— Как же я соскучился, — шепчет Генри, вглядываясь в моё лицо и обхватив его руками. — Самое страшное в этом мире — это не иметь возможности видеть тебя, прикасаться к твоей бархатистой коже, не целовать эти мягкие губы.
— Мне хочется верить, что этого больше не повторится. Я больше не хочу тебя терять. Никогда.
— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы этого не произошло. Прости меня за то, что я причинил тебе боль. Я никогда этого не хотел, — Генри целует меня, и в этом поцелуе я чувствую его боль, раскаяние и любовь. Я обнимаю его и пробегаюсь пальцами по густым волосам, прижимаясь к нему плотней и, целуя, так чтобы он понял, что я люблю его. И чтобы он не сотворил, я всё равно буду его любить. Такое уж чувство эта любовь, заставляет нас прощать все даже самые страшные поступки.
Не разрывая поцелуя, Генри закрывает дверь и подхватывает меня на руки, заставляя обхватить его тело ногами. Наши поцелуи становятся жарче и яростней. Наше горячее дыхание смешивается. Температура наших тел мгновенно повышается. Генри несёт меня к кровати и кладёт на неё, нависая надо мной. Его руки пробегаются по моему телу с невероятным трепетом и нежностью, пробуждая каждый кусочек моего тела, каждую клеточку. Я забираюсь руками под его рубашку и стягиваю её, отправив куда-то на пол. Его гладкая кожа под моими пальцами пылает жаром. Руки Генри оказываются под моей футболкой и без проблем добираются до моей обнажённой груди. Он слегка сжимает её и из моего горла вырывается блаженный стон. Поцелуи Генри спускаются всё ниже, и когда он снимает с меня футболку, то губами накрывает сначала один сосок потом другой. Его язык кружит вокруг сосков, делая их твёрдыми и с каждым мгновением заставляя меня желать большего. Одарив своим вниманием мою грудь, Генри спускается ещё ниже, целуя мой живот и тут же снимая с меня шорты вместе с трусиками. Я приподнимаюсь на локтях как раз в тот момент, как голова Генри опускается между моими бёдрами. Он поднимает мне ноги, устанавливая их на кровати и согнув в коленях, разводит в стороны, чтобы получить гораздо более удобный обзор. Генри целует внутреннюю сторону моего бедра, что мгновенно вызывает во мне бурю чувств. А по мере того, как его поцелуи спускаются к самому интимному месту, моё тело напрягается и сжимается, как пружина. Я закрываю глаза, отдаваясь моменту, и тогда язык Генри оказывается между моих бёдер. Медленно, словно смакуя, он проходится по влажной плоти, а потом проникает внутрь сначала одним пальцем, а потом другим. Я падаю на кровать, становясь какой-то бессильной желеобразной массой. Генри, как настоящий волшебник делает со мной что-то невообразимое, заставляя жадно хватать воздух и извиваться, сжимать в руках простыни и стонать до хрипоты. Скоро оргазм накрывает меня с головой, и всё мое тело сотрясается в сумасшедших конвульсиях. Кажется, что в этот момент я действительно вижу миллион ярких звёзд, фейерверком взрывающихся в моей голове.
Генри поднимается, и когда я смотрю на него, то вижу в его глазах настоящий голод и благоговение от того, что он видит. Вид моего распластавшегося на кровати тела приводит его в восторг. Я вижу это в его взгляде, что сначала заставляет меня смутиться и даже попытаться прикрыться. Но потом я отбрасываю всё стеснение и позволяю своему мужчине насладиться моим телом. Он, довольно ухмыльнувшись, снимает джинсы и боксеры, после чего забирается на кровать и нависает надо мной. Опираясь локтями о кровать, Генри целует меня, ласково очерчивая пальцами линии моего лица, губ, шеи. Он даёт мне прийти в себя после первого оргазма и его поцелуи в этот момент такие лёгкие и нежные. Генри не торопит меня, упиваясь каждым моментом и прикосновением. Я чувствую его любовь во всём, что он со мной делает и это заставляет меня любить его ещё сильней, хоть я и думала, что сильней уже невозможно.