— … не важно! У нас игра, секрет за секрет. Что-то, как всегда у ученых, пошло не так, и наши волновые структуры сплелись, а тело Коли просто…
— … исчезло, совсем. Пуф, и испарилось, с концами, в ноль…
— И что Систему так смутило? Казим, это разве что-то сверхъестественное в этом мире?
Казимиро нахмурился.
— Неужто понял?..
— … Каз, а мы думали, ты у нас из тугодумных.
— Если я в культе состоял и по метамирам лазил, не значит, что тупой.
Крэй в ожидании достал воду из сумки и сделал пару глотков. Что ухмыляющаяся девушка, что непривычно серьезный мужчина держали драматическую паузу.
— Ну⁈ Мне поясните, я, если забыли, тут в технике и прочем не бум-бум.
— Даже с твоим провалом двести лет мог догадаться, парень…
— … ой, не принимай близко к сердцу, Коля просто считает, что все такие умные, как он, должны быть…
— … ну хотя бы знающие основы физики…
— … исчезла масса, Крэй. Испарилось тело — совсем, совсем…
— … масса веществ, вступивших в химическую реакцию, равна массе образовавшихся веществ. При химических реакциях атомы не исчезают и не появляются. Продукты реакции образуются из атомов, содержащихся в исходных веществах. Поэтому масса и остаётся неизменной…
— … закон сохранения массы, милый. Основа, да, еще старых времен…
До Крэя дошло.
— Ломоносов. «Все встречающиеся в природе изменения происходят так, что если к чему-либо нечто прибавилось, то это отнимается у чего-то другого. Так, сколько материи прибавляется к какому-либо телу, столько же теряется у другого, сколько часов я затрачиваю на сон, столько же отнимаю от бодрствования…»
— Не совсем Крэй, не совсем…
— … ну Коль, если парню так хоть вспомнилось, уже прогресс!
— Но, я так понимаю, это не все, верно? Фотоны, не имеющие массы поодиночке…
Вот тут Крэй уже не имел понятия, к чему клонят его согруппники.
— Да, Каз! Еще как верно! Ни фотона, ни дейтрона, ни малейшей частицы и следа. Ни теплого, ни энергетического, ничего…
— … будто меня и не существовало вовсе. Отсутствие аддитивности массы, никакой инертности. Полное нарушение законов физики…
— … или отсутствия у нас знаний и понятий о массе и ее истиной природе.
— Это «сломало» Систему?
— Крэй, слово сломало определимо к понятию, когда она выведена из строя…
— … а наша аномалия лишь устроила ей глобальный сбой и логические дыры…
— … потому сначала мы в психушке отбывали свое…
— … а потом перекинула «на курорт», ибо мы все же вроде гении, создавшие что-то гениально…
— … негуманно с ее точки зрения. Но и отпустить на вольные хлеба не может, допустить персонализации тоже, просто в разрез встроенного алгоритма, строго следит и анализирует дальше нас и аномалию.
— Затираешь! Не, Крэй, ну ты слыхал!
Услужливый парень в костюме принес свежий пенный напиток Казимиро.
— Можешь не верить и считать психом, но это грустная правда…
— … как и то, что твое настоящее имя Мария-Жозе.
Мужик поперхнулся.
— Эээ, откуда…
— Да так, в досье подсмотрела у персонала…
— … или нет, хочешь верь, хочешь не верь…
— … А юная нечитаемая аномалия справа от тебя явно поверит.
— Это Крэй — аномалия? Хах… Ну, хорошо… Крэй, давай о себе тогда секрет, аномальный ты наш. Удиви ходячий компьютер.
Крэй внимательно глянул прямо в голубые глаза девушки, сколько бы взгляд не тянулся ниже. Она не врала. Они не врали. Крэй прекрасно разбирался в языках и в людях… Подчерпнул родственное свойство у Евгения. Ее глаза видели его насквозь, но не могли понять. И она говорила правду. По крайне мере — женщина свято верила в то, что говорила, и что это истина и правда…
— Ну, Крэй, что поведать решишь…
— … да уж, интересно…
Крэю самому было любопытно. Он знал одно — всей правды им не расскажет. Не следует доверяться психам, пусть и довольно сомнительным, возможно, вполне адекватным. Но чиж его знает! Слишком хорошо жизнь научила держать язык за зубами. А вот часть…
— У меня не Техно-Амнезия.
— Да нуу, не моожеет быть!
— Казимиро, я в принципе не знаю, что происходит вокруг меня и как. Я бы назвал это тотальной изоляцией от мира. Меня растили в хижине, в безлюдной тундре. Отец чокнулся, как я понял, полностью от технологий хотел сына держать подальше…
— Старовер значит…
— … амиш.
— Да. Именно. Только такого слова я не знал, как и вообще того, что мир ушел дальше середины двадцатого века.
— Етить, он у тебя ку-ку.
— Каз, отцов не выбирают…
— … а мать, милый?
Кажется, девушку… Женскую часть, слова затронули. Как и Казимиро. Осталась еще жилка того самого беспризорника Крэя, который мог втюхать кому угодно грош за златый.