Глядя в глаза этому мужчине, я сама словно заново родилась. И пусть в голове ещё не все воспоминания встали на место, но я чувствую, что моё сердце его помнит. Мои губы хранят его поцелуи, как самые дорогие подарки. Именно поэтому я делаю шаг ему навстречу и целую его, позволяя ему дышать мной. Возвращая ему себя и надеясь на то, что смогу излечить раны, которые сама же ему нанесла. Я разберусь во всех неясностях. Я верну воспоминания и расставлю всё по местам. Но сейчас я просто хочу насладиться покоем и защитой в объятиях мужчины, возвращение которого так долго ждала, сама об этом не подозревая. В этот миг, как никогда до этого я чувствую свою цельность и значимость. И всё это благодаря Генри.
— Ты наверняка голодна? — спрашивает Генри, после того, как мы разобрали мой чемодан. День близится к завершению, и я понимаю, что весь день ничего не ела. Генри смотрит на меня и улыбается, после чего берёт меня за руку и ведёт на кухню. Меня он словно маленького ребёнка усаживает на стул, а сам начинает открывать дверцы шкафов и доставать продукты, чашки и ложки. После того, как мы пришли он успел переодеться и сейчас на нём спортивные штаны и серая хлопковая футболка с эмблемой какого-то английского футбольного клуба. Пока он занимается готовкой, то я разглядываю его, не боясь быть пойманной. Замечаю, что Генри всё делает левой рукой, а правой лишь помогает. С молниеносной скоростью нарезает овощи, как профессиональный шеф-повар. И не перестаёт всё пробовать на вкус. Выглядит он при этом очень собранным и серьёзным. Кажется, что он не просто готовит ужин, а изобретает вечный двигатель. Мышцы на его руках плавно перекатываются при каждом движении. Вряд ли может быть что-то сексуальней мужчины умеющего готовить. И по Генри видно, что он точно знает, что делает.
— Зачем Кейтлин приготовила для тебя запеканку, если ты и сам умеешь готовить? — спрашиваю я. Генри смотрит на меня через плечо и улыбается с лёгкой грустью в глазах.
— Потому что мне не для кого было готовить.
Я замолкаю, не знаю, что сказать, да и стоит ли тут вообще что-то говорить. Итак, ясно, что для Генри эти два года были худшими в его жизни. Для каждого потеря своей любви схожа со смертью. Когда те, кого мы любим, уходят, то с ними уходит и наше желание жить. А всё что остаётся от нас это пустая оболочка без чувств и эмоций.
— Ваш ужин, мадмуазель, — изображая французский акцент, произносит Генри и ставит передо мной тарелку с макаронами и грибами в сметанном соусе. Выглядит всё это очень красиво, а пахнет аппетитно.
— Благодарю вас, месье, — отвечаю я, улыбаясь Генри.
Он садится напротив меня со своей порцией и выжидающе смотрит на меня. Я беру вилку и накручиваю на неё спагетти. Мужчина напротив меня, не отрываясь, следит за каждым моим действием. И только когда я пробую его стряпню и довольно мурлычу, он расслабляется.
— Это очень вкусно, — говорю я с набитым ртом, что вызывает у Генри смех.
— Это первое блюдо, которое я тебе приготовил, когда мы только начали встречаться. Тогда ты сказала тоже самое.
— Мои вкусы не изменились, это уже хорошо.
— Ты права.
Генри замолкает, и всё остальное время мы едим в тишине. Время от времени встречаясь взглядами и тут же отводя их в сторону, словно влюблённые подростки на первом свидании. После ужина мы вместе убираем со стола, и я помогаю Генри мыть посуду. Он моет чашки, а я вытираю их полотенцем и убираю в шкаф. При каждом случайном соприкосновении с Генри я чуть не роняю тарелку на пол. Я вся словно электрический провод, который того и гляди взорвётся фонтаном искр.
— Уже поздно, пойдём, я постелю тебе чистое бельё. Я лягу на диване, а ты спи на кровати.
— Я могу и на диване поспать. Не хочу причинять тебе неудобства, — я смотрю на большую кровать и на диван, который раза в два меньше её. А потом перевожу взгляд на высокого Генри и себя. Он точно не поместится на диване.
— Я могу спать хоть на полу, за меня не переживай.
— Но ты туда не поместишься, — упорствую я, пока Генри расправляет кровать и меняет бельё. Ещё раз смотрю на большую кровать и, набравшись смелости, предлагаю Генри лечь со мной. То, каким взглядом он на меня смотрит, когда эти слова слетают с моих губ, я наверно запомню навсегда. Он даже замирает от неожиданности. Я и сама не ожидала от себя такого. Вряд ли это правильно, после всего того, что я пережила за последнее время. И конечно в глубине души я понимаю, что не так сильно забочусь об удобстве Генри, чем просто не хочу оставаться одна. Мне нужен кто-то кто вселял бы в меня чувство покоя и защищённости. И я чувствую, что могу доверять Генри больше чем кому либо.