Эрси, похоже, решил разгрузить душу и поведать ворожее, о делах насущных. Но как только он открывал рот, к нему подскакивал кто - то из отряда, переводя стрелки на раздачу приказов, проверку надёжности фургонов и отчётов о пройденном пути.
Похоже он тут за главного. Чувствовала же она, что с этим здоровяком не всё в порядке. Мудрый взгляд в деле простого служивого из стражи - вещь недопустимая. Вон как вол пожирает брюкву и турнепс, брошенные ему в голодную пасть. Вот у него бы поучиться! А так Эрси не смог доиграть роль до конца, ещё и себя чуть не выдал. В чём же? К примеру, то, что священника прикончил - это ладно. Нудность - главнейший из пороков... а священник был её пророком. Ну, хорошо... деда и впрямь жаль. Неплохой святоша был. Но ведь и он едва ли не просёк, что история с Эрси не совсем чистая и не тот за кого себя выдаёт. А где Кастар пропал? Как-то непривычно не видеть его небритой рожи, рядом с собой!
Лунный пузырь надувался руками шаловливых небесных божков, играющих с Сущим от зари времен. Заснеженный Тракт погружался в мистерию, блестя увесистой мошной торгаша в алчном зрении ворья. По обе стороны дороги стелились дикие земли. Уже не степь, но близкая к ней земля. Девушка назвала бы этот регион... ну скажем, Пустошью. Необжитой и неприветливой. Лайре стало интересно. Почему люди верили этим суевериям о грозности проклятого Тракта зимой? В голове пробежала мысль, что шутники из высших кругов решили посмеяться над сиволапыми крестьянами, вроде неё... От этой мысли, ворожея почувствовала презрение к своему происхождению. Мать её родила не в том в месте, где бы хотелось. Ай да ладно... всё исправимо. Она ещё станет, кем хочет!
Тракт не бежал тупой прямой, подобно вытянутой руке, а вилял, скручиваясь в кольца. От того или иного этапа пути - уходили развилки и повороты. Ворожея с удовольствием наблюдала за живописными видами открывшегося таинственного и нового для неё мира. Диковинок и вправду хватало. Её зоркое зрение убивала сгустившаяся темнота, но она вдалеке наблюдала идущие по спирали мохнатые курганы. Всё бы ничего, но на их вершинах царствовали каменные изваяния - истуканы, вытесанные особенно без форм. Но что-то было в их размещении. Пропорциональность, вызывающая удивление! В истуканах не ощущалась дикая энергия или бушующая сила. Они не были и сосудами для вливания силы и не были поставлены для концентрации на магическом действии. Девушка читала о создании так названных концентратов, где в физический предмет переливалась силушка волшебная и потом черпалась из неё, как резерв. Любой мало-мальски матёрый колдун, мог сотворить накопитель. Но эти истуканы были другими... то ли древние пытались так увековечить божков своей эры, то ли пытались запечатлеть своих неудачливых половых партнёров. Гадать можно вечно.
Шутки шутками. Обоз продолжал ползти по намеченному маршруту, а Эрси успел подмигнуть разок другой. Потихоньку всё налаживалось. Вот только на западе, в закатных грёзах всплыли руины чего - то невыносимо архаичного. Там кругом были нагромождения гранитных сооружений, вдыхающих запах истории. Посадки клёнов, весной бы укрывали это капище, где среди камней виднелась обваленная крыша, и то ли статуя, то ли пунктир алтаря или стелы.
Удивило, что никто из отряда даже и не взглянул в ту сторону. Бывшие участники схватки хмуро брели, в большей степени глядя под ноги или перебрасываясь словом - другим. Тяжёлый переход и нелёгкая резня с разбойниками вымотал всех и каждого. Самые храбрые, кто не боялся Проклятья Тракта (или же те, кто больше всего устал) ехали верхом на конях.
Стал пробегать ветерок, суетливый, но безвредный. Вместе с его завываниями, пришли отголоски затяжного пения... словно хор из десятков глоток слитно вёл мотив композиции. Столь печальной, что грусть и лёгкая апатия перебили ужас, поднявший волосы дыбом.
Животные заволновались, наездники едва удерживали поводья. Эрси развернул взбрыкивающего коня и отдал пару команд по преодолению паники. Какие несладкие минуты испытала Лайра... её ягодичные мышцы вопили о спасении, и седло срывалось с лямок. Если бы не мастерство Эрси, то пришла бы пора повторного падения на дорогу.
Наконец равновесие установилось, и буря улеглась. Флегматичные волы как пёрли так и пёрли, подгоняемые погонщиками, а лошади вновь зацокали копытами вперёд.