— О, как интересно… — как же эта информация порадовала Уоллиса! Записывая в блокнот слова «родители убиты» он сдержанно улыбался. Этот факт прекрасно вязался с его предположением о том, что убийца выбирает своих жертв исходя из желания мести. Но это по-прежнему остается лишь сырым предположением.
—… Почему вы улыбаетесь? — удивился Алекс.
— Люблю получать ценную информацию, — Чак лишь слегка развел руки, будто его поведение — само собой разумеющееся. — Депрессия — это как последствие смерти родителей? Или были какие-то другие причины?
— Джесс рассказывала, что на нее несколько раз нападали всякие извращенцы и грабители, но она сама цела была, все обходилось. Тем не менее это сильно отразилось на нее состоянии.
Снова Чак слегка улыбнулся. Еще одно прекрасное подтверждение его теории. Он лишь сильнее убеждался в своей правоте. Но в этот раз Уоллис постарался поскорее избавиться от улыбки, чтобы не смущать парня.
— Еще вопрос, — Чак убрал блокнот с ручкой во внутренний карман куртки. — Твоя подруга получала какие-нибудь травмы ног в течение последних двух лет? — больно уж хотелось ему убедиться еще в одной детали. Любит он их.
— Да нет, ничего серьёзного. Ушиб только сильный был однажды, левая нога, примерно год назад. С лестницы упала, когда мы гуляли. Долго еще хромала потом, да и сейчас немного прихрамывает, если ногу сильно напряжет. Но так никаких больше проблем нет.
— Хорошо… Сколько ей лет?
— На следующей неделе шестнадцать исполняется.
— Мм, молода, юна, — усмехнулся Чак. — Прекрасно. Значит, еще несовершеннолетняя… Раз у нее нет родителей, то с кем она проживает? С другими родственниками?
— С приемным отцом.
— А его как звать? — снова Чак достал блокнот, готовясь записать еще одно имя.
— Сэм Райт.
Уоллис застыл на какое-то мгновение. Он уже знает это имя. Слышал во всяком случае.
— Что-то не так? — напрягся Алекс.
— Нет, все нормально… Знакомое имя, уже где-то слышал, — Чак уставился в одну точку непонятно где, пытался понять, почему он слышал об этом человеке.
— А, ну да, он актер. В театре Гудмана играет, его многие у нас тут знают. Хороший человек. Своеобразный, правда, как и все актеры, наверное, но он очень хороший. О Джесс очень сильно заботится, любит как родную.
— Да, да, точно… Актер… — не из-за этого Чак слышал о нем. Какая-то другая причина, интересующая его больше, чем театр. — Что ж, — на этом Уоллис решил закончить. Он чувствовал, что этот парень вряд ли расскажет ему еще что-нибудь полезное. Потому вновь убрал записную книжку. — Спасибо за предоставленное время, ты мне очень помог, — Уоллис положил на стол, рядом с кассой, деньги за заказ.
— О, тут немного лишнего.
— Это за помощь. Да и чизкейки у вас превосходные, отдельной похвалы стоят, — улыбнулся Уоллис. — Хорошего дня, — затем прошел к выходу, не выслушав ответного прощания от парня.
Едва выйдя из магазина, Чак поспешил набрать номер телефона Тома, чтобы похвастаться полученной информацией.
— Том, покупай ром и лучшие пирожные, у меня праздник! — гордо заявил Уоллис.
========== 33 часть. ==========
Урок. Химия. Наверное, было бы проще не спать на уроке, если бы не было столько ненужной писанины. Да и еще кто-то периодически выходит к доске, решает всякие эти замысловатые уравнения… Скукота да и только.
Потому Джесс едва ли не каждые пять минут останавливала себя в последний момент перед погружением в сон. Еще, казалось, секунда — и все, спать, снова видеть сны.
А сны нынче Джесс снятся странные, даже более странные, чем раньше. Теперь почти любой сон — это сцена какого-то насилия. Драка, воспоминания девушки об убийствах, после которых внезапно появляется полиция, с которой Джесс тоже приходится справляться, или раз за разом повторение всего случившегося в баре месяц назад.
Иногда, просыпаясь, Джесс даже не сразу понимает, где начинается реальность, а где только что прервался неприятный сон. И в том числе поэтому она так не хочет засыпать на уроках. Теперь. Раньше бы только с радостью проспала бы всю химию, математику или географию. Сейчас — боится, что после резкого пробуждения не успеет переключиться с жестокой схватки с неким врагом на заурядные учебные будни.
Наконец звонок. Этот звук будто работает переключателем самочувствия девушки. Зазвенел - и все, сонливость как рукой сняло.
— Тебе все еще снятся те кошмары? — тихо спросил Сай, подойдя к Джесс на перемене. — Про все эти драки, перестрелки…
— Заметно? — уныло продолжала девушка. Парень кивнул головой.
— Ты не говорила об этом с врачом?
— А как я объясню ему то, из-за чего это началось?.. — Джесс тяжело вздохнула, опустила голову. — Но, знаешь, — затем быстро подняла и продолжила с большим позитивом в голосе и интонации. — Сэм говорил, что со следующей недели я буду ходить к другому психиатру, которому смогу рассказать все.
— О, это хорошо! Очень хорошо!
Сай конечно порадовался за Джесс и ее будущую возможность рассказывать все как есть на самом деле. Только вот откуда Сэм знает такого человека? Почему он вообще так спокойно относится ко всем этим «неприятностям» Джесс? Это для парня все еще загадка. Хотя он подозревает о том, что и мистер Райт как-то связан со всем этим.
— Джесс, время, — сказал ей Сай, взглядом указав на часы на стене, что висят в коридоре. Одиннадцать часов.
— Да, точно, спасибо… — снова девушка начала забывать вовремя принимать таблетки. А это плохо сказывается на ее состоянии. Потому теперь Сай взял на себя ответственность — напоминать о своевременном приеме лекарств, если Джесс сама вновь забывает об этом.
Воды с собой у нее не оказалось, придется отойти к фонтанчику. Сай остался ждать у угла — поворот к другому коридору, ведущему к кабинету английского.
Снова будто из неоткуда появилась Полли. Неужели она шла за ними все это время?
— Ты посмотри, ничего сама, без напоминаний, сделать не может, — зашептала она, подошла к Саю и обняла его за руку. — И нужна тебе такая?
— Почему ты снова лезешь куда не надо? — парень тут же отошел, постаравшись освободиться от неприятных объятий Полли.
— Ну, я без боя не сдамся, — снова девушка встала к нему вплотную.
— Просто оставь меня в покое, — наконец Сай слегка отодвинул ее от себя, ушел в сторону. А там и Джесс от фонтанчика отошла и они вместе пошли дальше, к классу.
— Все еще липнет? — негромко спросила Джесс. — Мда, поклонники атакуют со всех сторон.
— Надоела. Как ей дать понять, что я не хочу иметь с ней ничего общего? Теперь…
— Так и скажи.
— Ох… Ну… Это будет как-то грубо с моей стороны, тебе не кажется?
— Нет, не кажется.
— Боже мой, даже Генри не такой назойливый, хотя требует к себе очень много внимания…
— А я? — в шутку, с улыбкой спросила Джесс.
— А с тобой я готов хоть сутками общаться, не надоест.
— Как мило.
После этих слов Сай обнял Джесс, но почему-то это вышло неловко, будто со смущением. Девушка также обняла его, только куда более уверенно.
Снова звонок. Снова скучный урок. Сай так вовсе не любит английский — преподаватель постоянно спрашивает его больше остальных и заставляет оттачивать произношение. А ведь парень так гордится своим явным французским акцентом…
Потом уроки испанского или же французского — у кого что.
Физкультура, которую Сай с Джесс по обычаю пропустили и предпочли провести это время у окна на лестнице.
Обед. В этот раз скучно. Даже не было вафель, мастерство выпекания которых уже некоторое время пытается оттачивать Сай. Зато Джесс угостила его зефиром, который ей в свою очередь утром дал Сэм.