— Готова провести день на свежем воздухе? — спрашивает он, выставив локоть, чтобы я могла за него ухватиться.
— С тобой я готова на всё.
— Тогда в следующий раз отправимся на Эверест, устроим пикник на снежной вершине, — говорит он вполне серьёзным тоном. А когда видит моё вытянутое лицо, улыбается и добавляет, — не бойся, я пошутил.
— Я поняла.
— А ты мне не доверяешь?
— Я себе не доверяю, — киваю я на свой гипс, — боюсь, что пока мы с тобой доберёмся до вершины Эвереста, у меня не останется ни одной целой косточки.
— Не переживай, я знаю, как ты боишься высоты, так что никаких гор. Лучше будем наслаждаться океаном.
Я с благодарностью смотрю на Генри, прижимаясь к нему ближе. И тут же вспоминаю о том, что Райана нисколько не смущал мой страх высоты, раз он таскал меня по всем этим сумасшедшим поездкам. Ведь когда любишь человека, стоит больше думать о его чувствах, чем о своих собственных. А для Райана на первом месте всегда стояли его желания. Это я поняла и без всех своих воспоминаний о нём.
А тем временем мы добираемся до песчаного берега, и Генри расстилает плед на земле. День сегодня выдался не жарким. Прохладный ветерок освежает тепло исходящее от жарких солнечных лучей. Волны раз за разом набегают на берег, встречаясь с огромными валунами. Я усаживаюсь на плед, вытягивая ноги и подставляя лицо солнцу. Над беспокойными водами океана летают чайки, громко перекрикиваясь между собой. Воздух пахнет солью и ароматом цветов, что нашли себе приют на этом берегу. Я хотела бы остаться в этом месте навсегда, забыв обо всех проблемах, что ждут меня в шумном Сан-Франциско. Мы могли бы жить в этом старом, но таком уютном доме. Здесь, вдали от всей суеты, как никогда проще всего представить, что мы с Генри единственные люди во всей галактике. Тут спокойно, настоящий рай для влюблённых и я не хочу покидать его. Потому что кажется, стоит нам вернуться, как всё осложнится. В этом месте забываешь обо всём и, мне это нравится.
— Не шевелись, — слышу я голос Генри, собираясь сесть поудобнее. А когда поворачиваюсь к нему, то вижу, что в его руках находится большой альбом и чёрный карандаш. И он сосредоточенно что-то выводит на бумаге.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, заглядывая в альбом, но Генри поднимает его выше и мне ничего не удаётся рассмотреть. Он серьёзным взглядом смотрит на меня, слегка нахмурив брови. Тёмные волосы снова находятся в хаосе, а более заметная щетина делает его похожим на бунтовщика. С таким видом ему не хватает только крутого байка и чёрных очков. Тогда образ задиристого байкера был бы полным.
— Я же сказал, не шевелись, — говорит он таким тоном, словно разговаривает с ребёнком.
— А что мне за это будет?
— Уверяю тебя, что награда тебе понравится, — тихим, интимным голосом произносит он, улыбаясь краешком рта.
— Хорошо, — соглашаюсь я и занимаю прежнее положение. Закрываю глаза. Слушаю шум окружающей природы и тихий еле уловимый скрип карандаша по бумаге. Не знаю, сколько я так сижу. Время в этом месте течёт совсем иначе. Но скоро Генри окликает меня и разрешает посмотреть на рисунок. Я открываю глаза и подсаживаюсь к нему ближе. Генри протягивает мне альбом и на какой-то миг я замираю от увиденного. Девушка на рисунке выглядит потрясающе. Волосы развевает ветер, глаза мечтательно закрыты. Виден каждый изгиб тела. Мне даже не верится, что это на самом деле я. Кажется, что это какая-то морская нимфа, русалка. Такой нереально красивой она выглядит.
— Это потрясающе, — благоговейным шёпотом произношу я, проводя пальцами по чёрным линиям. Поднимаю взгляд на Генри и вижу, что он наблюдает за мной. Он выглядит слегка взволнованным, словно для него очень важна моя оценка. Я кладу руку на его плечо и целую Генри в губы. Он отвечает на поцелуй, обнимаю меня так крепко, что даже пошевелиться трудно. Но я не протестую и не вырываюсь. Мне это нравится, нравится, что он по-настоящему дорожит мной. Для меня это очень важно.
— Это ты потрясающая, — выдыхает он мне в губы и снова целует меня с новой силой и страстью. Океан бушует перед нами, наглядно демонстрируя то, что творится в наших сердцах. И словно шепчет: я люблю тебя, люблю…
Позже Генри уходит, чтобы понырять, а я остаюсь на берегу, проклиная свою непутёвую ногу. Мне бы хотелось искупаться вместе с ним, но, к сожалению, этому не суждено произойти сегодня. А потом я вспоминаю, что на этой неделе мне сменят гипс на тугую повязку, что сделает мою жизнь более удобной. Поэтому я отбрасываю все сожаления и просто наблюдаю, как Генри выходит из воды в одних плавках, а вода стекает с него и сверкает на солнце. С трудом мне удаётся не пустить слюну от этого зрелища. Я присматриваюсь и вижу, что он что-то несёт в руках. Откинув мокрые пряди волос с лица от подходит ко мне и садится передо мной на колени. Всё это время мужчина не перестаёт улыбаться, так искренне и сексуально. Кажется, на правой щеке даже проступает призрачная ямочка.