– Я поняла, – зверюга лежала на полу и смотрела, не мигая, мне в глаза, и это как-то странно действовало на меня. Мои мозги как-то лучше работали, что ли. – Тупой самец не сможет никогда придумать ничего толкового, но вот попасть в безвыходную ситуацию, из которой потом не может выбраться, это у вас получается.
– Спорить не стану насчет интеллекта, хоть и очень хочется, – ответил я.
– Но результаты таковы, что долго не поспоришь. К тому же я признался, что идиот, причем сразу, так что дальнейшие разговоры об этом излишни. А у тебя я вижу свой счет к самцам?
– У меня был самец, – неохотно ответила Мора. – Недавно он погиб. Я
говорила ему, что не стоит подниматься наверх, но он не послушался.
– Наверное, он хотел чем-то помочь тебе, – сказал я. –Мы, самцы, всегда стараемся защитить своих самок, да и заботиться о них, разве не так?
– Так, – неохотно ответила зверюга. – Но он оставил меня одну с малыми детьми в чужом, враждебном мире, и в результате сделал нам всем плохо
– Бывает, – ответил я. – Ты права, иногда мы ведем себя, как идиоты, но обычно это происходит тогда, когда мы пытается защитить вас от опасности. Я вот тоже залез в этот скафандр, чтобы спасти свою самку, и тоже поступил как дурак. Как ты узнала, что мы здесь?
– Когда появилось движение в зале, я подумала, что нормы вернулись, – сказала Мора. – Но оказалось, что это вы с самкой забрались в мои владения. Я впервые увидела ваш вид. Вы очень смешны и неразумны. Твою женщину и забрала, чтобы показать детишкам, а ты в это время забрался в этот большой для себя скафандр и теперь не можешь из него вылезти, словно маленький несмышлёный детеныш.
– Ага, – вздохнул я. – Так и есть. Я же русский, а мы, русы, сначала куда-то лезем и только потом, когда попадаем в неприятности, начинаем думать, стоило ли это делать. Сначала пробуем запустить любую машину методом тыка, и только потом, когда не выходит, лезем в инструкцию, пытаясь понять, чего там разработчики наворотили.
– А ты мне понравился, рус, – улыбнулась зверюга. –Жаль, что там сидишь и не выходишь, а то мы могли бы составить неплохую команду. Редко встречается разумный, который меня слышит и понимает. Удачи тебе.
Мора встала и пошла куда-то по своим делам, уже отойдя туда, где я ее почти не видел, спросила:
– А почему ты не используешь свою силу, рус, чтобы выбраться из скафандра? Она же у тебя есть, иначе ты бы не смог говорить со мной.
И ушла. Круто так. Типа –ты такой умный, но такой дурак. Одним словом–самец! Сила у меня есть. Да у меня нет ничего кроме мрака внутри, а он никогда, ничего хорошего мне не принес. Кстати, может она права, и стоит
попробовать его вызвать? Хуже то все равно не будет. Я начал искать темноту внутри себя. Интересное, я вам скажу занятие, пялишься в себя и пытаешься что-то разглядеть, да только ничего не видишь. Минут через пятнадцать бесплодных попыток я сдался и начал думать о том, что скоро сдохну. И стало мне противно и грустно, да так, что захотелось сдохнуть, причем сразу, нахлынуло, и вся жизнь пронеслась перед глазами. А чего? Жил как дурак, и умру как дурак, и только как-то вот жаль непонятно чего, вроде мог бы что-то и хорошее сделать, а не сделал. Потом такая тоска накатилась, что я буквально почувствовал, как всколыхнулся во мне мрак и начал подниматься, заполняя меня. Через мгновение я уже насквозь пропитался этой чернотой, и когда она начала выплескиваться из меня через глаза, снова заговорил искин:
– Фиксирую неизвестное излучение. Провожу поиск источника. Источника найден. Источник находится внутри оператора. Принимаю решение, использовать энергию источника для проведения аварийного открывания скафандра, основание –приоритет жизни.
А еще через мгновение искин печально заявил.
-Скафандр открыт. Провожу спасательные мероприятия
Пена стала уходить, через пару мгновений она ушла, и я снова завис во внутренностях огромного скафандра, но тут сзади открылась дверка, и я, выпав, через нее, больно ударился о пол. Вместе с этим ударом из меня исчезла чернота, словно ее и не было. А искин грустно заявил:
– Из-за недостатка энергии провожу аварийное отключение. И дальше, чем меня совсем удивил:
– Удачи тебе, человек, помни обо мне.
И чего это он? Нашелся хороший знакомый, можно сказать – друг. Сначала закрыл меня в жестяной банке, потом выпустил и чуть сам не расплакался. Может у него со временем поехала крыша? У меня бы точно поехала в этой железке, если бы я выжил. А ведь мог бы, там наверняка же есть и питание, и вода.