Однако Уоллису быстро надоело, в особенности выслушивать возмущенные слова Тома о том, что тот хочет спать. Потому всего через час обсуждений Чак забрал ноутбук друга и на кухне уселся смотреть сериал, который уже обзавелся тремя новыми сериями, пока детектив был занят работой.
А потом еще один… И еще. Так по итогу Чак просидел часов до пяти утра, а уснул потом в кресле рядом с диваном, в котором мирно (слава всем богам) спал Генри.
На утро же, часов примерно в восемь, Чак проснулся от какого-то шума с кухни. Обычно, так всегда и бывает — Том стабильно просыпается в этом время и почти всегда будит Чака, который спит очень чутко.
—… Проверь, не помер ли твой «источник информации», — предложил тот, пока доставал из холодильника все, чтобы сделать яичницу с ветчиной.
Чак бросил взгляд на еще спящего Генри, который, однако, утопая лицом в подушке, лежал вдобавок закрывшись руками. И правда, это заставляло немного побеспокоиться. Потому Уоллис слегка толкнул его в плечо, а затем, прихватив, немного потряс.
Парень что-то глухо пробурчал сквозь подушку и только сильнее закрылся руками, отвернувшись к спинке дивана.
— Да живой вроде, — усмехнулся Чак.
— Мда, и то хорошо…
Снова Чак толкнул Генри в плечо, только уже заметно сильнее. И опять парень что-то пробормотал, но более громко и возмущенно, а потом быстро поднял голову.
—… Да блять дай посп… Оу, здрасьте, — и как только Генри увидел сидящего рядом Уоллиса, он тут же неловко улыбнулся.
Чак лишь бросил на него взгляд, в котором хорошо читалось презрение.
— Что я тут делаю? Наверняка эта ночь была веселой, да? — с усмешкой спросил парень, глядя на Чака; при этом вставать он вовсе не торопился. — Иначе зачем я тут, у вас дома?
— О боже, можно я сделаю вид, что я этого не слышал? — практически выкрикнул Том.
— А это кто? — однако интерес заставил парня встать и взглянуть назад — на кухню, где Том готовил яичницу.
— Мой друг и напарник, — кратко пояснил Чак.
-…Как будто мне не хватало одного полудурка, который заваливается в квартиру посреди ночи и шумит тут до утра! Нет, надо было еще бухого подростка притащить… — бубнил тот. Завтрак готов, и потому Том постарался поскорее забрать свою порцию яичницы, а также кружку на этот раз с чаем и уйти вновь наверх.
—… И по совместительству вечно недовольный и бубнящий дед, — добавил Чак.
— Будешь выпендриваться — всю сковородку с едой заберу, — с этими словами Том скрылся на втором этаже.
— Вы похожи на давно женатую пару… — заметил Генри.
— Угомони свои фантазии, пацан, — резко остановил его Чак.
Тот рассмеялся. И наконец поднявшись с дивана, потянулся, наклонился пару раз влево-вправо, в общем, размялся.
— Фух, даже башка не болит. Удивительно.
— Мне интересно, с чего ты так напился, — Чак так же встал с кресла, но сразу же подошел к своей доске и прикрепил одну из бумаг, с которой поработал вместе с Томом ночью.
— Ну, я хотел извиниться перед своим парнем за хреновое поведение: купил вино, цветы, а он меня даже в прихожую не пустил. Ну, не пропадать же вину… — Генри же ушел на кухню и с интересом стал поглядывать на оставшуюся яичницу, а также на печенье в пакете, стоящее рядом. И, видимо, не посчитав обязательным спросить разрешение, взял весь пакет и пока вытащил только пару штук и тут же съел.
— Вряд ли с одного вина ты так напился…
— И все-таки что я тут делаю? И почему вообще тут? — парень беззаботно уминал печенье одно за другим.
— Ну, оставлять тебя и дальше драться с картонной рекламной фигурой человека у магазина было бы еще хуже. И поставь пакет на место. Сейчас же! Это мое печенье.
— Я дрался с картонкой?.. — от этой информации Генри заметно удивился. — Я победил?
— Думаю, там была ничья.
— Вот черт.
— Нож у тебя? — наконец спросил Чак с напором, так, будто сам уже давно ждал возможности задать этот вопрос.
— А! Да, да, — Генри полез во внутренний карман своей куртки. Стал искать там нож.
Чак на это мгновение замер, немного забеспокоился, ведь, по его мнению, парень искал нож в кармане дольше, чем это должно было бы длиться.
— Так… — пробубнил Генри. — И… Где он?
— Ты потерял его?! — слегка повысил голос Чак. Серьезно, он очень переживал.
— Не, не… Ага, нашел. Вот, — наконец-то из другого кармана парень вытащил завернутый в салфетку складной нож Джесс.
Уоллис облегченно выдохнул.
— Я ж не дебил, чтоб терять такое, — Генри же, казалось, был даже оскорблен такой реакцией Чака.
Уоллис забрал у него такую важную улику, развернул салфетку, осмотрел нож сначала в сложенном виде, стараясь при этом держать его так же в салфетке и голыми руками не трогать. А потом и раскрыл его и внимательно рассмотрел лезвие.
— Как я рад, что от тебя есть толк, — Чак подошел к другому краю своей доски. Туда, где была вся информация касательно травм всех жертв. Обратил внимание на ножевые ранения. Максимальная глубина — десять сантиметров. Линейкой, лежащей на столе среди кучи другой канцелярии, детектив замерил длину лезвия, хотя и визуально можно было прикинуть его размер.
Ровно десять сантиметров.
— Что, тот? — спросил Генри. На его лице постепенно появилась ухмылка.
— Очень похоже на то… Но, конечно, было бы просто отлично, если б ты все-таки не трогал и не чистил его сам. Так у нас бы остались прямые наводки на девчонку, так как на ноже сохранились бы ее отпечатки пальцев и другие немаловажные следы. А так будет сложновато доказать то, что это ее нож.
— Ну… Это была не та ситуация, в которой я мог бы сохранить ее отпечатки, — пробубнил Генри.
— Вот поэтому я просил тебя не отбирать, а незаметно стащить у нее этот нож! — Чак положил его на стол, а сам ушел в другую часть зала, к комоду, и из одного из ящиков достал пакет, в который, вернувшись, положил нож. — Да и откуда мне знать, вдруг это ты свой принес, а выдал за ее.
— Хотите я свои ножи покажу? Я бы такой ни за что не взял себе! Хрень какая-то, а не нож! — снова парень возмутился так, будто его оскорбили.
— Ну… Кстати да. Максимально простой, без каких-либо интересных подробностей, не фирменный… Будто он специально такой, чтобы нельзя было по нему определить что-нибудь, — подняв пакет, Чак рассматривал улику со всех сторон. — Для неопытного убийцы довольно умно. Либо же кто-то дал ей этот нож. И я все-таки подозреваю ее приемного отца. Но, в таком случае, зачем ему это?
— О, вы про Райта?.. Мда, жуткий тип, хотя, вроде, нормальный.
— Ты что-то знаешь о нем? — с интересом Чак взглянул на Генри.
— Да ничего я не знаю. Актер в театре Гудмана. Его родная дочь раньше тоже училась со мной в одной школе, но они с матерью в аварии погибли лет восемь назад. А потом эта Джесс появилась. Он ее шесть лет назад удочерил, с Австралии привез. Родители Джесс, кажется, были убиты. Черт знает, почему она сама не сдохла, ведь она тогда с ними была… Это мне Сай рассказал.
— Кто это?
— Я же говорил — тот парень, который мне нравится, и с которым тусуется Джесс.
— Уж лучше так говори, чем имена называть. Я все равно не запомню.
— Серьезно?..
—… Значит, тот пацан многое о ней знает… — снова будто абстрагировавшись от всего и всех Чак уставился на доску. — Нет, надо найти его и поговорить.
— Ну… Только… Жестко с ним не надо, ладно? Он легко идет на контакт, так что не надо на него давить. А то он чувствительный очень.
— С Австралии… А что он там забыл?.. И как Райт вообще ее нашел?.. Хм, интересно, — теперь Чак взял свою записную книжку, открыл страницы с записями о предполагаемой мотивации убийцы. — Родители убиты? Ох как все хорошо складывается, — довольный, Чак уселся на диван, пролистав еще пару страниц к другим записям.