Желудок девушки сладострастно заурчал и попросил еды. В стендах свисали вязки копчёностей, балык и подчеревки сверкали лоснящимся жиром сала. Близко четверти стендов стояла пустыми. На отциклёванном паркете, покоились вскрытые коробки с аппетитными помидорчиками, брюквой, россыпями фасоли и душистого гороха.
Что за торжество в честь её голода? Лайра обходила ближнюю площадь вдоль и поперёк, успев распробовать всего понемногу. От долгого простоя живот объявил забастовку и урчал. Его пришлось насильно уламывать, запихивая всухомятку, всё что ни попадя. По ходу трапезы она натолкнулась на раскрытую дверцу с сетчатыми кулями, в которых роились чищеные клубни картофеля. Заглянув за нагромождение, она выудила коллекцию бутылей. Пузатые рифлёные посудины, переполнялись жидкостью, и ворожея с благодарностью откушала из каждого понемногу. Немного затхлая, но вода. Питьевая и приятная на вкус. Содрав подтёкшую бумажку, накрученную поверх них, она поставила их на прежнее место.
Из соседней комнаты, послышался перестук и сердитый говор. Серьёзная неожиданность, и девушка метнулась к кровати, походу схватив подлатанный и обновлённый плащ. Впопыхах запахнувшись в него, она посетовала насчёт пропажи посоха и сумки... стоило поторопиться. Куда бы, она не попала, пора было сматываться. Знакомиться с неизвестными хозяевами и одаривать их хлебом - солью за гостеприимство - было как-то нежелательно.
В этой части постройки, ни дверей, ни окон и в помине не было. Однотипные и при этом уютные стенки. Рядышком с кладовой, стоят незамеченный раньше, шифоньер с выдвинутыми ящичками. Судя по нижнему белью, сорочкам, скрупулезно сложенным и упакованным - уже ясным было, кто именно заведует всем этим хозяйством.
Ворожея сделала безмятежное лицо. С женщиной она сумеет договориться. Мелкие, осторожные шажки тишком вывели её к предбаннику, через лестницу из пяти декоративных ступеней. Их, скорее, для образа построили, чем для практического использования. На помосте, красовался облагороженный прилавок, с приструнёнными и пустующими полками. Зачем ставить такую громадину, не используя ее? Прямо супротив витрины, стенку перерезал огромный застеклённый витраж. Обученная грамоте ворожея читала про такие дива, но чтоб взаправду увидать! Что творилось снаружи, видно было плохо - стекло специально закоптили, чтоб не отвлекало, видать. Под прилавком кто-то трогательно чихнул. Только выдержка спасла ворожею, чтоб не мотнуться к спасительному выходу. Источник чихания выдвинулся на простор с тряпкой для протирки пыли. Рыжая, с конопушками, женщина постарше Лайры и довольно уродливая (не без мстительности и удовлетворения отметила Лайра). Она была одета в алое платье с прилегающими контурами. Фигурка у тётки была загляденье. Здесь её ничем не попрекнёшь. Добавляли шику узоры, вышитые по линии груди и ленточки из шелков, на свободно закатанных рукавах. Причёску она убрала под чепчик, из-под которого выбивались две озорные прядки, что лезли на глаза. Пурпурный чепчик попадал под тон наряду. Хотя и в расцвете лет, а пальцы убиты, без маникюра и отделки, с обломанными ногтями.
Женщина, присела на краешек прилавка, поправив полы платья. Усталое раздражение, читалось в каждом её слове: - Решила устроить побег из курятника? Ну, ну... и как успехи, любезная?
Благодарности то благодарностями, но забываться женщине тоже не стоит. Ворожея, стойко перенесла издёвку: - Да так... гуляю, тихонечко. Осматриваюсь, что и как.
- И как тебе мой скромный центр покупок? - Заинтересованно, но с иронией полюбопытствовала женщина.
- Коли вы имеете в виду эту лавку, то обустроена она по-хозяйски. С душой!
Женщина зарделась. Комплимент ей пришёлся по душеньке, и смотрела она уже с большей благосклонностью на гостью: - доброе слово и коту и кошке приятно. Так кто ты такая всё же?
Лайра заученным текстом пояснила. Что её зовут Надин c рыбацкого поселка, беглянка в поисках лучшей доли. Та внимательно выслушала, покачав головой, и оборвав на рассказе: - Вот и ладушки. То-то я заметила твой прононс. Вижу, что исправляешься, но всё же советую обратить внимание на постановку речи. В больших городах, так топорно не говорят.