Однако отвести девушку домой ему удалось, хоть и с трудом.
— Я не хотела этого делать!.. Я не специально!.. Это… было… Неосознанно, — оправдывалась Джесс, сидя на диване в зале и крепко прижимая к себе подушку.
— Не знаю, что это было и почему ты так поступила, но сделала ты это зря… — Сэм стоял у кухонной тумбы, на которой лежала аптечка; свою рану он уже успел обработать, а сейчас просто бинтовал. Джесс же пришлось выпить успокоительное, так как около часа она никак не могла отойти от истерики. — Нда, и как мне теперь играть… — вновь бросив взгляд на забинтованную руку, недовольно пробубнил он.
— Я даже не контролировала себя в этот момент… Сэм, ты мне веришь? Пожалуйста, скажи, что веришь! Черт, мне ужасно страшно…
— Надо бы тебя мозгоправам показать, — вдруг строго и отчасти холодно заявил Сэм. Аптечку он закрыл и убрал в шкафчик над кухонной тумбой.
— Что?.. — с отчаянием спросила Джесс, с таким же выражением глаз взглянув на приемного отца. — Что ты имеешь в виду?..
— Я имею в виду то, что в этом нужно разбираться, — Сэм прошел к дивану и сел рядом с девушкой. — Думаешь, я не замечаю, что в последнее время ты какая-то… Не такая. Не знаю, как сказать, что явно с тобой что-то не так, а ты не говоришь, что.
Джесс молча смотрела ему в глаза, совершенно не представляя, что сказать в свое оправдание на этот раз. Да, с ней определенно что-то «не так».
— Думаешь, у меня крыша поехала? — прошептала она все так же не сводят глаз с Сэма.
— Не знаю, я не специалист в этом. Но пара бесед с ними тебе явно не помешают. А сейчас постарайся успокоиться несмотря ни на что.
— Но… Что нам теперь делать с тем человеком?.. И кто это был? — голос Джесс снова сильно задрожал, также как и ее руки.
Сэм объяснил, что это был за человек и что он сам должен был его убить, но это сделала Джесс. Много они не потеряли, однако такое состояние девушки серьезно тревожит Сэма.
Спустя еще какое-то время Джесс успокоилась. Даже слишком: она стала словно неживой и безэмоциональной, медленной и с блуждающим взглядом. Вялость, абсолютная слабость и нежелание даже встать с кровати полностью окутали ее. Впрочем, сейчас уже четвёртый час ночи, так что это может быть связано с обыкновенной усталостью, к которой добавилось нервное истощение.
— Ты же не отдашь меня в психушку, верно?..
— Это зависит не от меня. Но если придется — лучше будет поступить именно так, как скажут врачи. Я не хочу, чтобы ты страдала от каких-либо проблем, поэтому…
—… Да, надо лечиться, — подхватила Джесс. — Но… Будет ли это иметь смысл?..
— Постарайся не думать об этом сейчас. Тебе надо поспать, — Сэм погладил ее по голове, затем поцеловал в лоб. — Просто поспи.
Джесс уснула довольно быстро, но отдохнуть не удалось — всю ночь мучили разные кошмары, отчего сон вечно прерывался и начинался снова. После очередного пробуждения девушка уже не могла понять — реальность ли это или сон.
На следующий же день Сэм отвел Джесс к знакомому психологу. И после довольно продолжительного разговора с девушкой тот однозначно сказал, что проблемы есть, и уже серьезные.
========== 14 часть. ==========
—… Как самочувствие сегодня? — спокойным, низким и оттого, казалось, вибрирующим голосом учтиво спрашивал психиатр.
— Как обычно… — уныло ответила Джесс, взгляд который не поднимался выше стола и в редком случае вообще перемещался куда-то с одной точки. — Вялость… Слабость… Хочется спать, никакого аппетита, никакого терпения и вечная нервозность. Все как обычно, — повторила она чуть размереннее. — Уже прошел месяц. Это нормально, что я не чувствую улучшений после приема таблеток спустя столько времени?
— Антидепрессанты не работают так быстро, но через пару недель тебе должно полегчать, — уже седовласый и белобородый, но еще молодой на лицо мужчина записал что-то в свой журнал. Джесс всегда интересует, что он там пишет. Однако интерес пропадает быстрее, чем она решается спросить, что же он записал.
— Через пару недель — школа… Как бы все только хуже не стало.
— Мы этого не допустим, — мужчина закрыл журнал, отложил ручку и поправил очки, сдержанно улыбнувшись девушке. — Просто не переставай принимать таблетки. И всегда следи за своим состоянием. Постарайся наладить контакт с друзьями, или, может, пообщаться с кем-то новым. Это будет полезно для тебя.
— Хорошо, — совсем тихо ответила Джесс лишь сильнее опустив взгляд.
Врач посмотрел на часы, висящие на стене, затем произнес:
— Ну, на сегодня все.
После этих слов Джесс молча встала со стула, прошла к двери и, попрощавшись, вышла.
Каждый раз сеансы заканчиваются этими фразами: «как самочувствие сегодня?» «Что ты чувствуешь?» «Принимай таблетки и скоро тебе станет легче» и все в таком духе. Конечно, прошел лишь месяц, для лечения депрессии это вовсе мало, но каждый день просыпаться с нежеланием что-либо делать, контактировать с кем-то и вовсе подниматься с кровати, просто не видя в этом смысла… Из-за этого кажется, будто прошел не месяц, а год.
По правде говоря, депрессия начала развиваться у Джесс еще после смерти родителей — отсюда же вся та вялость, слезливость и вечное желание спать у маленькой грустной девочки. Но тогда удалось приостановить развитие болезни благодаря хорошему общению Сэма и Майло с Джесс, а также смена гнетущей обстановки на довольно дружелюбную — это важно для детей такого возраста. Однако сейчас простыми душевными разговорами и приятным времяпровождением просто так не отделаешься — все куда серьезнее и усугубляется вечными неприятностями у Джесс.
Однако однозначное объяснение помутнению рассудка и вспышкам агрессии в стрессовых ситуациях найти пока что так и не удалось. Сама Джесс объясняла это особенностями ее дара, либо же «побочными эффектами» от него.
На протяжение этого месяца Люси контактировала с Джесс куда меньше. Обычно из-за того, что все никак не удавалось подгадать момент — теперь, если Джесс оставалась дома, Сэм просил побыть с ней Майло и просто присматривать за ней, так как попытки навредить себе снова вернулись. Оттого же руки Джесс вновь забинтованы, и снова заботится об этом Сэм. Он в принципе очень переживает за девушку, потому старается делать все возможное, чтобы помочь ей. Но это сложнее, чем должно быть: Джесс вечно забывает принимать лекарства, временами даже отказывается, потому как «не видит в этом смысла», а также внезапно может сорваться на Сэма и порой закатывает истерики, после чего вновь впадает в уныние. Но, по словам психиатра, ничего особенного в этом нет — обычные симптомы депрессии.
После сегодняшнего приема у врача Джесс должна зайти в аптеку за новой партией лекарств. Уже вечер, даже немного потемнело, но высокий блестящий район города все еще переливается в лучах вечернего красно-розового солнца, которое, правда, с каждой минутой уходит ниже и ниже за горизонт. К сожалению, к этому врачу Джесс приходится ездить самой, обычно. Первые полторы недели делала это она совершенно без желания, через силу, но позже и на эти поездки ей стало наплевать. Это приобрело автоматический характер.
Раньше такие вечерние прогулки восторгали девушку и заставляли радоваться каждому моменту, проведенному на улице. Сейчас же ей стало все настолько безразлично, что даже такой красивый красный закат ей кажется серым и неинтересным.
Порой Джесс задумывается о том, насколько мощный ее пневматический пистолет и сможет ли он помочь ей с проблемами, если, например, выстрелить не в висок, как обычно это делается, а в глаз. Да, она по-прежнему носит пистолет с собой, так как возможную опасность никто не отменял. Вопрос только в том, станет ли она защищаться или все-таки проверит свои догадки насчет выстрела в глаз.