— Ну, да. Стоит. Врать она не станет.
— Хочешь сказать, мне просто нужно смириться со всем этим дерьмом?
Джесс пожала плечами.
— Не начинать же учить тебя еще и этому делу? — Сэм широко развел руки.
— Ну… Почему нет?..
Зачем Джесс это сказала?.. Она поняла это только потом. Неужели она уже сама приняла эту свою судьбу?.. Похоже, Люси все-таки была права на этот счет. Джесс привыкла. И это стало для нее чем-то обыденным, притом учитывая и не только свои убийства, но и убийства Сэма.
— Ты же понимаешь, что тебя ждет, если ты пойдешь той же дорогой, что и я? — устало спросил Сэм.
— Да уж, я прекрасно это понимаю.
Такое двоякое чувство. С одной стороны все еще хочется сопротивляться, а с другой…
========== 26 часть. ==========
—… Так как все-таки ты стал киллером? — спрашивала Джесс спустя какое-то время после ухода Люси.
Они с Сэмом стояли на балконе. Уже глубокая ночь, все соседи спят. Одни они в этом и соседних домах, кажется, не спят. Потому Джесс не побоялась задать этот вопрос прямо тут.
— Ты все-таки хочешь знать? — проскрипер Сэм, попутно выдыхая клубы дыма от огромной кубинской сигары. После всей этой странной беседы с внезапно явившейся нечистью он чувствовал себя вымотанным и усталым, но спать все равно не хотелось. Похоже, кому-то скоро придется обращаться за помощью в спасении от бессонницы.
— Да, хочу. Ты и так ничего мне не рассказываешь. Хоть я и знаю тебя пять с лишним лет, о себе ты все равно рассказывал слишком мало, — Джесс же стояла рядом, опершись на перила балкона и держа в правой руке кружку с чаем, а левой с неритмичным стуком о ее стеклянные стенки водила ложкой по кругу, размешивая сахар. На столике у стены лежали мягкие вафли.
— Я ничего о себе не рассказывал, потому что всегда боялся, что ты разочаруешься во мне и перестанешь мне доверять. А я и так в жизни потерял слишком много, чтобы лишиться еще и твоего доверия.
— Мне важно то, что происходит сейчас, а не то, что ты делал раньше. Однако мне интересно, очень интересно, как ты стал таким.
Сэм посмеялся, вновь напоминая паровоз, окутанный дымом.
— Моя душа такая же черная, как мои легкие, малая. Но, раз ты просишь… — он стряхнул пепел с сигары, еще раз решил осмотреться и убедиться в том, что никого поблизости нет и все спят. Своих соседей Сэм прекрасно знает — в это время бодрствуют только они с Джесс (хотя учитывая их состояние «бодрствуют» — это сильно сказано).
Джесс улыбнулась, предвкушая долгую интересную историю. Она резво схватила тарелку с вафлями со столика и уселась на раскладной стул, стоящий рядом, скрестив ноги поставив тарелку на скрещенные лодыжки; немного отхлебнула чая.
— У меня были старшая сестра и брат. Сестра — Эни, на двенадцать лет старше меня, а брат — Дэвид, на девять. Это так, к слову, — начал Сэм. Он развернулся к Джесс, облокотившись на перила спиной и уперевшись в них же локтями для поддержки. — После смерти родителей в их уже пожилом возрасте Эни заботилась о нас с братом как только могла: тянула нас в денежном плане и постоянно вытаскивала Дэвида из всяких переделок, в которые эта неусидчивая жопа вечно лезла. И из-за Дэвида у нас частенько были проблемы. Буквально сразу после смерти родителей он пошел в отрыв: азартные игры, всякие авантюры, зачастую незаконные, мелкие грабежи и все остальное. Из-за этого он нажил себе кучу врагов, а также долгов после неудачных партий в покер, — Сэм говорил это с явным осуждением и недовольством, показывая всем своим видом, что он был полностью не согласен с братом.
— Забавно, что ты и сам частенько играешь в покер, — заметила Джесс.
— Он играл плохо, просто отвратительно! — эмоционально ответил Сэм, вскинув руками, но позже вернув праву обратно к лицу; снова он зажал сигару в зубах. — А я играю хорошо.
Джесс посмеялась.
— И из-за своих умопомрачительно плохих партий в покер Дэвид однажды серьезно задолжал, а своих денег у него не было. Зато Эни зарабатывала, корячилась как только могла, лишь бы помогать нам и обеспечивать себя. И из-за этого, наверняка, вскоре сильно заболела. Постоянная усталость, стресс из-за брата-раздолбая, да и в принципе ее слабое здоровье тогда совсем стало сдавать. Она копила деньги на лекарства и лечение. А этот мудак забрал сбережения и отдал их, чтобы покрыть свой долг! — рассказывая это, Сэм разозлился. Однако он конечно контролировал себя — как-никак соседи спят. — Но знаешь, что?
— М? Что? — Джесс была полностью вовлечена в рассказ Сэма.
— За кучу других долгов и всяких его косяков его просто грохнули! Слишком уж многим Дэвид не нравился. И не просто так, знаешь…
— Нда, заметно.
— И в итоге Эни осталась без денег на лечение, а вся эта дрянь с братом только подливала масла в огонь. Я тогда еще не играл в театре, а лишь тусовался со всякими мелкими труппами где придется, и постоянного дохода толком не было. Потому поддержать сестру было сложно. В какой-то момент мы с ней совсем отчаялись. И именно тогда явился какой-то дружок Дэвида, который знал о нашей проблеме и предложил мне неплохо заработать. Думаю, ты уже понимаешь, к чему идет история.
— Этот тип предложил тебе какую-то незаконную хрень, да? — подхватила Джесс. Сэм кивнул головой. — Уу, прямо как в каком-нибудь нуарном детективе.
— «Этот тип» пообещал мне неплохо заплатить за то, что я избавлюсь от одного его неприятеля. Подробности рассказывать не буду, тебе это неинтересно. Неинтересно же?
— Не.
— Отлично. Короче, тот хотел, чтобы я сделал грязную работу за него. Выбора у меня особо не было — Эни становилось только хуже, а денег так и не прибавилось.
— И ты согласился.
— И я, мать его за ногу, согласился на предложение! Я всегда хорошо стрелял — научил отец, который был солдатом и пришел с войны. Потому проблем особо не возникало. На тот момент.
— На тот?..
— Этот сукин сын отдал мне от силы половину суммы, а потом попросту куда-то исчез. Но я все равно отдал хотя бы эти деньги сестре, а сам, дурак, пошел искать того дурака. И нашел.
— И отомстил?
— А то!.. Вот только новости расходятся быстро, особенно среди мерзких людей: об этой истории узнали еще несколько человек. Узнали о том, как я расправился с одним, потом отомстил другому, и все чисто и без привлечения лишнего внимания. В кругах, в которых водился Дэвид — все это были его дружки — такая чистота исполнения и осторожность были редкостью, но редкостью востребованной.
— И тебе стали предлагать другие убийства?.. — спросила Джесс, нахмурив брови.
— Именно. Черт знает, почему эти ребята так все на меня накинулись, думая, что я наемник. Говорю же — слухи. Страшная вещь, ужасная!.. Никуда от них не деться. В общем, предложения посыпались одно за другим. Денег тогда все равно не особо хватало, да и Эни нужное было долечиваться… Я приносил ей деньги, а она лишь с непониманием смотрела на меня и спрашивала, откуда они. Говорил, что нашел новую труппу, с которой участвую во всяких представлениях. Сейчас-то понимаю, что она не верила мне… И вот денег на ее лечение стало полностью хватать, даже с запасом. Но снова и снова появлялись люди, которые хотели избавиться от других людей. Мы с Эни уже почти ни в чем не нуждались, а я все равно убивал и убивал. И всех без разбору. Главное — платят, а за кого — уже неважно. Я мог этого не делать, тем более спустя некоторое время я все-таки пришел в этот свой театр и уже начал работать там. Я мог остановиться и довольствоваться заработками с театра. Но хотелось больше, — снова стряхнув пепел с сигары, Сэм ненадолго замолчал. Но позже продолжил. —… А потом стали обращаться из других городов, а потом даже из стран. Да я был популярен, черт бы меня тогда побрал! Удивительно, что обо мне не знали копы и почти никто моими делами не интересовался.