— Ты куда пропала, подруга? Я не могу до тебя дозвониться целую неделю. Райан отобрал у тебя телефон и запер в подвале или что? Я оставила тебе кучу сообщений на автоответчике, ты хотя бы иногда его проверяй, а то совсем заработалась.
— Джин, притормози немного, — прерываю я её бурный поток негодования, — кое-что случилось.
Я рассказываю ей про несчастный случай, и на несколько минут она замолкает. Но потом снова взрывается и до меня доносится звук разбитого стекла.
— Какого хрена мне не сообщили об этом! Я, конечно, понимаю, что формально я не член твоей семьи. Но давай будем честны, я больше твоя сестра, чем Эмили. А эта стерва сидела возле твоей кровати, притворяясь любящей сестрой, а на деле лживая дрянь. Я сейчас же беру билет на самолет. Скоро буду у тебя. Держись там и не подпускай Эмили к себе близко. Могу поклясться, что это она тебя столкнула с балкона. Она на это способна, алкоголичка чёртова. Я уже еду, Лив.
— Я в порядке, Джин, не преувеличивай. Я в безопасности, Паула никому не даст меня в обиду. Всё в порядке, не выдумывай глупостей. Уж с сестрой я справлюсь.
— Хоть ты этого и не помнишь, но ты не первый раз говоришь мне, что справишься с ней и теперь посмотри, до чего она тебя довела. Не ведись на её ангельский вид, дорогая. Вот в таких ангелочках обычно больше всего дерьма. Я сказала, что приеду, значит так и будет. Работа от меня никуда не денется. Сейчас время интернета. Я могу работать хоть из туалета, лишь бы ноутбук был под рукой. Всё, жди меня.
И не дав мне опомниться, она отключается. Убираю телефон в карман своей спортивной кофты, а мыслями возвращаюсь к словам Джин. Неужели она серьёзно думает, что Эмили способна на такое. Убить меня? Конечно, я заметила, что она явно немного не в себе. Да и сильной сестринской любви я от неё не почувствовала. Но всё, же мне хочется верить, что несчастный случай был именно несчастным, а не результатом чьих-то рук. Так мне спокойней. Мне хватает и моих сумасшедших снов, которые не дают покоя.
Воздух становится прохладней и начинает накрапывать дождь, поэтому я решаюсь отправиться назад в дом. Строители уже закончили работу с подъёмником, и мне удаётся с первого раза с ним справиться. С кухни доносится грохот кастрюль и тихие ругательства Паулы, что заставляет меня улыбнуться. Эта женщина с первого взгляда заставляет проникнуться к ней симпатией. Её невозможно не любить, она, словно родной человек, окутает своей заботой любого. Но если надо может показать и свою строгую сторону, особенно тем, кто ей неприятен. Я поняла, что Эмили не является её любимицей. Если бы это был её дом, то она ни за что бы ни пустила Эмили даже на порог. С Паулой шутки плохи, кажется, она всех видит насквозь.
Я проезжаю мимо кабинета Райана, дверь там открыта и я решаю зайти внутрь. В кабинете царит полумрак, шторы задёрнуты. На столе идеальный порядок. Разноцветные папки стоят на полках и распределены по алфавиту. Напротив стола стена, украшенная фотографиями домов, наверняка творения Райана. Рядом с окном стоит урна, и в ней я замечаю обгорелый листок бумаги, а рядом на полу следы пепла. Эта небольшая деталь привлекает моё внимание, пробуждая моё любопытство. Видно, что Райан любитель порядка и чистоты. Но этот маленький беспорядок выбивается из общей идеальной картины. Я делаю что-то, как мне кажется совсем не свойственное мне, и достаю обгорелый лист бумаги из урны. Оказывается, что это не просто лист бумаги, а оставшийся обрывок от фотографии. Виден лишь кусочек белой яхты на воде. У меня нет никаких предположений о том, кто может быть на фотографии и зачем Райану её сжигать. Подумать мне об этом тоже некогда, потому что в кабинет входит мой муж, явно не ожидавший меня тут увидеть. Он смотрит на меня, потом видит клочок обгоревшей фотографии и явно пытается скрыть своё недовольство. Райан подходит ко мне, широко улыбаясь, но я понимаю, что эта улыбка не более чем маска.