— Имеете ли вы отношение ко всем этим преступлениям? — настойчиво повторил Чак. Со строгим, угрожающим видом он смотрел прямо в глаза Сэму, будто пытался прочитать его мысли, или просто уловить хоть малейшие признаки лжи. Однако в черноте глаз Сэма, казалось, таилось куда больше, чем он говорит, но понять, что все-таки у него на уме было очень сложно.
— Нет, я не имею отношения к этому. И я не понимаю, почему вы так уверены в обратном.
— Вы имеете отношение ко всем этим преступлениям? — с еще большим напором повторил Чак. Нет, он был полностью уверен в своей правоте. И просто ждал момента, когда Сэм начнет нервничать и своим поведением выдаст себя. Хоть малейший признак лжи…
— Нет, не имею, — однако Сэм оставался спокойным, хотя это давление детектива действительно уже напрягало.
— Почему вы утаиваете преступления вашей дочери?
— Мне нечего таить. Как и ей.
— Сколько еще убийств будет? — Чак отступать и не думал.
— Я не знаю. К моему большому сожалению, даром ясновидения я не обладаю. И кто убийца, и кто его покрывает — я не знаю. А если вы еще раз посчитаете нужным повторить эти вопросы, игнорируя мои ответы на них, я буду вынужден вызвать охрану. Все-таки я не попугай, и странно, что вы меня с ним спутали, вы вроде не дурак. И к моей дочери больше даже не приближайтесь. Иначе я снова обращаюсь в полицию, но вряд ли это закончится для вас так же просто, как в прошлый раз, — Сэм попытался закрыть дверь. Нет, снова Уоллис помешал.
— Видно, вы полностью уверены в своей правоте, да? — прищурившись, с интересом вновь оглядев Сэма, произнес Чак чуть тише.
— То же самое могу сказать о вас.
— Вполне. Мне только одно непонятно — почему ваше имя кажется мне таким знакомым.
— Мало ли на свете людей с именем Сэм и фамилией Райт? Не думаю. Да и я все-таки актер, возможно, мое имя вы в этом контексте и слышали.
— Да, актер… — снова взгляд детектива будто застыл на нем. — Значит, вы и обучаете свою приемную дочь актерскому мастерству?
— В целом — да. Но и школьный драматический кружок имеет свое влияние. А что, вы тоже поучиться хотите?
После этого Чак слегка отошел, выпрямился, да и вид у него почему-то стал более довольный.
— Ясно, — кратко произнес он, а затем развернулся и не сильно торопясь пошел обратно по коридору, к выходу.
— Хорошего вечера вам, — вслед тому произнес Сэм, что по интонации скорее напоминало «да пошел ты». Детектив не ответил, разве что слегка оглянулся.
Джесс еще долго бродила по тому закутку возле театра из стороны в сторону, думая, что делать, как поступить и как наконец избавиться от Уоллиса. Если уж не получается просто отстранить его от дела и при этом никак ему не навредив, то, похоже, остается только лишь вредить… Во всяком случае других вариантов Джесс уже действительно не видела. Да и не хотелось придумывать что-то еще. Она слишком устала от этого назойливого и ужасно упертого детектива. Да и снова кошмары с ним начали сниться. Даже поспать нормально не выходит.
Джесс ждала Сэма. Но не знала, сколько еще придется ждать. Десять минут? А может, всего две-три? Час? Двадцать минут, или еще пару часов, пока Уоллис не проведет полный допрос? Ждала для того, чтобы попросту уехать домой и хоть немного почувствовать себя в безопасности. Но кто знает, сколько еще ждать…
Бродить по закоулку надоело, и Джесс решила выйти на основную улицу. Да и все равно находилась она буквально прямо напротив входа в театр, от кого прятаться на таком-то месте?.. Хотя, из-за стоящих у выезда машин ее вряд ли было бы видно… Но все равно хочется пройти куда-нибудь еще.
Но буквально в тот же самый момент, когда Джесс решила наконец выйти с этой узкой длинной улицы, из дверей театра вышел Уоллис. Джесс тут же пригнулась, спряталась за очередной машиной. Стала наблюдать за детективом, куда он пойдет. И почти сразу он подошел к стоящему недалеко от входа автомобилю; Джесс напряглась, чтобы рассмотреть его номер и марку. А как разглядела — шепотом проговорила несколько раз, провожая уезжающую машину тревожным взглядом. И затем записала эти данные в телефон. Наконец облегченно вздохнув, поспешила обратно в театр, к Сэму.
Однако они почти сразу встретились. Сэм, застегивая пальто на ходу, быстро шел по длинному коридору от гримерки к выходу. Там же встретил Джесс и без лишних слов, прихватив ее за плечо, повел за собой.
Со стороны они выглядели немного странно — оба будто куда-то сильно спешили. Сэм даже не со всеми попрощался, а Джесс только сильнее нервничала из-за такого его поведения.
Наконец машина, а не какое-нибудь помещение в театре. Теперь-то можно все обсудить. Никто не слышит, лишних глаз со стороны тоже нет.
— Что произошло? О чем вы говорили? — спросила Джесс далеко не сразу. Только когда автомобиль сдвинулся с места и от входа в театр они наконец отъехали.
— Слишком много подозревает, зараза. Настолько много, что почти все сходится… — пробубнил Сэм так, будто говорил не Джесс, а самому себе.
— Что делать будем?..
Сэм вздохнул. Тяжело, так, будто собирался сказать что-то очень неутешительное. После вздоха он не продолжил говорить. Джесс напряглась, внутри будто все только сильнее сжалось.
— Разбираться с этим всем будем, — тяжело ответил Сэм.
Наконец они приехали домой. Стало немного спокойнее. Сэм заварил хороший чай, налил немного Джесс, хоть она и закрылась в комнате и утверждала, что не хочет, и принес ей, а сам ушел обратно на кухню.
Однако спустя буквально пару минут Джесс также пришла со своим чаем. Села за стол, поставила кружку. Подняла глаза на Сэма.
— Я узнала номер и марку машины Уоллиса, — вдруг с едва заметной улыбкой произнесла она. — Можно попросить Майло что-нибудь узнать по этим данным о нем? Например, где он живет? И потом как-нибудь избавиться от него? — в глазах Джесс будто показались проблески надежды на возможность решить эту проблему.
— Избавиться? Ты понимаешь, о чем говоришь? — Сэм, похоже, не был так рад этому.
— А что еще остается делать? Он не отстанет. А так рано или поздно докопается до правды. Его нужно просто убрать.
— Ты же понимаешь, что ты — его единственная подозреваемая. У него уже есть всякие наводки на тебя; в полиции об этом знают. Все знают, что он очень упорно копает под тебя. И если вдруг Уоллис умрет или просто исчезнет, это будет серьезной причиной снова обратить на тебя внимание. Только уже за дело возьмется полиция и отвертеться будет куда сложнее.
— Да, я прекрасно понимаю это. Но ведь можно же как-то так сделать, что это не будет выглядеть подозрительно?
— И какие у тебя идеи? В твоем положении это в любом случае вызовет очень много подозрения.
— Знаю… Значит, нужно последить за Уоллисом и выяснить, как можно было бы от него избавиться.
— Нет. Даже не думай. Во всяком случае сама ничего не делай. Если он тебя заметит — обязательно что-то предпримет.
Джесс промолчала.
— Эй, ты меня услышала? — слегка подавшись вперед строго спросил Сэм.
— Угу.
— Сейчас одно неверное действие — и все… Уоллис слишком близко подобрался к нам. Он и меня подозревает уже. Хотя наверняка едва ли не сразу начал.
— Что ты подразумеваешь под «неверным действием»?
— Все. Что угодно. Просто не приближайся к нему сейчас. Пожалуйста.
— Х…Хорошо…
Так как к этому моменту уже был поздний вечер, а после стольких переживаний Джесс всерьез устала, после разговора на кухне за чашкой чая она почти сразу ушла ложиться спать. Но уснула далеко не скоро (впрочем, как всегда).
Однако Сэм, похоже, подумал обратное — спустя примерно полчаса он позвонил Майло, не сильно задумываясь о том, что их разговор может услышать Джесс. Сэм также обозначил номер и марку машины Уоллиса, которые ему назвала Джесс за чаем. А сейчас решил договориться с Майло о том, о чем его спрашивала девушка — может ли тот разузнать о детективе хоть что-нибудь, используя эту информацию. Конечно Майло согласился, судя по речи Сэма. Слышать это Джесс была очень рада. Может быть, скоро это наконец закончится?..