ниоткуда раздался голос Генри. Джесс даже не сразу его заметила, настолько была сконцентрирована на поиске выхода.
— От копов? Зачем? Нет, я в аптеку спешу, спасибо, что спросил, — игриво ответила Джесс. Неподалеку она увидела компашку ребят, собравшихся на своем привычном месте — за школой, у ограды. Там недалеко и выход. А со стороны входа в школу девушка уже слышала голос Уоллиса, который спрашивал о том, видел ли кто Джесс или Генри. А тут, буквально за углом, они оба.
— Ах да, — однако Джесс придумала, чем можно было бы отвлечь Чака. — Если мне не послышалось, Ллойд назвал тебя «заднеприводным сопляком».
— Что сказала?! — тут же разъяренно выкрикнул Генри.
— Так это ж не я сказала, а он. Не со мной разбирайся, — сказав это, девушка продолжила свой путь к выходу, а Генри уверенным шагом пошел к той компашке ребят, среди которых и был тот, кого назвала Джесс. Понятное дело, что долго разговаривать Генри не стал — разве что парой слов с парнями перекинулся, а после предпочел сразу все решить кулаками. И по своему обычаю затеял драку. Джесс к тому моменту уже подобралась к выходу.
А когда Чак таки завернул за школу и, надеясь продолжить следовать за Джесс прошел чуть дальше, первым делом увидел эту драку. Оставить все как есть — значит, допустить возможные серьезные последствия… Да и Генри там он увидел, тем более пройти мимо нельзя.
Таким образом Джесс удалось уйти, даже не слишком сильно привлекая к себе внимание.
— Эй, вы! Прекратили быстро! — влез Уоллис, разъединяя сцепившихся парней. У кого-то уже был сломан нос, кто-то просто получил пару пинков и стоял в сторонке, но вот двое никак не могли успокоиться. Конечно же Генри и парень, которого назвала Джесс — Ллойд. Ничего удивительного, он действительно часто бросается подобными оскорблениями, потому Генри даже сомневаться в словах Джесс не стал, сразу врезать решил. Остальные, как обычно, полезли защищать приятеля, но лишь сами отхватили по увесистому удару. Каждый.
— Ну-ка, угомонись! — когда остальные ребята расступились, Уоллис схватил Генри за куртку, оттащил от Ллойда и, жестко скрутив ему руки и повалив на землю, оставил в стороне — только это помогло его успокоить. — Ты-то мне и нужен, — вздохнув, сказал Чак.
Остальные парни по-быстрому свалили.
— Больно вообще-то! — выкинул Генри.
— Если я отпущу, ты обещаешь, что не сбежишь? — негромко спросил Чак. — Иначе у тебя будут проблемы.
— Ай! Да не сбегу я, хватит!
Чак отпустил его, встал чуть в стороне.
— Что надо? — Генри принялся оттряхивать одежду от грязи.
— А ты, я смотрю, тактичностью не страдаешь… За что парня избил? — спросил Уоллис.
— Обозвал меня этот урод. Опять. Как обычно, впрочем… Я могу идти?
— Нет, не можешь.
— Что еще интересно?
— Много чего. Но для начала хочу поговорить с тобой о смерти Полли Дэвис.
— Ну, выпрыгнула девка из окна после травли в школе. И правильно сделала… Что еще? Ничего больше я не знаю.
— Нам все равно стоит поговорить.
На мгновение Генри смутился: с одной стороны он может поговорить с тем самым детективом, который так усердно пытается нарыть что-нибудь против Джесс, и Генри даже чувствует, что может в этом помочь; но с другой же стороны парень понимает, что и своих косяков и даже настоящих, пусть и мелких, но преступлений у него достаточно. Тут тебе и регулярные кражи в магазинах, серьезные драки с тяжелыми для противников последствиями, и карманные кражи, и много чего другого. Выбирай что хочешь.
Но следующие слова Уоллиса заставили парня немного расслабиться:
— Слушай, я знаю кто ты и что постоянно вытворяешь. Но сейчас меня это волнует меньше всего. Я здесь даже не столько для расследования смерти той девчонки. Слишком уж сильно меня интересует то совпадение, что погибшая оклеветала лучшего друга Джесс Райт. Ты ее однозначно знаешь. Да и раз у вас такие… Напряженные отношения — исходя из того, что предстало перед моими глазами пару недель назад, — вряд ли ты будешь ее защищать. Мне интересно знать все возможные подробности событий до смерти Полли Дэвис. Потому как такие совпадения крайне редко бывают просто совпадениями, — уверенно, но не слишком громко заявил Уоллис.
— О да, с этой сучкой явно что-то не так. Странная она. Я бы даже сказал, что во многих отношениях жуткая, — напряжение окончательно спало и Генри заговорил свободнее; да и доверие к этому детективу возрасло.
— Расскажешь все что знаешь, но не здесь, — Чак развернулся. — Найдем какое-нибудь свободное помещение, может, класс, и там поговорим. Мне не нужны лишние уши.
Найти свободный класс оказалось проще, чем думал Уоллис. Хотя занятия ведь закончились, так что в этом не было ничего странного. Зайдя в кабинет, детектив предупредил всех, чтобы сюда не входили. А также попросил своих коллег не влезать в разговор, аргументируя это тем, что «этот парень слишком проблемный и не станет доверять куче копов, которых он едва ли не каждого в лицо знает». А ведь так оно и есть. Меньше всего Генри хотелось говорить с полицейскими, у которых и без того предвзятое отношение к нему и любой только рад будет отправить этого парня в колонию для несовершеннолетних по любой удобной причине.
Уоллис описал всю ситуацию, которая произошла в квартире Полли. Рассказал о ее предполагаемом поведении тогда, а пока рассказывал — наблюдал за реакцией парня. Чак рассказал и о словах родителей девушки, которые говорили о ее поведении в последние дни жизни, опять же наблюдая за тем, как ведет себя Генри, слыша все это. Он был относительно спокоен и ничего не говорило о том, что он как-то нервничает в этот момент. А ведь этот парень довольно эмоциональный, да и о сдержанности говорить не приходится.
— Почему ты сказал «правильно сделала» после слов о том, что Полли покончила с собой? — продолжал разговор Чак.
— Да потому что она тупая. И лезет вечно куда не надо. Еще и Сая обвинила в том, о чем он и подумать боится. Без нее даже лучше, — Генри говорил как обычно, ничуть не стесняясь, будто говорит не с детективом, а с кем-нибудь из знакомых.
— Лучше в каком смысле?
— В любом. И спокойнее, и к Саю больше никто не пристает.
— Тебя это волнует?
— Ну… Д… Да какая разница? — однако вновь парень был готов защищаться. — Да, лично мне стало лучше от того, что эта заносчивая дура сдохла. Но я не имею к этому вообще никакого отношения!
— Тихо, тихо, я тебя ни в чем не обвиняю, — Уоллис же говорил предельно спокойно, стараясь тем самым держать настрой на одном, нужном ему уровне.