— Ты уверена?
— Думаю что да, — отвечаю я тихо, пытаясь скрыть своё волнение. Генри медленно кивает и кладёт две подушки рядом. Я беру свою единственную пижаму, которую взяла с собой и отправляюсь в ванную переодеваться. Спиной чувствую взгляд Генри и сама не сразу понимаю, что задерживаю дыхание. Лишь закрыв за собой дверь ванной комнаты, шумно выдыхаю, и какое-то время просто стою, опираясь на дверь. В голове полная сумятица, а сердце внутри словно танцует джигу. Медленно отхожу от двери и встаю напротив раковины, над которой висит зеркало. На меня смотрит бледное с раскрасневшимися щеками, уставшее лицо с большими голубыми глазами, зрачки которых сейчас почти закрывают радужку. Чувствую себя пьяной, хоть не пила ни капли. Включаю воду и умываю лицо, ледяной водой, надеясь привести себя в норму. Тут же пью прямо из-под крана и выключаю воду. Потом быстро переодеваюсь и выхожу в спальню. С каждым шагом мой пульс ускоряется, а каждая клеточка моего тела вибрирует от напряжения. Генри уже лежит в кровати. Он не разделся, что для меня является большим плюсом. Боюсь подумать о том, что могло произойти, если бы он спал рядом полуголый. Осторожно усаживаюсь на кровать и откидываю одеяло.
— Я всё ещё могу лечь на диван. Я понимаю, что тебе сейчас всё это может показаться странным и неловким. Так что если ты передумала, я уйду.
— Нет, — я поворачиваюсь к нему и замечаю тень тревоги на его лице и явную беспомощность над ситуацией. — Останься, пожалуйста.
— Хорошо, — Генри протягивает руку и сжимает мою ладонь. Я с благодарностью киваю ему и ложусь рядом с ним. Меня всё ещё потряхивает, словно я только что прокатилась на американских горках. Но с каждой секундой я успокаиваюсь и расслабляюсь. Постельное бельё мягкое и пахнет цветами. Запах кажется знакомым и приятным. Я чувствую себя дома, возможно впервые за всё это время я нашла своё настоящее место.
— Спокойной ночи, Ливви, — тихо, словно боясь меня спугнуть, говорит Генри. Он выключает ночник и в темноте его лица почти не видно.
— Спокойной ночи, Генри, — шепчу я, в тайне радуясь тому, что нашла его. Рядом с ним мне спокойно. А разве не этого мы все ищем? Сейчас я как никогда уверена в том, что дом это не место, это человек. И Генри мой дом, моя тихая гавань.
Глава 9
Следующим утром я просыпаюсь от того, что на моём бедре лежит чья-то рука. А моя голова покоится на чём-то твёрдом. Медленно открываю глаза и пытаюсь сообразить, где нахожусь. Сквозь приоткрытые плотные шторы проскальзывают солнечные лучи, в свете которых парят мелкие пылинки. Под моей головой что-то медленно движется, и я поднимаюсь посмотреть, в чём дело. И как только я вижу, что лежу на груди Генри, то всё мигом проясняется. Я вспоминаю весь вчерашний день и то, что сама предложила ему лечь со мной в постель. А теперь лежу в его тёплых объятиях, разомлевшая от сна. Генри спит и кажется таким расслабленным, а на губах блуждает еле уловимая улыбка. На краткий миг я не могу от него оторваться. Просто лежу и смотрю на него, надеясь, что всё это не сон. Потом он начинает ворочаться, и я быстро отодвигаюсь от него на свою половину кровати. А потом и вовсе встаю и иду в ванную.
Сегодня я впервые выспалась и не чувствую себя разбитой. Рядом с Генри мне было спокойно, как никогда. Иногда, встречаешь человека в первый раз и не знаешь, как к нему подступиться. Без инструкции по использованию тут точно не обойтись. Но порой нам встречаются люди, которых мы, кажется, знаем вдоль и поперёк. И тогда по-настоящему начинаешь верить в существование прошлых жизней. Иначе как объяснить то, что даже с обрывочными воспоминаниями я точно могу сказать, что доверю Генри свою жизнь без сомнений и раздумий. Возможно, мы с ним уже встречались в одной из таких прошлых жизней. Он словно оставил отпечаток на моём сердце, и когда он снова прикоснулся к нему, я без затруднения узнала его.
Я быстро принимаю душ и чищу зубы. Перед тем, как одеться недолго смотрю на своё обнажённое тело, отражающееся в зеркале. У меня неплохая фигура, возможно не с такими явными изгибами и формами, но вряд ли можно на это жаловаться. На миг пытаюсь взглянуть на себя глазами Генри. Ведь он наверняка видел меня голой. Нравилось ли ему моё тело, возбуждало ли оно его?
Раздаётся стук в дверь, и я молниеносно натягиваю на себя пижаму, словно Генри может войти сюда в любую минуту. Лицо приобретает цвет спелого помидора, и я пытаюсь освежиться холодной водой. Сердце отбивает чечётку в груди, так и до аритмии недалеко. Глупая, веду себя как какая-то девчонка, а не взрослая женщина.