— Болван, ты хоть знаешь против кого применял свои дурацкие чары?
— Не знаю и знать не хочу, деревенщина! — ответил презрительно Оранжевый.
— Ну так узнай, заносчивый грубиян! — крикнул Стайл.
Он вытащил гармонику, сыграл несколько яростных тактов, а затем пропел:
— Пусть каждое растенье, зачарованное, против хозяина взбунтуется раскованно.
И тут начался хаос. Волшебные растения поворачивались на своих стеблях, переориентируясь в сторону Оранжевого Адепта. Теперь их стебли и усики тянулись к хижине, игнорируя гостей.
— Эй! — закричал Оранжевый Стайлу, возмутившись, но вокруг руки старика уже обвился усик с шипами, заставив того переключить внимание на более актуальные проблемы.
Стайл создал дополнительное контрзаклятие, отменяющее действие замирания, после этого замороженные компаньоны снова смогли двигаться. Стайл и Леди сели верхом, после чего Стайл пропел заклинание, которое исцелило их и придало новых сил. Путники поскакали сквозь гущу растений, но те уже не обращали на чужаков никакого внимания — они были заняты нападением на хижину.
— Как грубо вы с ним обошлись, мой Голубой Лорд, — проворчала Леди с ухмылкой.
— Так точно, — согласился Стайл без каких-либо угрызений совести. — Реального вреда старику растения причинить не смогут, он найдет способ обезвредить их. Но осмелюсь предположить, что очень нескоро растения вернутся в нормальное состояние. И пройдет еще много времени, прежде чем он снова начнет докучать бедным туристам.
Когда они выехали за пределы Оранжевых Владений, Стайл повел компаньонов на юго-восток, обратно в сторону звероголовых. Леди бросила на него удивленный взгляд, но промолчала.
Показались звероголовые.
— Знайте, твари, что я Голубой Адепт, — произнес Стайл. — Проводите меня к вашему вожаку.
Когда они угрожающе двинулись в сторону Стайла, он прибегнул к магии.
— Звероголовые, мы ваши друзья теперь новые, — пропел он.
В ту же секунду отношение к Стайлу и его друзьям изменилось кардинально. Теперь звероголовые с готовностью повели Стайла туда, куда он просил.
Вскоре они увидели существо с головой слона, которая крепилась на гигантском жирном теле. Существо беспорядочно трубило в свой хобот.
— Между нами разными, речи, станьте ясными, — пропел Стайл.
— Кому мы обязаны этим визитом сомнительной радости? — раздалось гнусавое трубное звучание, походившее теперь на обычную человеческую речь.
— Я Голубой Адепт, — ответил Стайл. — А это моя Голубая Леди. У нас медовый месяц, который мы проводим, путешествуя верхом вдоль Занавеса. Мы не ищем неприятностей, и мы ничем не рассердили тварей твоих. Почему же они напали на нас?
Слоноголовый размышлял, хаотично покручивая хоботом. Ему определенно не хотелось отвечать, но и открыто бросать вызов Адепту он не решался.
— Мы отправили гонца Оракулу вопрос задать, встревоженные тем, что горы Фазы затряслись. Быть может, для Фазы настают тяжелые времена, и мы хотим позаботиться о собственном выживании.
— Как и мы, — произнес Стайл. — Но мы знаем, что у нас есть две недели для прогулки к Западному Полюсу, плюс потом у Голубой Леди будет еще время, чтобы выносить моего будущего сына. Так что конец Фазы наступит еще не очень скоро. Однако почему вы хотите непременно помешать нам?
— Оракул известил нас, что если мы позволим человеку верхом на единороге проехать через наши владения, то половина наших погибнет в течение месяца.
Это объясняло странное поведение звероголовых.
— Оракул заявил, что я представляю опасность для твоего народа? — недоверчиво спросил Стайл. — У меня и в мыслях не было вредить твоим подданным.
— Оракул не говорил, что у тебя такие намерения, речь о последствиях от твоего проезда.
— Позволь мне поговорить с гонцом, принесшим послание от Оракула.
К ним вышла змееголовая. Обретя благодаря заклинанию Стайла способность говорить, она повторила послание: «Позволите человеку на единороге проехать — и половина умрет в течение месяца».
Голубая Леди нахмурилась:
— Для послания типа «или-или» звучит необычно. А это точно был настоящий Оракул?
— Оракул всегда настоящий, — ответил слоноголовый.
— Позволь мне просто проверить гонца, — попросил Стайл, ухватившись за подозрения Леди.
Он повернулся лицом к змееголовой, заиграл на гармонике и пропел:
— Змееголовая Леди, поведай правду, что, по Оракулу, сделать надо?
И она повторила ответ Оракула:
— Позволите человеку на единороге проехать, и половина умрет в течение месяца. Помешаете ему, и за этот же период умрут все.
Слоноголовый протрубил в изумлении.
— Половина послания! Зачем ты обманула нас, змея?
— Я не знаю, — промямлила змееголовая.
— Ее околдовали, — ответила Голубая Леди. — Кто-то питает недобрые чувства ко всем нам.
Слоноголовый был недоволен:
— Кто бы это мог быть?
— Сначала спроси себя, кто был бы в состоянии это сделать? — предложил Стайл.
— Только другой Адепт, — догадался слоноголовый. — Мы существа, созданные волшебством, и мы не восприимчивы к обычной магии, в противном случае мы бы не удержали наш облик. Только магия Адептов может влиять на наши тела и разум.
— Как я и подозревал, — сказал Стайл. — Я не мог противостоять твоему народу, пока не воспользовался магией. Это может быть делом рук Оранжевого Адепта?
— Вряд ли. Мы не нравимся ему, но ему не нравятся все живые существа, даже он сам. И у него нет власти ни над чем, кроме растений.
— Зато растения могут повлиять на человека, — заметил Стайл, вспомнив заклятие тишины, причинившее ему столько неудобств.
Тогда он применил другое заклятие, чтобы узнать, что случилось со змееголовой. Оказалось, что ей преградила дорогу женщина с головой горностая, как будто та тоже была из племени звероголовых. Она начертила какой-то рисунок на земле и вызвала вспышку света.
— Белый Адепт! — воскликнул Стайл. — Мне знаком ее способ колдовства, и я знаю, что не нравлюсь ей.
— Мы тоже не ладим с ней, — согласился слоноголовый. — Мы приносим тебе свои извинения, Голубой, за наше недопонимание. Мы больше не будем пытаться причинить тебе вред.
— Извинения приняты, — сказал Стайл. — Давайте расстанемся друзьями, и когда снова встретимся, будем помогать друг другу.
— Ты великодушен.
— Я люблю зверей, — Стайл счел неуместным напоминать звероголовым, что их численность скоро уменьшится наполовину. Согласно пророчеству назревала настоящая опасность.
— Мы не жалуем Адептов, но для тебя готовы стать друзьями.
И на этой позитивной ноте они расстались.
Стайл и Леди продолжили путь на север вдоль Занавеса, но оба чувствовали усталость: в прошлую ночь им не удалось поспать.
Обнаружив удобное место для привала, они разбили лагерь. Здесь был ручеек, прекрасные старые яблони… и какой-то лежащий на боку металлический предмет. Эта штука была шести футов в диаметре и отдаленно напоминала чашу с рядом вмятин на внешней поверхности, как будто кто-то выдолбил их маленькими валунами. Казалось, что он целиком сделан из серебра. В любом месте, кроме Фазы, он имел бы феноменальную ценность, а здесь, конечно же, такие артефакты можно было наколдовать с помощью волшебства.
Надвигалась буря.
— Как думаете, получится из этой чаши хорошее убежище, чтобы переждать там день и ночь? — спросил Стайл. — Похоже, она водонепроницаема.
Пасущийся на травке Клип посмотрел на Стайла снизу вверх и выдул ноту возражения. Стайл пожал плечами: «Единорог говорит „нет“, кто я такой, чтобы спорить с таким авторитетным мнением?» И он наколдовал подходящий шатер рядом с загадочной металлической конструкцией.
Они уснули под покровом шатра, в то время как их лошади паслись и спали на ногах, одновременно выполняя функцию охранников. Стайл проснулся во второй половине дня от ужасного землетрясения. Он выскочил из шатра. Клип стоял неподалеку в обличии человека.