Но не сегодня. Ведь ранним утром стало известно о новом убийстве в Лейквью. И заявление от человека, нашедшего тело, поступило именно в это отделение, так как оно и находится в этом районе. Вполне логично.
И буквально сразу же после известия о новом убийстве в участок примчался Уоллис, чтобы как можно раньше изучить место преступления.
— Наконец-то! Боже, наконец-то что-то новое! Со скуки, думал, помру, но нет, свершилось! — с этими радостными возгласами на весь зал Уоллис буквально пробежал от входных дверей к кабинету местного следователя, который вот-вот собирался поехать на место недавнего убийства. А за Чаком волочился как обычно чем-нибудь недовольный Том, зевая и попивая кофе.
— Чему это он так радуется? Человека ж убили, — не понимали здешние полицейские.
Том лишь пожал плечами, снова зевнул.
— С прибабахом он немного, не обращайте внимания, — сонно ответил он.
Иронично выходит: обычно Чак едва живой ходит утром, а приходит в себя разве что только после обеда, не Том. Но не сейчас. Ведь снова появилась работа, как тут можно спать?
Пока Том дошел до кабинета следователя, Чак уже успел обо всем договориться и выйти обратно в коридор, потом еще куда-то, успел проговорить с кем-то не менее важным, и снова выбежать на улицу. Тому только оставалось плестись за ним то туда то обратно. Однако Уоллис наконец договорился со всеми, с кем должен был и, вновь усевшись в машину и дождавшись там Тома, он поехал следом за полицией, чей автомобиль был впереди и вел к новому месту убийства.
И вот та подворотня, то место, которое уже оцепили и отовсюду отгоняют любопытных прохожих. Поблизости стоит еще одна полицейская машина, а рядом с телом уже возятся копы и делают фотографии, ища что-либо примечательное.
Чак, пробираясь сквозь большое количество собравшихся зевак, уже издалека разглядывал труп. Со стороны Уоллис действительно казался довольным и даже радостным, а увидев его взгляд можно было бы подумать, что детектив смотрит вовсе не на труп, а, например, на какой-нибудь очень желанный и долгожданный подарок. Нет, неверное, Чак так и воспринимает все это.
Труп лежал на спине, раскинув руки так, будто кто-то напоследок откинул их от туловища в стороны. Тем самым давая увидеть во всей красе множественные ножевые ранения в области груди и живота. А на шее синим фонарем красовался синяк. Похоже, от крепкого сжатия. На эти самые явные травмы все полицейские сразу же обратили внимание. Но теперь явился Уоллис, который будет копаться с мелочами.
—… А вот это уже явно не́ самооборона, это совершенно очевидно. Чистое нападение! Причем такое внезапное, удивительно… — присев на одно колено перед телом и вблизи разглядывая его и землю вокруг, проговорил Чак.
— Что тут удивительного? Обычное нападение, — беззаботно проронил один из стоящих рядом копов.
— Удивительно, что это такой резкий переход от защиты к нападению со стороны нашего молодого убийцы, — уточнил Чак. Теперь он встал, еще раз взглянул на всю эту картину с высоты своего роста, затем окинул взглядом всю окружающую площадку.
— Может, это был кто-то другой, а не тот убийца, за которым ты гоняешься? — предположил Том. Он подошел поближе, но к трупу подходить не стал — не любит он их.
— Да нет, я вижу общие черты. К примеру, сила ударов и глубина ран, по-моему, примерно одинаковые, что в данном случае, что в прошлых убийствах, где жертвы были заколоты ножом. Нужно уточнить еще, конечно. Но я больше чем уверен, что здесь удары были нанесены даже тем же ножом, — снова Чак приблизился к трупу и указал на обилие ран.
— Да, да, я понял… — смотреть на это все Том не особо хотел, потому отвел взгляд.
— Но почему это вдруг такая резкая перемена в поведении?.. Ну, хотя, прошло достаточно времени, чтобы элементарно только сильнее обнаглеть и начать нападать первым, — Уоллис ушел в сторону, осматривать этот переулок. Камер видеонаблюдения тут нет, да и поблизости тоже. Потому надеяться на какие-то видеозаписи не приходится. Но Чак и без них обойдется.
Стоя почти в конце этого переулка и глядя оттуда на труп, он застыл в раздумьях. Снова на ум приходила та странноватая мрачная девчонка, которую он некогда подвозил до дома. Почему-то она не давала ему покоя. Интуиция? О да, у Уоллиса она прекрасная, только вот прислушиваться к ней он не очень любит, особенно когда нет никаких фактов хоть немного подтверждающих его догадки. Но нужно найти какие-нибудь улики. Потому он вернулся к телу и снова начал осматривать его.
Однако ничего интересного Уоллис не нашел и наконец решил поговорить и с толпой людей, образовавшейся рядом. Все-таки эти люди живут тут и вполне возможно, что кто-нибудь да может рассказать что-то полезное.
Сначала он спросил всех, видели ли люди кого-нибудь вчера вечером или ночью, кто вел себя как-то подозрительно. Для начала. Большинство тут же отсеялись, так как сюда их притянул лишь интерес. Но из оставшихся одна женщина рассказала, что в окно видела, как какая-то девушка судорожно оглядывалась и блуждала по улице так, будто не знала куда пойти.
— Можете описать, как она примерно выглядела? — спросил Чак, готовясь внимательно слушать.
— Было темно, да с третьего этажа не очень хорошо видно, но вроде у нее были темные волосы, роста среднего, по телосложению ничего не могу сказать — на ней была достаточно объемная куртка, по-моему, джинсовая, светлая…
Чак слушал и мысленно соглашался со всем сказанным. Он ждал того, что кто-то буквально начнет описывать его подозреваемую. Однако он по-прежнему не мог достаточно понятно обосновать свои подозрения. Просто предчувствие, просто что-то необъяснимое.
— По-моему, я еще как-то раз видела ее в аптеке в другом конце района, она антидепрессанты, кажется, покупала, — добавила женщина.
— Можете уточнить адрес аптеки, где вы ее видели? — попросил Уоллис, из внутреннего кармана ветровки вытащил блокнот с черной ручкой.
— Ей с виду лет пятнадцать было, вряд ли стоит обращать внимание на ребенка, — неуверенно продолжала та.
— Адрес. Пожалуйста.
Выпытав все-таки у этой женщины точное местоположение той аптеки, оставалось лишь удивляться и постепенно убеждаться в своей правоте. Ведь это была аптека, совсем рядом с которой пару месяцев назад произошло еще одно убийство. И буквально там же Уоллис впервые и увидел ту девчонку. Потому он сразу же поехал туда, чтобы узнать что-нибудь еще и там.
—… Да, приходит сюда периодически такая девушка: высокая, черноволосая, да-да. Всегда такая уставшая, зашуганная. Ну хотя ничего необычного — депрессия же. Вот антидепрессанты с успокоительным и еще чем покупает, — безмятежно говорила фармацевт. — А зачем вы спрашиваете?
— Это необходимо для расследования, — сухо ответил Уоллис. Даже немного раздраженно. Как будто эта аптекарь не поняла, что он сюда пришел явно не за лекарствами и не для сплетен — не для этого представляются детективом. В общем, подобные вопросы его раздражают. — Что еще вы можете сказать об этой девушке?
— Да ничего больше. Она лишь приходила за этими лекарствами, и ничего больше никогда не рассказывала.
Чак также скупо поблагодарил аптекаря за предоставленную информацию и удалился.
— Надо найти ту девчонку… Надо найти, — говорил будто сам себе Чак, сидя за столиком в местной забегаловке и тыча вилкой небольшое пирожное. Напротив сидел довольный Том с большим гамбургером и колой.
— Может, успокоишься хоть ненадолго и поешь? Что-нибудь нормальное. Ну или хотя бы дай поесть мне.
— Думаю, надо отправиться к ее школе, подождать там. Сколько сейчас времени?
— Почти два часа. Лучшее время для обеда бе́з обсуждения расследования, тебе не кажется?